О, этот дивный, юный мир (СИ)

— Нет-нет, Аквиол! Этого не будет никогда! Сначала мы объясним людям, кому именно, какому правителю они будут должны передать власть над всей планетой, а уже потом сделаем так, чтобы каждый лидарниец не выходя из дома смог отдать свой голос за того кандидата, который ему понравится. Правда, до той поря власть на вашей планете будет временно принадлежать военным, как самым организованным и дисциплинированным людям, которые хорошо знают, что такое приказ. Причём не ставленникам короля, а тем генералам и адмиралам, которых уважают в армии и во флоте за мужество, ум, честь и волю.
  
Не имея возможности зааплодировать, барон принялся хлопать ладонью себя по бедру, после чего воскликнул:
— Великолепно, Виктор! Я ведь и сам военный, дослужился в гвардии до чина капитана и командовал эскадроном тяжелой кавалерии, поэтому мне хорошо известны как все тяготы воинской службы, так и то, кого из генералов в нашей армии уважают. Да, после того, как вы не дали двум армиям погибнуть из-за спеси и чванливости короля Лигуэна, самое искреннее уважение и признательность в армии вам будет обеспечена. Тем более, что вы будете призвать армию служить своему народу, а не венценосному болвану, которым церковники вертят, как хотят. Но как вы намерены поступить с королём Лигуэном?
— Очень просто, Аквиол. — Взмахнув рукой сказал Виктор и с улыбкой пояснил — Мы оставим ему какой-нибудь замок, аристократический титул, кое что из драгоценностей, назначим ему пенсион сроком лет на двадцать, и объявим его рядовым гражданином. Судя по оценке аналитического компьютера, вас проживает на планете почти шесть миллиардов человек и живёте вы, мягко выражаясь, хреново. С медициной нам, к счастью, разбираться не надо, у нас для этого есть кандисы, ну, а всё остальное в руках моего премьер-министра Алексея Кабанова. Он первым делом начнёт вытряхивать всю душу из ваших промышленников, объяснит, как нужно работать, а затем начнёт одаривать их новыми заводами и фабриками. О, в этом деле он знает толк и потому, Аквиол, те дворцы и замки, в которых живёт сегодня ваша знать, уже завтра будут выглядеть лачугами по сравнению с теми домами, в которых будут жить обычные люди. Да, и численность населения на вашей планете уже лет через пять сократится вдвое, ведь вокруг вас в космосе имеется множество прекрасных миров, которые вы должны будете колонизировать.
Барон мин-Байрель и рад был продолжить разговор, но тут в каюту вошла Люба и моментально утащила его в медицинский отсек. «Серебряный сокол» к тому времени вернулся в его поместье, где уже находились Мила, Лимия и Саша. Виктор пожелал ему поскорее вернуть себе недостающие части тела и спустился по траппу во двор. Космический корабль плавно взмыл в воздух и вскоре растаял в небесной синеве, Виктор со своими спутниками покинул поместье и снова направился в глубинку. Впереди лежала обширная лесостепь, а на её просторах было разбросано предостаточно количество деревень. Молодые люди были очень возбуждены и потому отлетев от Клейста километров на тридцать, он совершил посадку посреди степи. День клонился к вечеру и было пора позаботиться о ночлеге. Через полчаса, сидя за походным столом, поставленным возле надувного дома, он с весёлой улыбкой на лице спросил Сашу:
— Ну, как всё прошло, Сашок? Девушки тебя не обижали?
Мила тут же воскликнула:
— Ага, кто Сашку обидит, тот дня не проживёт! — После этого она потрепала парня по вихрам и принялась докладывать, чем они занимались в Клейсте — А вообще-то, дядь Вить, мы с ним изображали шаги и шум дождя за сценой. Всю агитационную работу проделала Лимми. Она в этом городке такого шороха навела, что народ мигом собрался на площади перед ратушей. Если бы у нас не было с собой мегафона, то она и без него довела бы до сведения горожан, чем ей противен этот Клейст и что только благодаря тому, что барон мин-Байрель в своих книгах воспевал благородство и служение своему народу, она согласилась оповестить их всех о том, что на Лидарну прибыли их звёздные братья и так далее и тому подобное. По-моему, дядя Витя, ей не дальлётом нужно быть, управляющей колонией. В президенты планеты её нам будет точно не протолкнуть, очень уж тут мужики охамевшие. Смотрят на женщин сверху вниз, хотя сами из себя ровным счётом ничего не представляют. Раз на Лидарне будет своя собственная Дальняя Разведка, то и Управление Колонизации Планет у них тоже должно быть, как и управляющие колониями.
