Баллада о зверях и братьях (ЛП)

До сих пор вижу тот лукавый блеск в глазах Атласа, будто он тоже думал, как весело было бы встретиться тайком.
Я распахиваю дверь и хмурюсь, увидев незнакомца с подносом, на котором стоят две тарелки с ужином.
— Должно быть ошибка, — вежливо говорю я, разглаживая выражение лица. — Я не…
— Шэй, это я.
Стоит мне услышать её голос, я сразу понимаю, что передо мной Эрис под прикрытием.
  
— Я принесла нам ужин, — она заходит внутрь, и я закрываю за ней дверь. — Подумала, что тебе вряд ли захочется идти куда-то, пока ты приходишь в себя после падения.
Она ставит поднос на кровать и оборачивается ко мне. Голос и манеры у неё остались прежними, но вот к её внешности мне ещё придётся привыкнуть. Я улыбаюсь и направляюсь к своему месту на круглом матрасе.
— Что ты принесла? — спрашиваю я, устраиваясь поудобнее.
Она плюхается на противоположную сторону и протягивает мне тарелку с олениной под красным винным соусом, с маленькими картофелинами и булочкой с маслом. Мой желудок предательски урчит, как по команде, и Эрис смеётся.
— Похоже, я пришла как раз вовремя, — поддразнивает она.
Я хватаю серебряную вилку, накалываю картошку, идеально приправленную, и откусываю. Снаружи она хрустящая, а внутри мягкая — просто божественная.
— Спасибо, — говорю я с набитым ртом. — Я как раз собиралась отправиться на поиски чего-нибудь поесть.
Её глаза расширяются.
— В таком виде?
Я опускаю взгляд и смеюсь. Наверное, я бы устроила немалый переполох, расхаживая по замку в одной лишь вызывающей комбинации и халате. Может быть, та шишка на голове сбила у меня все понятия о приличии, а может, я просто была настолько голодна, что готова была рискнуть осуждающими взглядами.
— Что ж, рада, что ты пришла, — я отрезаю кусочек оленины и позволяю дикому вкусу растечься по языку. — Хотя, когда я открыла дверь, думала, что увижу кого-то другого.
— Дай угадаю, — Эрис поднимает брови. — Ты ожидала одного из братьев Харланд?
— Нет, — прерываю её, прежде чем разговор уйдёт в этом направлении. — Трэйна Базилиуса.
Похоже, это её удивляет.
— Трэйна Базилиуса? — переспрашивает она, будто нуждаясь в подтверждении. — Почему ледяной принц пришёл бы к тебе?
Я пожимаю плечами.
— Потому что он уже приходил раньше, и я подумала, что он вернулся на второй раунд словесной дуэли.
Я пересказываю ей нашу короткую встречу с Трэйном, и к концу моего рассказа она морщит нос.
— Будь с ним осторожна, — предупреждает она. — Твоё присутствие здесь может его напугать.
— Напугать? — усмехаюсь я. — Моё?
— Он может подумать, что ты хочешь трон.
— Я даже не следующая в очереди…
— Чтобы претендовать на ледяной трон, необязательно быть следующей по линии наследования, — перебивает меня Эрис. — Ты наполовину ледяной эльф и наполовину Целестиал. У тебя есть сила и смешанная кровь, о которых он может только мечтать. Просто будь осторожна с ним. Его сложно раскусить.
— Принято, — говорю я, больше чтобы её успокоить, чем потому, что собираюсь игнорировать принца. Я откусываю от масляной булочки, и, проглотив кусочек, решаю нарушить внезапно повисшую тишину:
— Странно видеть тебя такой.
— Что ты имеешь в виду? — её глаза поднимаются от тарелки и встречаются с моими. Это уже не те синие глаза, которые я знаю и так люблю. Теперь они орехового цвета, и, хотя я знаю, что моя подруга всё та же, не могу избавиться от ощущения, что разговариваю с незнакомкой.
