Не верь мне (СИ)

– А несерьёзного?... – спрашиваю вкрадчиво.
– Ну... пару раз она пыталась поцеловать меня, но я не дался. А потом... потом приехала ты и все неправильно поняла.
Блин, возможно, и неправильно, но менее виноватым его это не делает!... Не должен так себя вести парень в отношениях!
Как теленок, ей–богу!
– А если бы я не приехала, Андрей?... Если бы Есения сама не решила подставить тебя и всё–таки довела дело до логического конца?
  
– До какого конца?! До секса?! – ужасается он, бледнее ещё больше, – Я бы не допустил этого!... Я же тебя люблю! Она мне вообще не нравится!... Брюнетки не в моем вкусе!
Смотрю и слушаю его и диву даюсь. А ведь она затащила бы его в постель, если бы захотела. Обязательно затащила!...
И что мне с ним таким делать?... Дать шанс на исправление или... уже нет смысла?
В этот момент перед мысленным взором появляется картинка – лежащий с закинутой за голову рукой Пашка. Она вспыхивает, обжигая искрами и опаляя щеки стыдом.
Как так вышло, что я оказалась более виноватой, чем Николаев?!
– Ты мне лгал, – бормочу тихо и тянусь к рычагу двери.
– Прости меня, пожалуйста!... Катя! – опускает ладонь на мое плечо, – Подожди, давай я тебя отвезу. Ты домой?...
– Я сама, Андрей!
– Я отвезу! – настаивает он, но я все равно открываю дверь и выхожу из машины, – Катя!... Прости!
– Пока!... – забрасываю сумку на плечо и захлопываю дверь, на которой тут же начинает опускаться стекло.
– Ты простишь меня?... Дай мне шанс, пожалуйста!
Мне нужно подумать. Очень хорошо подумать и разобраться с тем, что я чувствую, потому что сейчас в моем сердце хаос. И Андрей... он уже не тот Андрей, которым был для меня ещё пару недель назад.
Я хочу понять, нужен ли он мне вот такой.
– Я подумаю, – отвечаю с улыбкой.
– Ура–а–а–а!... – трясет кулаком перед лицом, словно его любимая команда забила гол.
– Я подумаю, – повторяю, делая ударение на втором слове.
– Я тебе позвоню, моя кошечка!... Целую!
Не могу ответить тем же, поэтому прощаюсь простым взмахом руки и иду по тротуару, рассчитывая вызвать такси к остановке общественного транспорта.
  
