Баллада о зверях и братьях (ЛП)

— Здесь уютно, — голос Шэй выводит меня из задумчивости, заставляя обернуться.
Мои глаза расширяются, когда я вижу её, стоящую на нижней ступеньке в одной только моей длинной чёрной рубашке и моих носках, доходящих до икр. Её мокрые волосы распущены и спадают до бёдер. Мне приходится отвести взгляд, потому что рубашка оставляет очень мало простора для воображения относительно того, что под ней.
  
Я прочищаю горло:
— Чай?
Она кивает и подходит ко мне в гостиную. Передаю ей кружку и, вместо того чтобы сесть рядом на диван, ставлю свой чай на каминную полку и подбрасываю дров в огонь.
— Здесь теплее, — говорит она, очевидно, чтобы заполнить неловкое молчание.
— Комнате наверху нужно время, чтобы прогреться, — признаю я, изо всех сил стараясь не думать о ней голой в моей постели. — Я подумал, что мы можем посидеть перед камином, чтобы согреться, — киваю в сторону пледов.
— Мы? — она приподнимает бровь и делает глоток из кружки.
— Ты всё ещё дрожишь, — замечаю я, обращая внимание на её стучащиеся друг о друга колени. — Тебе нужно тепло тела.
Она на секунду просто смотрит на меня, но затем ставит свою кружку на столик рядом с собой и медленно опускается на ковёр, укрывая ноги одним из пледов.
— Ладно, — кивает она, приглашая меня присоединиться. — Посидим перед камином. Ради тепла тела.
Я делаю последний глоток чая, затем снимаю рубашку и сажусь позади неё, вытянув ноги по обе стороны. Она так идеально подходит для этого места. Я глубоко вздыхаю, с трудом сдерживая дрожь, и обнимаю её спереди.
— Так нормально? — спрашиваю я.
— Да, — отвечает она едва слышным шёпотом.
Проходит несколько тихих минут, пока мы сидим, прижавшись друг к другу, слушая потрескивание огня. Я несколько раз открываю рот, чтобы нарушить молчание, но мне нужно время, чтобы набраться смелости и сказать то, что действительно терзает меня.
— Ты могла умереть сегодня ночью.
Она напрягается в моих объятиях, но не пытается вырваться.
— Но не умерла.
— Пообещай, что больше не будешь рисковать собой ради меня, — мягко говорю ей на ухо.
— Атлас…
— Пожалуйста, Шэй, — перебиваю я её надломленной мольбой, прижимая лоб к её плечу. — Пожалуйста. Я не переживу, если ты умрёшь, спасая меня.
Она долго молчит, и я уже почти теряю надежду услышать от неё хоть что-то, когда она наконец говорит:
— Я никогда не смогу жить с собой, если дам тебе такое обещание.
— Шэй… — начинаю я, но мои протесты застывают на кончике языка, когда она берёт мою руку, которая рассеянно рисовала круги на её животе. Она нежно проводит пальцами по моим костяшкам и шепчет:
— Хотела бы я знать, о чём ты сейчас думаешь.
Я удерживаюсь от того, чтобы сказать ей всё прямо, опасаясь, что это может её напугать.
— Рад, что ты в безопасности.
— А теперь правду.
Назад пути нет. Если я скажу ей, что на самом деле чувствую и думаю, я могу разрушить любую возможность быть с ней. Но я устал держать всё в себе, особенно когда завтрашний день не гарантирован. Поэтому признаюсь:
— Я борюсь с желанием поцеловать тебя, провести пальцами по твоим волосам и облизать каждый сантиметр твоего тела.
— Зачем с этим бороться? — её ответ застаёт меня врасплох.
— Ты обещана другому, и как бы я этого ни ненавидел, я уважаю это.
— Я не собираюсь выходить замуж за Бастиана.
Моё сердце замирает. Это первый раз, когда она говорит об этом с такой уверенностью.
— Что?
— Можешь спросить у остальных, — она слегка поворачивает голову, чтобы наши глаза встретились. — Я сказала им ещё недели назад, что не собираюсь выполнять эту помолвку. Так что, если ты хочешь меня, — возьми.
Я молчу какое-то время, прежде чем опустить руку с её живота на внешнюю сторону её бедра и начать поглаживать там. Целую её шею и сдвигаю ткань рубашки с её плеча, чтобы поцеловать туда тоже. Она закрывает глаза и тихо стонет, давая мне окончательное подтверждение сделать этот шаг.
