Границы виртуальной любви

Колин уезжал на работу рано утром и приезжал поздно вечером, поэтому виделась я с ним редко. Если такое случалось, он нежно трепал меня по волосам и уходил в кабинет или поднимался в спальню отдыхать. Я поняла, что старалась лишний раз не попадаться ему на глаза, и это желание было практически невозможно контролировать. Игровая Шейлин испытывала к отцу безграничную любовь и знала, что это было взаимно. Тогда почему у нее потели ладони при виде его, а глаза опускались вниз, словно она испытывала… вину?
  
Меня раздражало такое поведение и интриговало, потому что в этой семье, по всей видимости, была какая-то тайна, до которой я пока не добралась.
Доберусь ли вообще?
В субботу утром, лежа на своей гигантской кровати и глядя в потолок, я не выдержала и позвала к себе Барта.
– Почему ничего не происходит? – спросила я, как только он оказался в комнате. – Прошло уже почти пять дней. Мне никто не звонит. Не пытается со мной связаться. Разве не должно случится… хотя бы что-нибудь?
Барт снова посмотрел на меня тем самым взглядом «Почему ты ничего не понимаешь?».
– Потому что вы не делаете ничего, чтобы сюжет развивался.
Я замерла посреди комнаты и медленно повернулась к Барту.
– То есть…
– То есть, пока вы сами не создадите ситуации для развития сюжета, история будет стоять на месте.
– Эти пять дней…
– Считайте, что игра была на паузе, пока вы исследовали дом и общались с родителями.
На журнальном столике поблизости стояла ваза с красными пионами, которые росли у нас в саду, и я едва подавила желание швырнуть их в Барта.
– Почему ты мне ничего не сказал?!
Ведь это был мой гениальный план: отсиживаться в четырех стенах, чтобы не напороться на неприятности.
– Вы выглядели такой уверенной, когда исследовали дом. Я подумал, что это необходимо для дела.
– Да на кой черт мне этот дом, – рыкнула я и от безысходности застонала в ладони.
Я потеряла пять дней. Как много могло произойти за это время? Блейн улетел в Европу, но сюжет крутился не только вокруг меня и моего фаворита. Леона и Эммет тоже были значимыми фигурами, которых можно было привести к конкретной концовке.
Главным игроком истории выступала я. Это означало, что от моих действий будет зависеть судьба остальных.
– Что мне нужно сделать? – сквозь зубы процедила я.
– Начать взаимодействовать с кем-нибудь из основных героев.
– Родители Шейлин к ним не относятся, да?
Барт покачал головой.
Я выдохнула и потянулась к телефону. На экране появилось два первых контакта: «Красотка Леона» и «Самый сексуальный парень». Последний контакт принадлежал Эммету, и я точно знала, что не сама записала его так.
– Имеет значение, кого я выберу?
– Да.
Значит, позвоню Леоне.
Эммета следовало держать на расстоянии, потому что я не рассматривала его в качестве фаворита. Будет круто, если в какой-то момент наши отношения на сто процентов останутся только дружескими. Но для этого мне необходимо свести его с Леоной.
– Ты услышала мои молитвы о пощаде? – услышала я по другую сторону. – Клянусь, если Карен снова заставит меня придумывать сольные выступления со скрипкой, я проткну ее смычком.
Мои туманные воспоминания подсказали, что Карен – это бабушка Леоны.
– Хочешь развлечься?
– Господи, да, – простонала Леона, громко закрывая за собой дверь.
– Идеи есть? – с надеждой спросила я.
Почему-то мне казалось, что Леона была генератором самых безумных идей и неиссякаемым источником энергии.
– Одна мысль есть.
Пока Леона издавала звуки, похожие на переодевание, я включила громкую связь.
– Эммет сказал, что сегодня в Чиэре будет выступление его группы. Можем сгонять туда. Или, если ты не хочешь видеть его самодовольную морду, сходим в другой клуб и пофлиртуем с загадочными парнями.
На флирт с загадочными парнями у меня не было времени и желания, поэтому я согласилась на первый вариант.