Лимия тут же заявила:
— Мила, я не хочу быть управляющей колонией. Это то же самое, что и выйти замуж, чтобы потом провести всю свою жизнь на кухне и возле корыта, стирая грязное бельё.
Виктор поднял вверх указательный палец и сказал:
— Правильно говоришь, девочка. Быть управляющим это как раз и есть то, о чём ты сказала. Правда, ты забыла о полутора дюжинах ребятишек мал-мала меньше, которые орут с утра до ночи, требуют то есть, то пить, то кто-то из них обделался, а у тебя всего две руки и одна голова, да, и муж постоянно покрикивает, мол я труженик, всё несу домой, в семью, а у тебя для меня не находится ни свободного времени, ни ласкового слова. Убил бы гада после этого. — Видя недоумение на лицах Милы и Саши, он покивал головой и подтвердил свои слова — Да, деточки мои, так оно и есть на самом деле. Правда, при этом в моей работе есть одна очень приятственная вещь, — твои дети вырастают и становятся умными, красивыми и сильными людьми, которые добиваются в жизни такого, что тебе становится очень радостно на душе и тогда ты понимаешь, что вкалывал, как каторжник, не зря.
Саша немедленно щёлкнул Милу по носу и воскликнул:
— Ну, что, теперь тебе всё ясно? Ах, дядя Витя, ах, какой великий и прозорливый человек! Ах, какая у него интуиция и врождённый талант! Ах, какая у него харизма! Милка, пахарь наш дядя Витя, каких мало, и с ним рядом могут встать только дядя Лёша и твой отец, ну, и ещё человек десять.
Легонько стукнув парня в каменно-твёрдое, хотя они уже сняли с себя нанокомбинезоны и переоделись в шорты и лёгкие рубашки, плечо кулаком Виктор сказал:
— Сашка, наша экспедиция как раз вся целиком и состоит из таких пахарей и твой отец в нашем строю далеко не последняя личность. Запомни это. Хотя я и утрировал немножко, сравнивая управляющего колонии и её должностных лиц с матерью большого семейства, в общем так оно и есть.
Лимия, поняв, что всё это в какой-то мере было критикой в её адрес, не обиделась, а проявила сообразительность и сказала:
— Мила, высказать людям то, что ты о них думаешь и при этом ещё и сказать, кого они должны благодарить за то, что им чуть ли не в числе самых первых посчастливилось попасть под радужные лучи кандисов, это ещё не подвиг. Ну, а в том, что я хочу быть именно дальлётом, как мама Маша, нет ничего удивительного. Когда я читала книгу про Рома Фриара, сына простого рабочего и учительницы, ставшего звёздным разведчиком империи, то уже не видела ничего вокруг себя, так она меня захватила. Зато потом, когда закончила читать, расплакалась из-за того, что мне никогда не полететь к звёздам. Так неужели я могу сейчас думать о чём-нибудь ином, как о полётах к звёздам?
— Ты полетишь к звёздам, Лимми. — С уверенностью в голосе сказал Саша — Хотя кое-кто из моих знакомых и считает дальлётов чекалдыкнутыми на всю голову, я и сам пошел бы в дальлёты, но мне очень хочется стать, как и отец, блюстителем порядка, чтобы люди жили и даже не думали о том, что в своём собственном доме, городе и на своей планете им может угрожать хоть малейшая опасность. Я согласен с дядей Витей, это то же самое, что быть заботливой мамашей, только ещё сложнее, ведь никто не должен видеть рядом с собой блюстителей порядка, но все должны быть уверены в том, что они исправно несут службу.
  
— Ты хочешь стать полицейским? — Удивилась Лимия и тут же сказала — Саша, я не имела ввиду ничего плохого. Просто у Рома есть друг и он полицейский. Очень хороший полицейский, про которого говорят, что он видит каждого жулика насквозь и знает наперёд, что он задумал. Неужели у вас ещё есть жулики?