Границы виртуальной любви

Наши отношения не ухудшились, но целый год мы с Леоной скрывали от своих семей, что продолжаем общаться с Эмметом. Мои родители, узнав об этом, не стали противиться, а вот родители Леоны до сих пор призывали дочь оборвать с ним все связи.
Разумеется, их никто не слушал.
В архиве ноутбука была целая папка с нашими фотографиями, и я помедлила, прежде чем ее открыть.
Счастливые и беззаботные.
  
Вместо того чтобы разглядывать Леону и Эммета, я снова смотрела на себя. Было что-то нереальное в широкой улыбке, счастливому взгляду и меланхоличному спокойствию, которое я излучала через снимок. По ту сторону на меня глядела незнакомка. Совершенно чужой человек, которым я когда-то очень хотела стать.
Где-то в девять утра в дверь постучал Барт.
– Госпожа. Вернулись ваши родители. Они ждут в гостевой комнате.
Уже в который раз за последние дни горло сдавило волнением. Только сейчас ощущения были сильнее. Я сказала себе, что буду плыть по течению, но это оказалось не так просто.
– Барт?
– Да, госпожа?
Я уставилась на него со своего места, не в силах сдвинуться. Даже если Барт был всего лишь вымышленным героем, в его глазах пробежало понимание.
– Не волнуйтесь, госпожа. Сконцентрируйтесь на своем плане и не бойтесь. Я вам помогу.
Этого было достаточно, чтобы я поднялась со стула, отбросила страх, и в компании Барта спустилась на первый этаж. Рико, наш дворецкий, открыл передо мной двустворчатые двери из светлого дерева.
Сначала я увидела ее.
У Дженессы Фридман были ярко-рыжие волосы, убранные в аккуратный высокий пучок и украшенные золотой заколкой с красным камнем посередине. Ее идеальной осанке, утонченным чертам лица выразительным голубым глазам и пухлым губам мог позавидовать любой. Я чуть не споткнулась, понимая, что передо мной стояла моя повзрослевшая версия. Занятно было и то, что эта женщина даже близко не была похожа на мою мать из реальности.
– Шейлин, – раздался мягкий голос у уха, когда миссис Фридман меня обняла. – Неделя без тебя была мучительной. Я безумно соскучилась по своей дочурке.
Мое тело одеревенело, глаза уставились в одну точку. Я не ожидала такого приветствия и, пока моя новая мама прижимала меня к себе, пыталась утихомирить сердцебиение.
Никогда… Мама никогда меня так не обнимала.
Я слишком поздно поняла, что руки продолжали висеть вдоль тела, что должно было выглядеть странно для дочери, скучающей по родителям. Миссис Фридман отстранилась, но как будто не заметила замешательства на моем лице. В груди стало тепло, что свидетельствовало о наличии между этими двумя сильной связи.
Когда миссис Фридман шагнула в сторону, я встретилась с внимательным взглядом высокого мужчины, который стоял посреди комнаты. Его каштановые волосы идеально сочетались со светло карими глазами, волевая челюсть – с широкой шеей и крепким телом, которое каким-то образом умудрились впихнуть в классический черный костюм.
Коллин Фридман не встретил меня так же горячо, как его супруга, но уголки его губ немного приподнялись, и он посмотрел на меня добрыми глазами, которые были характерны для любящих отцов.
– Здравствуй, Шейлин, – произнес он низким, по-настоящему мужским голосом.
Вместе с теплом я вдруг почувствовала странное волнение. Оно точно не принадлежало мне, и больше напоминало отголоски из прошлого. Будто что-то, что произошло со мной давно, все ещё имело влияние на настоящее.
Внимательно посмотрев на своих виртуальных родителей, я не заметила на их лицах ничего, из-за чего бы мне стоило переживать.
Это приятное чувство продлилось ровно до тех пор, пока из коридора не послышался стук каблуков. Втянув воздух через нос, я почувствовала приторно-сладкий аромат ванили и вздрогнула, когда позади послышался высокий женский голос:
– Моя любимая племянница!
Мозг отчаянно кричал мне бежать и не верить наигранной доброте, которая смахивала на вынужденное проявление чувств.
Было достаточно бросить через плечо один взгляд, чтобы понять.
Белая королева.
