Золотко партии (СИ)
— Мисс Елена, я даже предположить не могла, что работа актрисы настолько трудна. Скажу честно: если бы я раньше знала, насколько это непросто, я бы ни за что не согласилась вам помочь. И уж точно никогда больше я на такую авантюру не соглашусь: меня просто дети не поймут и муж.
— Миссис Робертс, я думаю, что вам зарекаться не стоит. Карьеры великой киноактрисы я вам, конечно, не обещаю, но еще в одном фильме я вас точно сниму.
— Это вряд ли. Мисс Елена, я вас очень уважаю, но… да, десять тысяч долларов, которые вы мне заплатили — это очень большие деньги, но даже за такие деньги…
— Давайте так договоримся: где-нибудь в ноябре вы мне позвоните и мы договоримся о съемках следующим летом.
— Почему в ноябре?
— Потому что у нас в СССР седьмое ноября — это большой праздник, а по праздникам у нас принято дарить подарки. И вам с Эмилио таким подарком будет один процент от общего бокс-офиса в США. По одному проценту сборов с начала проката по седьмое ноября включительно. И что-то мне подсказывает, что и ваш муж, и дети будут счастливы, что их жена и мать еще раз, причем я специально подчеркну — в последний раз — сыграет в кино. Но это все только в следующем году будет, а пока давайте все же займемся работой: сегодня мы будем снимать сцену в городке, и нужно собрать всю массовку. Пожалуйста, проследите, чтобы все были одеты правильно: если кто-то снова явится на площадку в полиестровой футболке, я очень рассержусь. И особенно проследите за Сэм: она должна быть полностью переодета в это рванье, вплоть до трусов.
— Вы хотите снять…
— Я просто знаю, что эти древние одеяния сильно влияют в том числе и на походку. А так как я привыкла все снимать с одного дубля, мне нужно чтобы она все делала правильно, в том числе и чтобы ходила правильно. Вспомните хотя бы свое детство…
— Мистер Гадин Бланко постоянно говорит, что вы — гений, но раньше я и не подозревала, насколько он прав. Я ведь только после ваших слов поняла, насколько тогдашнее белье было неудобным… буквально почувствовала заново эти ужасные швы и складки. Я поняла, что вы имеете в виду и прослежу, чтобы все было сделано… идеально.
Ну что сказать, «Paper Moon», вышедшая на экраны первого августа, в целом мои ожидания оправдала: за месяц фильм собрал в прокате чуть больше двадцати пяти миллионов долларов, из которых мне досталось пятнадцать — а на съемки его было потрачено чуть больше полумиллиона. А еще книжку купило почти три миллиона человек, что мои (точнее, Васины) доходы более чем удвоило: он поступил мудро (веря в «гениальность» племянницы) и просто учредил свое книжное издательство, которое книжку и выпустило, забрав в результате практически всю выручку от ее продажи. А двадцать девятого августа на экраны вышел и «Romancing the Stone» — и вот этот фильм все мои самые светлые ожидания превзошел, собрав в премьерный уикенд сращу двадцать семь миллионов. Но больше всего денежек на меня пролилось из «Блокбастера» за мой насквозь пропитанный штампами (двадцать первого века конечно) сериал «First of all, for love»: практически все пятьдесят тысяч копий сериала постоянно находились на руках, принося мне по доллару каждые два дня. Немного, если иметь в виду почти три миллиона проданных в США видюшников, но эти жалкие, на первый взгляд, двадцать две с четвертью тысяч долларов ежедневной выручки подсчитывались на каждую из сорока серий, а с начала проката сериала мне от него (не считая выручки от лицензий на показ от телеканалов, но там крохи были) досталось уже чуть больше тридцати миллионов…
Перед тем, как я вернулась домой, Вася мне за ужином сообщил:
— Пекенья, мне иногда кажется, что ты ерундой занимаешься, но когда я смотрю на финансовую ведомость, мне становится за тебя страшно: не может человек такие деньги зарабатывать, не порождая толпу недоброжелателей и завистников. Ведь в той же киноиндустрии общие сборы от проката фильмов ежегодно увеличиваются процента на три, редко когда на пять — а ты своими творениями забираешь очень большой кусок от этого пирога.
— Ты забираешь.
— Ну, если смотреть по бумагам, то вообще все мама забирает, но люди-то не слепые, они видят, кто на самом деле все эти сборы обеспечивает. Так что я думаю, тебе стоит на какое-то время спрятаться в Советском Союзе: тут слишком большие деньги замешаны, а за деньги и разные политические провокации могут произойти.
