Нам по пути
Музыка закончилась, Крис разговаривал с девушками на сцене.
— Спасибо, Росс, — я покраснела до корней волос.
Росс обо мне подумал. Ну ладно, Коннор подумал обо мне. НоРосс Мэттьюз принес мне пончик.
— Так, общий номер! Займите места на сцене! — прокричал Крис через плечо. — Росс, Аарон, поищите-ка своих братцев. Не будем выбиваться из графика.
Росс вскочил и взял под козырек.
— Они в костюмерной. Пойду посмотрю, как они там.
— Давай я позвоню, — сказал Аарон.
— Валяй.
Росс поднялся на сцену по боковой лестнице, пока Аарон звонил Джесси.
— Я могу сходить за ними, если так проще, — предложила я.
— Прошу прощения! — разнесся по арене голос Джесси, и они с Коннором наконец появились, следом вошел Зак.
Крис постучал по запястью:
— Давайте, парни. Нужно постараться.
— Ну, простите, — повторил Джесси, пока они подходили к сцене. — Я сказал бы, что это не повторится, но…
Крис закрыл глаза.
— Я буду стараться, — сказал Джесси.
— Поднимайтесь сюда. Пора начинать репетицию.
«Скайлайн» поднялись на сцену, там их ждала Маккензи, уперев руки в бока.
— Прости, Мак, — сказал Зак. — Моя вина.
— Заведи себе чертов будильник, — процедила она.
Крис схватил микрофон:
— Подтанцовка! На места! Начали.
Его глаза изучающее пробежали по зрителям и остановились на мне:
— Как тебе исходная, Кейт?
Я показала оба больших пальца.
Он сошел со сцены.
— Так, прогоним без фонограммы, пойте сами.
Пока они разговаривали на сцене, я рассматривала пространство арены. Совсем скоро эта махина будет заполнена визжащими поклонниками моего брата. И я не очень понимаю, как к этому относиться.
Голос Криса вернул мое внимание к сцене.
— Прекрасно, Зак. Все время спотыкаешься.
Я уставилась на Зака, Росс передал ему маркер. Зак начал что-то сосредоточенно писать на руке.
Когда на всех надели микрофоны, Крис дал сигнал осветителям. Арена погрузилась во тьму, мое сердце громко стукнуло.
Ударник Коннора начинал песню с соло на барабанах. Луч света упал на Маккензи, так как она вступала первой. Хореография была гораздо ровнее, «Скайлайн» явно много репетировали. И еще было очень заметно, что Зак посматривает на ладошку, пока танцует.
— Хороший прогон! — объявил Крис, запрыгивая на сцену. — Минут пять отдохнем и прогоним еще раз. Потом вернемся к танцу, подправим некоторые шероховатости.
Рабочие сцены принесли воду и пару коробок с пончиками. Я знаком попросила Коннора оставить мне штучку, а он притащил всю коробку. Рядом со мной села мама.
— Как прошел прогон?
Только я хотела ответить, как Коннор заорал в микрофон:
— Привет, мам! Я не очень люблю пончики. Посмотри, фрукты принесли?
На гастролях у всех артистов есть райдер, в котором они обозначают, что им необходимо. Мои запросы были включены в райдер Коннора и состояли из нарезанного арбуза, лимонада и высокоскоростного Wi-Fi для общения с друзьями, когда нечего делать. Часть Коннора была гораздо обширнее. Я заглянула туда одним глазком и увидела перечень разных свежих фруктов, аспирин и запирающуюся на ключ комнату. Мама сразу поднялась, как обычно не закончив наш разговор, и ушла за кулисы проверять, где фрукты Коннора. День другой, история повторяется.
— Всем вернуться на сцену! — скомандовал Крис.
* * *Тренинг по эпилепсии провели в конференц-зале отеля. Ни невролог, ни один его сотрудник, никто из тех, кто работал прежде с Заком, не были наняты для гастролей. Это был обязательный тренинг, и все участники гастролей должны были его пройти. И, конечно же, я попала не в ту комнату.
— …вот-вот начнется, — говорил вроде бы Аарон, но я не видела.
— Какой смысл мне сидеть на этом тренинге по эпилепсии? — Это был, определенно, Зак. — Я не собираюсь никому помогать.