Передо мной стояла женщина с длинными светлыми волосами теплого оттенка и настолько острыми чертами лица, что в них еле проскальзывало что-то общее с миссис Фридман. В обтягивающем изумрудном платье и на высоких каблуках выделялась ее худоба, красная помада подчеркивала выраженные скулы и зеленые глаза.
В приложении не было никакой информации об этой женщине, но я почему-то знала, кто стоит передо мной.
– Тетя Марисса.
Длинные руки обхватили меня за плечи, цепкие пальцы впились в кожу.
– Как я рада, что ты не успела натворить дел, пока нас не было
Кажется в ее глазах я выгляжу бунтаркой. Я выдавила из себя полуулыбку. Когда сотрудники дома оповестили о том, что вещи выгрузили из машины, мистеру Фридману позвонили, и он ушел в свой кабинет.
– Всегда такой занятой, – цокнув, произнесла Марисса. – Он же успеет подготовиться к встрече вечером?
Званый вечер, про который я совсем забыла. Миссис Фридман мягко прикоснулась к моему плечу.
– Я привезла тебе подарок. Посмотришь?
– Наша Шейлин останется в восторге! – хлопнув в ладони, сказала Марисса. – Мне не терпится посмотреть на тебя.
Я испытывала жгучую потребность держаться поближе к миссис Фридман, а не к ее сестре. В голосе Мариссы слышалась теплота и забота, но глаза оставались холодными, безучастными, как будто она хотела поскорее закончить этот спектакль.
Когда миссис Фридман повела меня к лестнице на второй этаж, я с тоской посмотрела в сторону арки, за которой скрылся глава семейства. Почему с тоской? Почему, глядя на него, я испытывала такое сильное волнение? Оно не шло ни в какое сравнение с тем, что я чувствовала до этого, и вернуло меня на несколько лет назад. В своей настоящей жизни я проходила через что-то подобное.
Когда желала услышать похвалу.
– Барт, ты можешь немного отдохнуть, – сказала миссис Фридман, стоило нам подняться в мою комнату. – Спасибо тебе.
– Всегда к вашим услугам.
К счастью, Марисса не последовала за нами, сославшись на необходимость сделать несколько звонков. Когда дверь закрылась, я почувствовала, как комфорт медленно обволакивает меня со всех сторон.
«Подарком» оказалось роскошное вечернее платье черного цвета с элегантным разрезом с правой стороны и тонкими бретельками. Талия была обхвачена широким шелковым поясом. Верхняя часть платья смотрелась просто, но классический стиль только притягивал взгляд и не портил общего впечатления.
– Я должна надеть его на сегодняшний прием?
Миссис Фридман в замешательстве посмотрела на меня. Только потом я поняла, что формулировка моего вопроса показалась ей грубоватой.
– В смысле… могу ли я?
– Конечно.
Пока я мерила платье с туфлями на среднем каблуке, миссис Фридман рассказывала про командировку и поездку в Орландо. Сделка на строительство нового торгового центра, которым владела она и ее сестра, прошла успешно. Возводить здание будет компания, которой руководил мистер Фридман.
Помимо прочего, Марисса завела несколько выгодных знакомств с известными модельерами, которые пошьют ей одежду для весенней коллекции.
Ширма скрывала меня от внимательного материнского взгляда, поэтому я позволяла себе хмуриться и недоумевать. Как мне стоило относиться к подобным разговорам? Миссис Фридман искренне делилась со мной впечатлениями об Орландо, трудностях при заключении договоров и предстоящей работой, которая снова вытянет из нее все силы, а я могла только издавать непонятные звуки, соглашаясь с ней.
Она видела во мне любимую дочь, в то время как я была чужой для этого мира.
  
Внезапно зазвонил телефон, и миссис Фридман, извинившись, ответила на звонок.
А я почему-то вспомнила свои слова, адресованные Диане во время нашего последнего неприятного разговора.
– В подавляющем большинстве случаев характер героини после такой трагедии развивается одинаково. А еще она становится, в своем роде, свободной от внимания родителей. Почему нельзя придумать что-то интереснее? Плохие взаимоотношения. Недопонимание. Семейные тайны. Почему бы не создать трудности, которые реально будут добавлять сюжету красок и развивать не только главную героиню, но и второстепенных персонажей?