— Тогда тебе стоит поискать поддержки среди промышленников, ведь почти всю выручку «Бета» тратит на закупку разного оборудования и станков, а если выручки не станет, они лишатся очень даже заметных заработков.
— Это верно, и я уже работаю в этом направлении, больше того, у меня уже есть довольно серьезная поддержка в этой области. Но ты забываешь кое-что…
— Что именно?
— Вспомни, кто владеет Голливудом…
— Знаешь, дядя, а ведь ты мне подкинул очень интересную идею. Только я ее сначала подумаю, а потом мы с тобой еще поговорим. А сейчас… я все же довольно сильно устала, так что поеду в аэропорт и полечу домой. А вот когда отдохну и подумаю всерьез, мы снова встретимся. Но раз уж ты старший, я тебя послушаюсь и мы встретимся в Москве. Договорились?
— Естественно. Я сейчас вызову машину…
Вообще-то век фильмов в США недолог: обычно фильмы больше полугода в прокате не держатся, а чаще всего фильм через два-три месяца после выхода с экранов пропадает. Но и за это время можно с фильма изрядную денежку слупить, а за денежки нетрудно много всякого полезного купить. Это без денежек проблемы возникают — впрочем, они могут возникнуть даже в случае, когда деньги есть, если в бизнес вмешивается политика. Но пока янки не ввели всякие свои эмбарги на торговлю с Мексикой и Аргентиной, все проблемы оказывались решаемыми. И я очень ловко решила одну из очень серьезных проблем Советского Союза, закупив в США сразу двадцать тонн индия. На самом деле столько индия не рынке вообще не было, но Вася через какую-то «внучатую» компанию «Беты» заключил контракт с американским (с даже мировым) монополистом в этой области — Индиевой корпорацией Америки — на поставку такого объема в течение года на следующие три года, причем полностью будущую поставку и оплатил. И оплатил, имея в виду опцион на поставку (по той же цене) еще по двадцать тонн и в следующие три года: насколько мне подсказал мой склероз, рывок в стоимости металла начнется как раз в семьдесят втором, а пока из-за размера контракта Вася даже скидку выбил и металл шел в Союз по цене в семьдесят два доллара за килограмм. А если учесть, что Союз этого индия выпускал что-то около шестисот килограммов в год, то моя закупка лишней явно никому не покажется.
То есть я так думала, но когда вернулась домой, узнала, что мнение мое было ошибочным. Но так орать из-за каких-то пяти миллионов долларов точно не стоило, и тем более орать по этому поводу не стоило человеку, который вообще раньше не знал, что такое индий и с чем его едят. То есть Леониду Ильичу орать не стоило, и мне пришлось его долго успокаивать. Но не в плане «не плачь, дяденька, все будет хорошо», а в плане «пасть заткни, если не соображаешь, о чем тут вообще речь идет — и молча умных людей выслушай». Я, конечно же, вслух мое мнение в такой форме озвучивать не стала, хотя и очень хотелось, и даже на испанском не выразила свои чувства, все же Леонид Ильич мог и понять, что я собралась ему высказать. Поэтому разговор наш пошел в несколько ином ключе:
— Леонид Ильич, мне кажется, что вас кто-то дезинформировал…
— То есть ты не заплатила этим американцам пять миллионов?
— Заплатила, но не пять, а всего четыре с половиной, даже чуть меньше. Но это был, можно сказать, вынужденный шаг, и к тому же я там у буржуев денег заработала гораздо больше.
— Ну, о твоих заработках я слышал, но ведь у нас валюты все равно катастрофически не хватает.
— А если бы я не потратила эти миллионы, то через несколько лет у нас валюты стало бы не хватать гораздо сильнее. Вот сколько у нас в стране сейчас людей проживает? Почти четверть миллиарда? Так вот, я получила довольно интересную информацию, и если отбросить маловажные на нынешний момент детали, для обеспечения высокого уровня жизни населения нам через пять лет потребуется этого индия аж по полграмма на человеко-рыло. То есть нужно будет индия примерно сто двадцать пять тонн, а где его взять? Вот я столько и законтрактовала, почти столько: если бы я больше попросила, то цена мгновенно выросла бы. А так я даже скидку небольшую выцыганила — ну а недостающие пять тонн Советский Союз, я думаю, как-нибудь сам произвести сумеет.