О, этот дивный, юный мир (СИ)

Барон, пораженный этими словами, не мог вымолвить ни звука. Пару минут он молчал, а затем сказал:
— Матушка, Иора, вы согласны переселиться из нашего старого дома в этот прекрасный корабль?
Завороженные таким известием женщины дружно закивали головами, а Виктор весёлым голосом воскликнул:
— О, барон, вот тут вы ошиблись! Ровно половина жизни дальлётчика проходит на родной планете, где он отчитывается о проделанной работе и потом готовится к новой экспедиции. Поэтому не спешите расставаться со своим домом.
  
Барон улыбнулся и спросил:
— Тогда может быть мне не выезжать из него?
— Нет, друг мой, вам нужно будет обязательно подняться на борт «Серебряного сокола». Если судить по состоянию вашего винного погреба, то эти гнусные монахи наверное полностью разграбили ваш дом и всё в нём испоганили, так что жителям Клейста сначала придётся всё восстановить в нём и навести полный порядок, а за это все пять викторов, извините, это не я назвал эти корабли так, а те парни, которые строят их на своей космоверфи, в общем все наши корабли полетают с часок над этим городом, включив бортовые кандисы и осветят в нём радужными лучами всё живое, ну, а вы будете смотреть на всё это сверху. Это первая причина, а вторая ничуть не менее прозаическая. Для того, чтобы ваш организм смог полностью восстановиться, вам потребуется специальная высококалорийная диета и вас ею обеспечат на «Серебряном соколе» куда лучше, чем в столице, где вы жили.
Бинго тут же встрепенулся и сказал:
— Вик, вообще-то этого парня не мешало бы заложить на эти три дня в ванну с физраствором. Тогда он точно не будет вертеться на кровати, как веретено и они пролетят незаметно.
С борта «Серебряного сокола» спустились ещё два робота и принесли с собой куда более удобное инвалидное кресло с антигравом, в которое они немедленно пересадили барона. Виктору в этот момент позвонила по спутниковому телефону Люба, которая уже была в курсе всех последних событий в Клейсте. Внимательно выслушав её, он велел Бинго проводить мать барона и его жену в каюту и сразу же заняться ими. Барону же он сказал:
— Аквиол, через три с половиной часа сюда прилетит моя жена, она очень хороший врач, и займётся вами. Она сказала, что ваш случай особый, очень уж тяжелые у вас увечья, а потому и облучать кандисами вас должен специалист. Поэтому я предлагаю вам сначала посмотреть на Клейст с высоты птичьего полёта, ну, а заодно мы с вами поговорим.
Молодёжь и в Клейсте отлично поработала, а потому когда все пять кораблей стали кружить над городом, изливая на него радужные лучи, паники не возникло. Буквально все люди вывалили из домов на улицы и впитывали в себя ту целительную энергию, облачённую в радужные сполохи, как впитывало её всё живое. Старые, больные деревья сбрасывали с себя листву и даже засохшие ветви, с них опадала повреждённая кора и они молодели и наливались силой у всех на глазах, чему очень способствовало то, что ночью прошел сильный дождь и почва была напоена влагой. Барон, сидевший в пилотской рубке вместе с Виктором, Ларри и ещё двумя роботами, был поражен тем, как быстро всё происходило. Через полтора часа Виктор пригласил его в свою каюту и там они продолжили разговор уже наедине. Приняв из рук Виктора бокал с викторианским красным вином, барон посмотрел через вино на свет и спросил:
— Виктор, почему вы проявляете по отношению ко мне такую щедрость? Вы ведь совсем на знаете нашего мира. Поверьте, в нём найдутся люди, которые достойны этого больше меня.
Виктор поднял бокал, приветствуя им собеседника, и с широкой, дружелюбной улыбкой на лице сказал в ответ:
