Заточи свой клинок и Вперед! 3 (СИ)
Камень брызнул осколками. В полу появилась воронка размером с ванну, а от удара по потолку пещеры прокатилась дробь — сталактиты закачались и посыпали мелким крошевом.
Перекатился вправо, поднялся в пяти метрах от туши.
И тут меня накрыла волна запаха.
Мать моя. Эта тварь воняла так, будто сдохла задолго до нашей встречи и просто забыла об этом. Серая кожа в бородавках и зеленоватых потёках, по которым ползали какие-то личинки. Из перекошенной пасти свисала нитка мутной слюны.
Сорок второй уровень. Система подсветила цифру над его башкой.
Я аж присвистнул. На первом этаже аномальный Сэр Валерик был пятнадцатым. А тут рядовой патрульный на сорок втором. «Настоящий Лабиринт» сразу взял быка за рога. Ну, или в данном случае, циклопа за глаз.
Одноглазый выдрал дубину из воронки и уставился на меня единственным глазом. Зрачок сузился, считывая что-то невидимое над моей головой.
— Двадцать четвёртый? — из кривой пасти вырвался хриплый смешок. Циклоп расставил ноги шире и замахнулся снова. — Мелкий червяк забрёл не на тот этаж! Тут даже крысы тридцатые!
— Знаешь, — я сместился влево, пропуская дубину мимо, — для сорок второго уровня ты машешь палкой как первоуровневый гоблин после бутылки бормотухи.
Циклоп взревел и рванулся вперёд, замахиваясь с удвоенной яростью. Движения быстрые для такой туши, но прямолинейные.
Хватит с ним в игры играть. Надоело.
Проклятый меч лёг в руку привычной тяжестью, и я шагнул в мёртвую зону, прямо под замах. Циклоп на мгновение завис с поднятой дубиной, и его единственный глаз заметался, пытаясь найти добычу, которая только что была тут.
Но тут моё лезвие вошло в бедро и вышло с обратной стороны. Тринадцать тысяч урона прошли через мышцы и кость, как нож через студень. Только звук другой, влажный хруст, от которого циклоп коротко всхрапнул и замолчал навсегда.
Колени подогнулись. Четыре метра мяса начали заваливаться, и я отступил, пропуская тушу мимо. Она грохнулась мордой в камень, и рядом материализовалась белая коробка.
Вы убили Циклопа-Стража!
Получено: 870 опыта
Прочность Проклятого меча Вечного Дозора повышена: 10/2000
Восемьсот семьдесят за одного. На нижних этажах за такой опыт пришлось бы вырезать половину гоблинского племени.
Вытер лезвие о шкуру покойника, коробку забросил в наруч.
— Заточить.
Привычная вспышка. Плюс одиннадцать к урону, минус одна прочность. Можно сказать ритуал: убил, обобрал, заточил и двинул дальше. Некоторые по утрам зарядку делают, а я клинок затачиваю.
Призвал «Эгиду», встал на щит и поднялся к потолку.
Шестой этаж разворачивался подо мной. Потолок терялся во мраке на высоте десятка метров, а внизу, за россыпью валунов, горели оранжевые точки. Костры. И вокруг них копошились серые фигуры.
Семь циклопов. Одни помельче моего покойника, зато второй заметно крупнее, метров пять ростом, с костяными наростами на плечах и глазом багрового цвета. По ходу он у них тут главный.
А рядом с кострами бродили… что-то четвероногое. Я снизился, прищурившись.
Овцы.
Вроде бы.
Серая клочковатая шерсть, вытянутые морды. Но одна из них как раз задрала башку от своей миски — если это можно назвать миской — и я разглядел у неё в пасти четыре ряда кривых зубов, из которой торчал чей-то недожёванный хвост. Из-под шерсти на загривке росли костяные шипы, покрытые засохшей коркой.
Хищные овцы. Циклопы их, получается, разводят.
У меня появилось странное чувство, что шестой этаж будет интересным местом.
Завис на щите, прикидывая. Стандартный подход: призвать зомби, Викторию, развернуть боевой порядок, зачистить. Всё по накатанной.
А можно сделать и по-другому.
Я покрутил меч, ощущая каждый грамм рукояти. Когда в последний раз дрался по-настоящему, от первого удара до последнего? Просто клинок и я, без стратегий и командования?
На нижних этажах я слишком привык воевать чужими руками. Командир, который разучился держать меч, рано или поздно оказывается на остриё чужого.
