Следующий в очереди (ЛП)

Он поворачивается и, опустив глаза, застегивает молнию на черном зимнем пальто. Начинает спускаться по лестнице, и, наконец, поднимает глаза и останавливается на последней ступеньке.
— Что на тебе надето? — спрашивает он, с обвиняющим видом оглядывая меня.
Я хмурю брови, кутаясь в красное шерстяное пальто.
— Одежда. Что на тебе надето, Мистер обтягивающие штанишки? — последнюю часть я бормочу себе под нос.
— Зимнее альпинистское снаряжение, потому что сейчас январь и достаточно холодно, чтобы отморозить яйца. Где вещи, что ты купила у Марва? — Он выглядит чертовски сердитым!
— У меня в багажнике, — отвечаю я. Подойдя к задней части машины, открываю багажник и достаю пресловутый красно-белый комбинезон. — Я не могла выйти из дома в таком виде, Майлс мог проснуться раньше, чем я уйду. Я думала, что смогу переодеться здесь.
Сэм тяжело вздыхает и поворачивается, чтобы подняться на крыльцо.
— Значит, отступать ты не собираешься? — говорит он с большим разочарованием, перебирая ключи.
Прижав к груди комбинезон и ботинки, я поднимаюсь по ступенькам.
— Я не отказалась от подледной рыбалки, не собираюсь отказываться и от этого. Мне не терпится сделать сегодня парочку селфи в действии. Стерлинг с катушек слетит, когда я пошлю ему фотографии с обледенелого зернохранилища!
Он ворчит себе под нос, наконец, находит нужный ключ, и толкает дверь. Когда я собираюсь войти внутрь, он встает на моем пути.
— Погоди, ты только что назвала меня Мистер обтягивающие штанишки?
Я прикусываю губу, и густой румянец заливает мне шею.
— Возможно.
Он приподнимает брови, и снова застенчиво улыбается, безуспешно пытаясь спрятать улыбку.
— Искорка, ты что, разглядывала мой зад?
— Нет, — слишком агрессивно рявкаю я. — Просто наблюдала за тобой и не могла не заметить, что ты купил себе брюки на размер меньше.
— Это профессиональные альпинистские штаны, — заявляет он, наклоняясь ближе ко мне. — Они должны плотно прилегать к телу, чтобы не цепляться за острые края.
Я пренебрежительно пожимаю плечами.
— Я это знала.
Он усмехается себе под нос и отступает на шаг, давая мне войти, а я, проходя мимо, изо всех сил стараюсь не обращать внимания на его мужской аромат. Войдя в прихожую, удивляюсь тому, как по-взрослому выглядит хижина Сэма. У рыжего мускулистого холостяка я ожидала увидеть мешанину разномастной мебели, старый диван из колледжа и, возможно, складной стол и стулья.
Но у Сэма не только мужские джинсы, у него также и мужской дом. Прихожая ведет в гостиную с черным секционным диваном и уютным кожаным креслом. У дальней правой стены находится камин из натурального камня, в котором все еще горят угли. Слева — столовая с длинным деревенским столом и оригинальными стульями с ножками из профильных труб, которые делают сильное заявление. Сразу за обеденной зоной вижу часть кухни. Там стоит мебель из белого дерева, а посередине небольшой кухонный островок. Хижина очаровательна.
Сэм марширует по светлому сосновому полу, направляя меня прямо в коридор. Я внимательно слежу за ним, когда он показывает налево.
— Ванная комната там, справа. — Он оборачивается, явно не ожидая, что я буду стоять так близко, наши тела соприкасаются, напоминая мне о моменте в баре прошлым вечером, и проклятом поцелуе в прошлые выходные.
— Извини, — бормочу я, отступая назад и не обращая внимания на бешено колотящееся сердце.
Сэм делает то же самое, нахмурив брови, будто глубоко задумался.
Не говоря ни слова, он возвращается тем же путем, каким пришел, и исчезает в передней части дома.
Я закрываю дверь ванной и прижимаюсь к ней спиной, выдыхая воздух, застрявший в легких, и прохожу в симпатичную ванную комнату Сэма. В одном из углов на возвышении установлена ванна, из которой открывается панорамный вид на горы. Очевидно, проживая в дикой местности, вам нет нужды беспокоиться о занавесках.
Раздвижная дверь за туалетным столиком возбуждает мое любопытство. Я кладу вещи на столешницу и подхожу, чтобы ее открыть. С другой стороны — большая спальня. Смотрю вниз и на полу в изножье кровати вижу коричневые ботинки Сэма с прошлого вечера и понимаю, что это не просто спальня, а спальня Сэма.
 
Делаю шаг внутрь и рассматриваю огромную кровать у стены. Она с большим изголовьем из состаренного дерева и темно-серым покрывалом с разбросанными сверху пуховыми белыми подушками. Он даже нашел время и на это, хотя выглядит несколько небрежно. От естественного света, льющегося из больших, расположенных в углу комнаты, окон, вы чувствуете, что спите прямо в горах. И, клянусь, если я глубоко вдохну, то почувствую слабый запах кожи и мыла «Весна в Ирландии». Точно такой же запах, как у Сэма.
Я подхожу к длинному комоду у противоположной стены и вижу старую фотографию в рамке. На ней изображены мужчина, женщина, три девочки и маленький мальчик, которому на вид лет двенадцать. Мальчик и мужчина держат длинную доску, на которой рядком висят рыбы. Протягиваю руку, чтобы потрогать старую рыболовную приманку, которая лежит на комоде рядом с рамкой. У меня мелькает подозрение, что это личное, и я перехожу черту, поэтому быстро возвращаюсь на цыпочках в ванную и закрываю дверь.
Стараясь забыть о том, что видела, спешно переодеваюсь в зимнее снаряжение, которое стоило мне больше, чем учебники за последний семестр в Университете Юты. К счастью, на этот раз я не забыла одеть под него одежду. Затем хватаю шерстяное пальто и «Сорели» и выхожу из ванной, отправляясь на поиски Сэма.
Он сидит в большом кожаном кресле, откинув голову и закрыв глаза. Его грудь поднимается и опускается в глубоком и размеренном ритме.
— Ты что, серьезно спишь? — выпаливаю я, нисколько не беспокоясь о том, чтобы вежливо его разбудить. Мы по несколько часов сидели вместе в крошечной палатке, так что, думаю, манеры теперь необязательны.
Уголки его губ приподнимаются, но глаза остаются закрытыми.
— Возможно.
— Я думала, что оделась очень быстро, — отвечаю я, вытаскивая из кармана перчатки.
Он смотрит на меня одним глазом.
— Быстрее, чем в прошлый раз, это уж точно.
Я закатываю глаза, он садится и трет лицо руками.
— Ты страдаешь от похмелья? — спрашиваю я, задумчиво глядя на него.
Он смотрит мне в глаза.
— Похмельем страдают мальчишки. Мужчины его переживают.
Я улыбаюсь в ответ и смотрю, как он встает, теперь я не на каблуках, и он снова возвышается надо мной. Он ловит мой взгляд, когда я осматриваюсь в гостиной.
— Мне нравится твой дом.
Он кивает, и на его лице появляется гордость.
— Он у меня уже несколько лет.
— У тебя много земли?
— Почти пять акров. Дом бревенчатый, но у меня есть место под большой сарай, где хранятся все мои игрушки.
— Какие игрушки? — спрашиваю я и съеживаюсь, представляя себе нечто порочное.
— Квадроцикл, снегоход, мотоцикл и пикап.
— Так и знала, что у тебя есть пикап.
Он приподнимает брови.
— Знала?
Я глубоко вздыхаю.
— Ты такой же, как и брат. Не могу поверить, что не догадалась об этом раньше.
Сэм смеется.
— Ну, ты совсем не похожа на своего брата, так что, думаю, получу поблажку за то, что при встрече не понял, кто ты.
— Что это значит? — спрашиваю я, повышая голос, словно защищаясь. Если он не думает, что я похожа на своего брата, то на кого же он думает, я похожа? — Ты тоже назовешь меня примитивной?
— Черта с два, — быстро отвечает Сэм, серьезно нахмурив брови. — Мэгги, ты похожа на головоломку из миллиона кусочков. Думаю, мне понадобятся годы, чтобы тебя понять.
Я улыбаюсь этой очень особой характеристике, в груди растекается тепло, чего я не чувствовала уже долгое время. Чтобы замять полный сексуального напряжения момент, быстро бью Сэма в плечо.
 
— Главное, чтобы мы все сняли на камеру для Стерлинга!
Лицо Сэма вытягивается, и я мельком замечаю обиженное выражение, когда он касается того места, куда я только что ударила.