— Аквиол, ваша планета первая, на которой мы нашли братьев не только по разуму, но и по внешнему виду, не говоря уже о том, что даже в плане культуры мы очень похожи. В середине девятнадцатого века наша планета в цивилизационном плане была почти точно такой же, как ваша сегодня. По роду своей работы я очень тесно связан с Управлением Колонизации Планет и находящейся в её подчинении Дальней Разведкой. Более того, её босс мой друг и сейчас он находится на вашей планете. Так вот, у них на этот счёт даже разработана специальная доктрина, в которой они дают рекомендации как входить в контакт с представителями чужих цивилизаций. Ну, а в числе прочего в ней есть целый раздел, посвящённый футурологическому шоку. Некоторые мудрецы считают, что такие цивилизации, как ваша, которые отстали от нас на три сотни лет, могут впасть в панику при виде нашего могущества. Поначалу именно это и произошло, ваша артиллерия обрушила на нас сотни тонн снарядов. Не скажу, что это меня слишком уж опечалило. Было бы куда хуже, если бы они стали вместо этого стрелять друг в друга. Сами понимаете, барон, мы прекрасно видели с орбиты, что вот-вот должна была грянуть битва и сделали всё, чтобы не допустить этого, а на следующий день я узнал, что одна юная девушка мечтает стать звёздной путешественницей и всё благодаря вам. В общем, барон, вы своими книгами свели чуть ли не к нулю страх очень многих лидарнийцев перед более развитой цивилизацией. Нет, на вашей планете конечно найдутся люди, которые будут панически бояться новой техники, но я думаю, что если они увидят, что ею овладели такие люди, как вы и Лимия, это их успокоит и они скажут, чёрт возьми, а чем, спрашивается, я хуже этого барона?
Барон улыбнулся и спросил:
— Неужели вы думаете, что всё будет так просто?
Виктор понимающе кивнул головой, улыбнулся и немедленно задал встречный вопрос:
— Вы намекаете на то, что в вашей стране чрезвычайно сильна власть короля и церковники имеют огромное влияние на людей? — Барон кивнул головой и Виктор, видя, как он напряжен, с усмешкой ответил — А вот это уже моя забота, Аквиол. Насколько я это понял, у вас в большом ходу святая вода и мощи какого-то святого пройдохи, которые церковь впаривает всем в качестве панацеи. Ну, панацея у нас и своя имеется, хотя если честно, то мы и до открытия Джона Кандиса, с ним вы ещё встретитесь, имели такую медицину, которая делала практически всё то же самое. Так что глаз, руку, и ноги мы вам пришили бы, да, и омолодили вас может быть не так быстро, как это вскоре произойдёт, но тоже очень радикально. Здесь важно другое, Аквиол, вы очень сильно обогнали вас в области науки и техники, но ещё сильнее Земля и её колонии обогнала Лидарну по части государственного управления, защиты прав граждан и справедливого распределения всех тех благ, которые люди создают своим трудом.
Барон торопливо допил вино и воскликнул:
— Виктор, неужели у вас нет угнетённых и угнетателей?
Коротко хохотнув, Виктор ответил:
— Есть! Барон, вы видите перед собой самого угнетаемого человека на Виктории. Более того, почти половины людей, которые входят в состав моей экспедиции, также являются угнетёнными личностями, ведь все они занимают на Виктории очень высокие посты и должности. Аквиол, если считать по вашим годам, то мы все почти двадцать пять лет вкалывали без отпусков, поднимая нашу колонию с нуля. Сейчас мы, наконец, взяли трудовой отпуск и смылись с Виктории, оставив там вместо себя своих помощников и заместителей. На Земле, а также на всех других планетах, творится то же самое, — правители вкалывают больше всех и на их долю выпадает больше всего критики, но мы сами выбрали свою стезю и потому не имеем права жаловаться.
Барон мин-Байрель закивал головой и воскликнул:
— Вот теперь я начинаю всё понимать, Виктор! Да, если вы станете рассказывать каждому человеку о том, какие порядки заведены на Виктории и других планетах, то всех наших правителей ждут очень тяжелые времена, как и церковников. Боже, как же нам повезло, что во главе такой экспедиции оказались именно вы, Виктор, — правитель целого мира, и что её членами являются ваши самые главные помощники. Учитывая ваше техническое превосходство, вам даже не понадобится армия, чтобы отобрать власть у этих негодяев и передать её в руки отобранных вами и специально подготовленных для этого людей.
  
Виктор замахал руками и тоже воскликнул: