Главный соперник
Наталья Кларк
Главный соперник
© Н. Кларк, текст, 2025
Пролог
Я сейчас в невероятном месте. Могла ли представить когда-нибудь, что здесь окажусь? Скажу как есть: друзья, я никогда не мечтала ни о чем о подобном! Никогда не думала, что буду тем, кем стала. И путь сюда определенно был непростым. Однако любовь к своему делу и сердце подсказали мне верную дорогу.
Могу предположить, что такое происходит не каждый день и не со всеми, но сдается мне, это все оттого, что мы часто глухи к своим желаниям. Или боимся чего-то, или слушаем тех, кто говорит, что это невозможно.
Когда в детстве я забиралась на самое высокое дерево в саду, то, сидя на ветке, боялась смотреть вниз. Но только на этой толстой ветке кедра мне лучше всего мечталось о будущем. Вы спросите, как же я забиралась, если было страшно? Отвечу: желание увидеть мир с высоты было сильнее.
Еще будучи школьницей, я очень хотела стать известной спортивной журналисткой. Меня так и манили эти люди с микрофонами в руках, когда я их видела на разных соревнованиях. По-моему, сначала я симпатизировала теннисным обозревателям. А потом влюбилась в хоккей. Впрочем, нет, не все сразу. Давайте я расскажу по порядку.
Эта история началась обычно. В весенний день, в рабочей поездке. Наверное, все большие события в жизни так и начинаются. Кажется, что все как всегда, иногда хуже, чем хотелось бы, а потом оказывается, что ты в эпицентре главных событий в жизни. И с удивлением разводишь руками: да как такое вообще могло случиться со мной?
Но не бывает случайных встреч и случайных происшествий, случайно подслушанных разговоров. Можно только напиться случайно. Хотя это не точно.
Часть первая
«Если ты играешь на банку пива, то уж лучше ее выиграть».
Глава 1
Меня зовут Анна. Анна Марк. Я была обычным спортивным репортером. Работала на телевидении. Когда началась эта история, мне только-только исполнилось двадцать пять. Надежного парня рядом у меня не было, зато имелась масса свободного времени. Правда, в командировках мне уже сложно пережить ежедневные вечеринки до пяти утра. Но тусить в компании до двух часов ночи я еще могу.
Я приехала в Москву из Новосибирска семь лет назад. Это был смелый шаг, но я никогда не боялась вызовов. Более того, всегда считала, что испытания даются не просто так. Как только мне исполнилось восемнадцать и появился шанс уехать в столицу, я им воспользовалась.
Мои родители – обычные люди, всю жизнь трудились в самых простых сферах. Отец водил грузовую машину, мама работала медсестрой в поликлинике. Они никогда не привязывали меня к себе и даже помогали с деньгами первое время. В тот момент, будучи студенткой первого курса журфака, я готовила небольшие репортажи о местных соревнованиях и спортсменах для нового спортивного федерального канала. Этот канал, развиваясь, решил подтянуть уровень всех молодых корреспондентов, которые работали в разных городах нашей необъятной родины. Нас пригласили в столицу на специальный курс повышения квалификации. Тогда-то я и решила, что уеду из Новосибирска на обучение и больше ни за что не вернусь.
Мои родители волновались, но, когда через два месяца я сообщила, что получила постоянную работу на спортивном канале в Москве, тревога отлегла от сердца. А через полгода, когда меня отправили в первую заграничную командировку, они и вовсе перестали беспокоиться. Решили, если уж сотрудника отправили в другую страну, значит очень ценят. Они стали следить за всеми спортивными соревнованиями и с удовольствием смотреть меня по телевизору. Чаще всего я обозревала хоккейные матчи.
Популярности я всегда стеснялась. Неудобно было нарваться в метро на поклонников одной из хоккейных команд. Особенно ехать вместе с ними сразу после игры. Хорошо, если их команда победила. Они довольные и ни на кого не обращают внимания. А если наоборот, то можно завязнуть в долгом разговоре: кто и почему виноват в плохой игре. Потом еще начнут спрашивать: «А почему вы на метро?», «Что вы тут делаете?» Будто метро только для них создано, а если тебя показывают по телевизору, то тебе сюда нельзя. Поэтому-то мне в какой-то момент стало неудобно ездить в метро. Я даже темные очки решила надевать для конспирации.
Однако эти заморочки не помешали мне из отдела новостей перейти в отдел спортивных трансляций. Годами мы показывали самые разные спортивные события. Игры проходили в разных городах. Мне очень нравилось путешествовать. Иногда я приезжала в командировку в родной город. Там тоже есть профессиональная хоккейная команда. А поскольку руководство телеканала позволяло нам снимать комфортные гостиницы, я не останавливалась у родителей, а всегда была с коллективом. Так удобнее. Все равно весь день пропадаешь на стадионе. Сначала готовишься к игре, потом ведешь репортаж.
В нашем отделе кроме меня работали комментаторы – это главные ребята. По крайней мере, я так всегда считала. Они ведут хоккейный репортаж и говорят в прямом эфире без умолку два-три часа. У них все хорошо со словарным запасом, они много читают, могут красиво излагать мысли. И, конечно, умеют добавлять красок происходящему. Есть среди комментаторов и филологи, журналисты по образованию. Встречаются даже представители актерских училищ. У таких ребят с накалом в репортаже точно проблем не бывает. Даже если матч тухлый, они все равно придадут ему эффект запредельной борьбы. Рядом с комментаторами сидят эксперты – это бывшие хоккеисты. Они все важные! Ну еще бы, кубки выигрывали. А если серьезно, тоже нормальные парни. Помогают разбирать моменты во время игры, чтобы зрителям было все максимально понятно. А еще режиссеры, операторы, продюсеры, редакторы и много людей других специальностей. Ну и особая гордость нашего отдела хоккейных трансляций – девушки-репортеры: Лиля, Оля, Катя и я.
Мы с девчонками брали короткие интервью у тренеров и игроков во время матча и еще рассказывали о том, что происходит на скамейках команд по ходу игры. Интересная и веселая работа.
Нравилась мне профессия не только постоянной борьбой за место в эфире, но и возможностью напрямую общаться с тренерами и игроками. Основные комментаторы к раздевалкам редко спускаются, мы же – репортеры – здесь фактически живем. А еще это возможность задать тренеру или хоккеисту вопросы, которые в обычной жизни большинство из нас задать не в силах. Любой, сидя у экрана, может видеть спортсменов крупным планом, замечать, как стекает капля пота у них со лба. Но так, как мы, в зоне для интервью, на расстоянии вытянутой руки, зрители находиться не могут. У экрана все ждут этого разговора не меньше, чем самой игры. И для меня это ощущение важности момента – самая сильная мотивация в работе.
В профессиональном плане я считала себя сильнее остальных девушек. И дело тут не только в самомнении. Во-первых, я дольше других работала в хоккейной теме, а во-вторых, глубже смотрела на эту игру. Мне не приходилось заставлять себя готовиться к матчу, я и так знала сильные и слабые стороны многих игроков и тренеров, понимала, кто какого стиля придерживается. Хотите, называйте меня ботаном. Наверное, поэтому остальные девушки считали меня редкостной стервой. Во время хоккейного матча я часто указывала им на ошибки. Но не из вредности – просто не люблю, когда люди делают что-то спустя рукава.
А иногда у нас случались настоящие разборки. До слез. Все как положено. Правда, плакала не я. До такого меня только парни могут довести. Плакали мои конкурентки, когда я их оставляла за бортом телевизионного процесса. Знаете, как в театре, когда идет борьба за главную роль.
В преддверии центрального матча недели в ход пускались все средства, чтобы оказаться в списке тех, кто будет работать на главной игре. Кто-то из девчонок пользовался своими добрыми отношениями с продюсером, кто-то был готов схитрить и сказать, что может работать только в конкретные дни, когда (какое совпадение!) проходят важные матчи. Я же брала давлением и ультиматумами. К примеру, заявляла: если вы не поставите меня сейчас, не ждите от меня помощи, когда она вам понадобится. А она точно понадобится!