Щит нырнул вниз.
Спрыгнул в тридцати метрах от крайнего костра и зашагал к лагерю открыто, обычным шагом.
Первым среагировал молодой циклоп. Тридцать восьмой уровень, поменьше остальных, с дубиной, которая выглядела так, будто её выломали из забора. Тварь вскочила, засопела и заревела, оповещая стаю.
— Человек! — он ощерился, обнажив жёлтые клыки. — Один! Маленький! Еда!
Исчерпывающая характеристика. Цикломы нынче не утруждает себя красноречием.
Я ускорился.
Враг замахнулся, а я уже был внутри его замаха. Обратным движением вспорол ему горло и прошёл дальше, даже не оборачиваясь на грохот падающего тела.
— Заточить.
Второй нёсся навстречу с каменным молотом. Сорок четвертый уровень, покрупнее, и от него несло прогорклым жиром так, что глаза слезились. Я сместился на полшага, пропустил молот мимо плеча, ветер от удара чуть не сорвал рубаху, а я уже полоснул по рёбрам. Клинок рассёк грудную клетку насквозь, и на камни хлынул поток бурой жижи. А рядом с ним появилась награда.
Закинул коробку в наруч и провёл камнем по лезвию.
Третий и четвёртый набежали одновременно, мешая друг другу в узком проходе между валунами.
— Окружай! — рыкнул тот, что покрупнее. — Он быстр…
Поднырнул под размашистый удар первого, рубанул по коленям второму, и тот рухнул с воем, от которого заложило уши. Добил обоих двумя ударами в основание черепа, без всякой красоты, чисто и функционально.
Хищные овцы бросились на запах крови. Четыре штуки рванули ко мне с разных сторон, клацая зубастыми пастями. Быстрее циклопов, юркие и низкие, целили в ноги и в пах.
Первую отбросил пинком. Вторую развалил от холки до брюха нисходящим ударом, и из неё вывалилось что-то настолько зловонное, что я на секунду пожалел о решении воевать лично. Третья впилась в наруч и заскрежетала зубами по металлу, уставившись на меня мутными глазами.
— Ты серьёзно? — стряхнул тварь с руки и наступил ей на шею. — Пытаться сожрать синий доспех. Где твой хвалёный хищный инстинкт?
Добил, подобрал коробку и заточил.
Первая овца, которую я отбросил, уже поднялась и снова неслась ко мне. Живучая скотина. Рубанул поперёк хребта, и она наконец затихла. Из-под трупа выкатилась зелёная коробка.
Зелёная? С паршивой овцы? Ладно, потом разберусь.
Четвёртую догнал в два шага.
Лагерь почти опустел. Остались главарь и две овцы, жавшиеся к его ногам.
Циклоп стоял у центрального костра. Сорок шестой уровень. Вместо дубины он сжимал ствол дерева с привязанным к концу валуном.
Тварь наблюдала, как я вырезал его стаю. Не кинулась на помощь и не попыталась убежать. Просто стоял и ждала, вцепившись в булаву побелевшими пальцами.
— Ты убил моих братьев, — голос гиганта оказался, низким и хрипловатым, без намёка на панику. — Маленький, двадцать четвёртый уровень. Но быстрый.
О. Этот, в отличие от молодняка, умел складывать слова в предложения и анализировать. Тактик среди циклопов. Ждал, по ходу пока я устану.
— Разумно, — я покрутил меч. — Только я не устал.
Багровый глаз сузился.
— Не имеет значения. Я раздавил сотни до тебя. Ваши мечи ломаются о мою шкуру.
— Мой не сломается, — пожал плечами. — Но ты можешь проверить.
Подошёл на десять метров. Альфа зарычал, низко и протяжно, и от этой вибрации камни под ногами задрожали. Две оставшиеся овцы рванули прочь, поджав хвосты.
Умные, были бы ещё чуть умнее, свалили бы минут пять назад.
Циклоп атаковал. Булава описала дугу сверху вниз, и в этот удар тварь вложила всю массу пятиметровой туши. Быстрее, чем первый циклоп. Ощутимо быстрее. Всё-таки разница в четыре уровня на шестом этаже имеет значение.
Шагнул влево. Валун на конце булавы раскололся о камень, ударная волна подбросила гравий, а гигант уже тянул ствол обратно.
Двухходовое комбо. Вот это уже поинтереснее.
Нырнул под удар, оттолкнулся от валуна и прыгнул вверх, к шее. Всё тело работало на инстинктах.