– Молю, только оставь своего красавчика охранника дома. Барт классный. Огонь парень. Но он распугает всех потенциальных ухажеров.
Я взглянула на Барта и увидела на его губах легкую улыбку.
– Заеду за тобой в пять.
– На своей машине?
– Сбрендила? Нет. Я собираюсь напиться сегодня. Может, тогда у меня хватит смелости все-таки прирезать кого-нибудь смычком.
Леона сбросила звонок, не дав мне ответить. Я испуганно посмотрела на Барта.
– Что мне делать?
– Поехать с госпожой Кид в клуб.
– Без тебя? Я отказываюсь. Если там что-то произойдет? Если мне будет нужна помощь? Что мне тогда делать?
– Вы уже знаете, что из себя представляет игра. Вам нужно взаимодействовать с героями так, как считаете нужным. Хотите свести вместе госпожу Кид и господина Гарнера? Помогите им в этом. Хотите дойти до концовки с Блейном Мэнсфилдом? Избегайте близости с другим фаворитами.
– Как понять, кто из парней вокруг фаворит?
– Приложение. – Барт кивнул на телефон в моих руках. – Если персонаж имеет значение для истории, в приложении обновятся анкеты. Там же вы можете увидеть, является ли герой потенциальным фаворитом.
Это звучало просто на словах. На деле будет невыносимо сложно.
– Ладно, – протянула я и отправилась выбирать наряд.
Благодаря безделию, я изучила свой гардероб вдоль и поперек и точно могла сказать, что половина вещей игровой Шейлин никогда не заинтересовала бы меня в реальной жизни.
Все казалось слишком идеальным, без лишних деталей, приближенное классике, а не к комфортному уличному стилю, который выбирала я. Элегантные юбки нейтральных цветов висели под классическими блузками и рубашками, дальше – платья, сортированные по сезонам: теплые с мехом были убраны под чехлы, а летние красовались рядом с полками с красиво украшенными туфлями и босоножками.
Я покосилась в сторону дальнего шкафа с черным стеклом, за которым висело несколько комплектов одежды, когда-то выбранные или подаренные Леоной.
Кожа, замша, стразы и еще много чего, что являлось визитной карточкой моей игровой подруги. Я открыла шкаф и посмотрела на черные кожаные штаны, висящие в начале, и короткий топ такого же цвета на тонких лямках. А ведь Леона в реальности тоже когда-то так одевалась. Она любила темные цвета, веселилась с друзьями байкерами и ходила на рок-концерты, не забывая втягивать в это меня.
Первый курс было круто, пока уровень социализации в моем организме не начал стремиться к нулю. Как и отношения с Леоной. Тогда все пошло под откос.
Отношения с семьей были отвратительными. В любовной сфере я тоже потерпела неудачу, связав жизнь с кретином, который вознес меня над облаками, а потом толкнул в пропасть…
Тряхнув головой, я прогнала надоедливые мысли, приготовила кожаные штаны с разрезами снизу, топ и взяла расшитую красными нитками кожаную куртку. Из обуви выбрала обычные черные кроссовки.
Времени до пяти было много, поэтому я спустилась на первый этаж. Не знаю для чего, но ноги сами понесли меня к выходу с противоположной стороны дома, а потом – в небольшую оранжерею возле сада, в которой игровая мама проводила почти все свободное время.
– Шейлин! – радостно воскликнула Дженесса, сидя возле клумбы тех самых тюльпанов, которые стояли в моей комнате. – Стало скучно?
– Хотела предупредить, что в пять за мной заедет Леона.
– Поедете на концерт Эммета?
– Да.
– Хорошо. Твой папа приедет домой пораньше, так что мы посмотрим с ним какой-нибудь жутко романтический фильм.
– Он же их не любит, – выпалила я информацию, которая, как всегда, пришла ко мне в голову внезапно.
– Он любит их комментировать. Любимая мелодрама превращается в комедию рядом с ним.
  
У меня перехватывало дыхание, когда я видела взаимодействия игровых родителей или слышала, как Дженесса говорила про Коллина. В реальности я не могла наблюдать за чем-то подобным, поэтому такое поведение казалось приятным, но непривычным.
Дженесса продолжила копаться в цветах. Я почему-то подумала о ее реакции на концерт Эммета.