Я завернула за угол, парни стояли у дверей конференц-зала.
— То есть ты не пойдешь? — спросил Аарон.
Оба посмотрели на меня.
— Извини, — посторонившись, сказал Аарон. — Они уже начали, входи тихонько.
Зак застывшим взглядом смотрел в потолок, обхватив себя за плечи.
— Понятно, спасибо, — обходя их, ответила я.
В глубине комнаты у экрана с презентацией стояла женщина. Я постаралась незаметно проскользнуть на место в последнем ряду возле Маккензи. Она положила ноги на переднее сиденье, в руках телефон.
— Опаздываешь.
— Я знаю.
В презентации были рассмотрены наиболее распространенные типы припадков и способы оказания помощи при каждом из них. Объяснили, когда вызывать скорую помощь и какие шаги предпринять после приступа. Это было ошеломляюще, и к концу тренинга я совсем не чувствовала себя готовой оказатьхоть какую-нибудьнеотложную помощь. Когда презентация закончилась, Маккензи наклонилась ко мне и прошептала:
— Если у кого-нибудь рядом со мной случится припадок, я вызову 911.
Джесси поднялся со своего места.
— Спасибо вам, что пришли. Нам нужно еще несколько минут, чтобы обсудить конкретное состояние Зака. Мы не боимся большого эпилептического припадка у Зака; у него был только один. В основном Зак страдает от парциальных судорог.
Лектор дала Джесси пульт, и он вернул слайды, представляющие подробности приступа.
— При парциальном приступе он не теряет сознания и не цепенеет, — объяснил Джесси. — Это может случиться в любой момент, но первый признак — он становится заторможенным. Если вы не можете привлечь его внимание, вот это и значит, что что-то не в порядке.
Подавшись вперед, я старалась изучить текст и запомнить детали. Я хотела быть уверенной, что запомнила все, что нужно. Я вовсе не надеялась когда-нибудь остаться с Заком наедине, но я не хочу быть тем человеком, который его подведет.
— Он может кивнуть, если вы его спросите, но скорее всего он будет смотреть на вас в замешательстве, — продолжал Джесси. — В зависимости от того, насколько он соображает, он может попытаться встать. Но необходимо оставить его сидеть.
Я вытащила телефон, чтобы записать все по пунктам.
— Он останется в таком состоянии — не разговаривая, глядя в одну точку — несколько минут. Сохраняйте спокойствие — эточрезвычайноважно. Вы поймете, что он приходит в себя, когда он попросит воды. Он любит очень холодную воду, говорит, что она помогает прояснить сознание. В этот момент он не может поддерживать полноценный разговор, но может ответить на простые вопросы. Тогда лучше отвести его куда-нибудь, где он сможет лечь, так как он будет очень уставшим и у него начнет сильно болеть голова. Он потом обязательно заснет, но оставлять его одного небезопасно. К тому времени вам следует любым способом оповестить нас, и мы возьмем ситуацию под контроль. Но ни в коем случае не оставляйте его одного, так как он может проснуться со спутанным сознанием, а это небезопасно.
Маккензи наклонилась ко мне, взглянула на записи.
— Отправишь их потом мне?
Я кивнула.
— Всегда помните, что есть угроза безопасности, — продолжил Джесси. — Во время парциального приступа не позволяйте ему встать и ходить. Если он начнет что-нибудь делать, останавливайте. Вот самый последний пример. Зак мыл посуду, начался приступ, тарелка упала на пол и разбилась вдребезги. У нас битое стекло на полу, а мы не можем толком объяснить Заку, что происходит. В конце концов Росс порезал ногу. Скверно получилось.
— Очевидно, нужно было надеть обувь, если на полу битое стекло, — после этих слов Аарона по комнате пронесся смешок.
— Это не мелочи, — сказал Джесси. — И мы это понимаем. Как только мы услышим о такой ситуации, постараемся как можно быстрее прийти, поэтому я сейчас напишу наши номера на этой доске. Пожалуйста, убедитесь, что они у вас сохранились, и при необходимости звоните без колебаний.
Аарон встал:
— Лучше всего звонить Джесси. Росса вызывайте в последнюю очередь, он теряется в сложных ситуациях.