 Глава 9
 
Катя
– Ты домой сегодня собираешься? – спрашивает мама в трубку, когда я проехала в такси уже примерно половину пути.
– Скоро буду, а что?
– Наташа приехала.
– Уже? Одна или с Богданом?
– С Богданом, – отвечает мама тише.
– Всё, еду.
– И Просекины будут, – добавляет она, и я внезапно чувствую, как перехватывает горло.
– И Паша?
– Я не знаю. Позвони ему.
Мы разъединяемся, а я так и сижу с зажатым в ладони телефоном. Поднявшись волной из живота, волнение бросает жар в лицо.
А что в этом такого, если я возьму и позвоню ему? Или напишу.
Позвонить или написать?
Сначала открываю список контактов, а потом все же решаю написать.
«Привет. Как дела?»
Пашка молчит почти пять минут, но потом я вижу зеленую точку рядом с его аватаркой и через мгновение приходит ответ.
«Привет. В норме. У тебя как?»
Мне категорически не нравится этот официальный тон, но я, словно он может видеть меня, все равно строчу ему сообщение с непринужденной улыбкой на лице.
«Отлично. Мама спрашивает, ты приедешь сегодня к нам? Твои родители будут»
Он очевидно задумывается, но ненадолго.
«Посмотрю по времени. Может быть, заскочу»
«Заезжай. Сто лет не виделись»
Две недели разлуки для нас действительно целая вечность. Я не привыкла не видеть его так подолгу.
Мы ходили в один детский сад, потом в один лицей, хоть он и учился на год старше. Зато порой нас забирал один водитель, и выходные и каникулы мы тоже часто проводили вместе. Я знаю его с рождения!... Он близок мне так же, как Натка, а секретиков моих знает даже больше, чем она. Я не собираюсь его терять!
– Ма–а–ам!... – кричу с крыльца, но слышу голоса, доносящиеся с заднего двора.
Бросив сумку в низкое плетеное кресло и сунув телефон в карман широких голубых джинсов, я иду по опоясывающей дом террасе, пока не вижу сестру и ее парня у бассейна.
Данни, наш корги, нарезает круги вокруг него и по лужайке, а увидев меня, несется на своей максимальной скорости, виляя пухлым задом из стороны в сторону.
– Привет! – салютует бокалом с соком Ната, – Надевай купальник и иди к нам!
Я останавливаюсь у бортика бассейна и смотрю, как эти двое разлеглись на шезлонгах. Богдан, прячась за солнечными очками, приветствует меня кивком головы. Он не очень многословный и, если честно, я от него не в восторге. Но это Наталкин выбор, а не мой.
Мой собственный тоже оказался не фонтан.
– Вода же холодная...
– Папа подогрев включил, – лыбится сестра.
– Серьёзно?... Значит, сегодня открываем купальный сезон?
– Ага!...
– Может, там маме помочь надо? – киваю в сторону дома.
– Пока ты каталась, мы уже все сделали. Тетя Марина убирает кухню.
Тетя Марина наша домработница. Уже не помню, почему мы с сестрой ее так называем.
– Ладно, тогда я скоро.
Захожу в дом с заднего входа и, поцеловав маму, поднимаюсь к себе. Там переодеваюсь в белый купальник и, захватив солнцезащитный крем, возвращаюсь к бассейну. Занимаю свободный шезлонг и усаживаю Данни в ногах.
– Как дела?
– Ещё пару недель, и я до августа в отпуске, – говорит Ната, возводя руки к небу.
Я смеюсь. Она преподает английский в Государственном университете и занимается литературными переводами. У меня почему–то такой склонности к языкам не обнаружилось. Всегда учила их с репетиторами.
– А у тебя? – спрашиваю у Богдана.
Тот, шевельнувшись, словно я его разбудила, поворачивает голову в мою сторону.
– Отлично.
– Я рада, – бормочу под нос.
Вот и поговорили. Но Натка вроде с ним ладит, иначе не таскала бы его к нам в дом.
Залипнув в телефоне, Богдан не обращает на нас никакого внимания. Мы с сестрой тихонько болтаем о своем. Мне жутко хочется рассказать ей об Андрее и услышать ее мнение. Но решаю сделать это позже, когда ее парня не будет рядом.
– Помощь нужна? – спрашиваю у папы, когда он выходит и направляется в мангальную зону.
– Лежи уже, – говорит он.
– Пап, давай, мы с Катей плов приготовим, – предлагает Ната, сев на шезлонге.
– Он не терпит женских рук, – отзывается он.
– Дан, – касается она плеча своего парня, – Помоги папе с мангалом, пожалуйста.
Тот направляет на нее недовольный взгляд, но, вздохнув, все же поднимается и идет в беседку. Я, прикинувшись слепой, кладу голову на небольшую подушку и блаженно закрываю глаза.
– Мы с Николаевым расстались, – проговариваю с улыбкой, как бы между прочим.
– Че–го?! – выдыхает она ошарашенно.
Судя по всему, мама не стала делиться с ней этой новостью, а предоставила это мне.
– Ага...
– Почему?! – она снова садится и спускает ноги вниз.
– Я его с вечеринки Авдеенко вытащила.
– И?...
– Едва не с нее самой сняла, – договариваю, приправив слова смешком.
Натке не смешно совсем. Она глядит на меня большими серыми глазами и, кажется, вот–вот расплачется.
– Он тебе изменил?!
– Я не знаю, – признаюсь честно, – Он говорит, что между ними ничего, кроме поцелуев не было, но я не уверена...
– Так, может, и не было?...
В этот момент на террасу из дома вместе с мамой из дома выходят Просекины – Олег Сергеевич и тетя Саша. Мы с сестрой соскакиваем и как по команде несемся с ними здороваться.
Мы с ними не виделись уже пару месяцев, а Ната и того больше.
Я очень люблю тетю Сашу, они с нашей мамой как две противоположности. Блондинка и брюнетка. Мама чуть выше, с округлыми формами и тяжелой грудью, тетя Саша напротив – ниже ростом и хрупкая. Однако обе очень красивые.
  
– Мои хорошие, – приговаривает она, смеясь, когда мы расцеловываем ее в щеки.
Олег Сергеевич обнимает меня за талию и отрывает от земли, как часто делал это, когда мы были маленькими. Я визжу и щипаю его бока, пока он не отпускает меня.