— Скажи мне остановиться, — даю ей возможность отступить.
— Не останавливайся.
Я скольжу рукой под её рубашку и веду пальцами вверх, пока не нахожу её грудь. Она резко втягивает воздух, когда я тяну её за сосок.
— Скажи мне остановиться, — шепчу я, прикусывая мочку её уха.
— Не останавливайся, — она тает в моих объятиях.
Я прижимаюсь грудью к её спине, оставляя дорожку поцелуев от её уха вниз по шее и плечу. Потягивая и мягко скручивая её затвердевший сосок, я вырываю из неё сдавленный стон. Когда она прижимается спиной к моей напряжённой длине, что-то во мне вспыхивает, давая мне смелость опустить руку к поясу её трусиков.
— Я так давно хотел прикоснуться к тебе, — шепчу ей на ухо, вызывая мурашки на её коже. Мои пальцы скользят к её центру, и она тихо вздыхает.
— Скажи мне остановиться.
— Не. Останавливайся, — приказывает она, и я подчиняюсь.
Опускаю руку ниже, скользя под её трусики, и с трудом сдерживаю дрожь, чувствуя, насколько она влажная для меня. Мягко, нежно я рисую маленькие круги по чувствительному узелку нервов на её вершине. Она резко втягивает воздух, откидывая голову назад ко мне.
Прижимаясь губами к её шее, я шепчу:
— Этого ты хотела?
Я получаю ответ, когда она начинает тереться о мои пальцы, жадно ища большего контакта. Ухмыляюсь и тихо мурлычу ей в кожу:
— Сегодня ты жадная, да?
Прежде чем она успевает съязвить в ответ, я прикусываю её плечо и говорю:
— Я не против, — а затем ввожу в неё палец.
Двигаюсь ритмично несколько раз, прежде чем добавить второй. Её дыхание становится учащённым, а стоны всё громче, когда она начинает двигаться в такт мне.
— Вот так, — хвалю я её.
Она тянется рукой назад, пытаясь схватиться за мою твёрдую длину, но я не позволяю ей полностью развернуться.
— Я хочу тебя почувствовать, — жалобно шепчет она.
— Не сегодня.
— Пожалуйста, — умоляет она, и мой член подёргивается.
Я хватаю её за волосы и мягко оттягиваю голову назад, заставляя её снова опереться на моё плечо. Целую её горло, и она вздрагивает от этого прикосновения.
— Ты почувствуешь меня в другой раз, принцесса.
— Но…
— Сегодня я заставлю тебя кончить, выкрикивая моё имя.
Я выскальзываю из-за её спины и укладываю её на ковёр, оставляя пальцы глубоко внутри неё. Нависаю над ней, наблюдая, как её глаза закатываются с каждым моим толчком. Свободной рукой расстёгиваю её рубашку, и сдержанно стону, когда открываю взору её грудь. Я наклоняюсь и беру один из сосков в рот, посасывая его. Член дёргается, когда она стонет моё имя, и я чувствую, как её влажность стекает по моей руке.
Отстраняюсь и наблюдаю, как её грудь подпрыгивает, пока я быстрее двигаю пальцами в ней. Она выгибает спину, её дыхание становится прерывистым. Я фантазировал об этом неделями. Мечтал увидеть её обнажённой с моими пальцами внутри неё. Осознание того, что я могу вызвать в ней такое удовольствие, заставляет меня усомниться в собственном решении не трахнуть её этой ночью, но я ждал слишком долго, чтобы спешить. Нет, я потрачу на неё время. Потрачу время, чтобы изучить её тело, прежде чем взять её своим членом.
— Атлас, — стонет она, и я знаю, что она близка.
— Посмотри на меня, — говорю я, привлекая её затуманенный взгляд. — Хочу видеть, как ты кончаешь.
Она притягивает меня, впиваясь в мои губы. Мне нравится, как её язык проникает в мой рот, углубляя поцелуй. Если я не буду осторожен, она заставит меня кончить, не прикоснувшись ко мне ни одним пальцем.
  
— Атлас! — вскрикивает она, и я чувствую, как она сжимается вокруг моих пальцев.
Я прижимаюсь губами к её лбу, позволяя ей пережить своё удовольствие. Её бёдра дрожат, когда я вытаскиваю руку из-под неё, и её глаза расширяются, когда я кладу пальцы в рот, пробуя её вкус.