Я указываю на её новый облик, и она кивает, словно сама на миг забыла об этом.
— Ты выглядишь как давно потерянная сестра Харландов.
Её громкий смех вызывает у меня ответное хихиканье. Она качает головой и откусывает ещё кусочек своего ужина.
— Возможно, так и есть.
— Мне жаль, что тебе вообще приходится это делать, — я доедаю последнюю крошку булочки, жадно желая, чтобы была ещё одна. — Мне не нравится, что тебе приходится скрывать, кто ты есть на самом деле.
— Я делаю это не для себя, а ради Харландов.
— Что ты имеешь в виду?
— Кроме торговцев, гидры редко путешествуют, разве что по дипломатическим поручениям моей матери. Я знаю, что она дала своим представителям строгие указания держать глаза открытыми на случай, если меня увидят. А если найдут — вернуть меня обратно.
Я качаю головой:
— Не понимаю, как это связано с Харландами…
— Моя мать не остановится на том, чтобы выследить только меня, — одно лишь это заявление пробирает меня до костей. — Она захочет вцепиться в тех, кто помог мне сбежать. Когда я путешествую с братьями по определённым королевствам, я меняю облик, чтобы никто из нас не привлёк лишнего внимания гидр или их шпионов.
Я ставлю пустую тарелку на поднос.
— Я не думала об этом в таком ключе.
Эрис пожимает плечами, ставя свою тарелку сверху.
— Это цена, которую я готова заплатить, чтобы уберечь их. После всего, что они для меня сделали, это самое малое, что я могу сделать для них.
Не знаю, что сказать, поэтому просто молчу. Любовь Эрис к братьям поражает.
— Как ты? — её вопрос разрывает повисшую тишину.
Я дотрагиваюсь до виска и провожу пальцами по маленькой шишке.
— Голова болит, но выживу. А вот смущение от того, что я упала перед всеми, заживёт не скоро.
Когда смешок Эрис утихает, она уточняет:
— Я имела в виду, как ты справляешься с новостью о своих родителях?
— Я знаю, что ты имела в виду, — вздыхаю я. — Всё это время я искала ответы, а теперь, когда кое-что выяснила, мне страшно.
— Страшно?
Я делаю паузу, собираясь с мыслями, — похоже, привычка, которой я заразилась от Атласа, — прежде чем сказать:
— Раньше я была в опасности из-за своей магии, но теперь я знаю, что я дочь Энвера Сола, и его кровь течёт в моих венах. Если правда обо мне распространится, Веспер точно не прекратит на меня охотиться. Бастиан хочет вернуть меня, это понятно, но Веспер охотится за мной, потому что увидела мою магию света и у неё появилась надежда, что я могу быть ответом на её проблему. А теперь она точно будет знать, что я и есть ключ к открытию портала её хозяина.
— Да, звучит, конечно, нерадостно, — отвечает Эрис лёгким тоном, беря меня за руку. — Но, Шэй, ты дочь Энвера Сола! Это же невероятно! Наполовину ледяная эльфийка, наполовину Целестиал. Я никогда не слышала ни о ком подобном.
Она так громко вздыхает, что я вздрагиваю.
— Как думаешь, у тебя может быть вторая стихия?
— Нет, с чего бы…
— Иногда у полукровок бывают две магические стихии. Это крайне редко, но если ты Базилиус, — а только у членов дома Базилиус есть магия льда, то, может быть…
Я поднимаю руку, чтобы её остановить.
— Я ни разу не проявляла признаков магии льда.
— Может, эти силы нужно раскрыть?
Пожимаю плечами, стараясь скрыть страх от того, что слишком многое остаётся неизвестным.
— Не знаю. Честно говоря, я надеюсь, что у меня нет второй стихии. Я едва справляюсь с той, что уже есть, а единственный человек, который мог бы научить меня по-настоящему, заперт в Орабелле.
— Как думаешь, ты бессмертна?
Я недоумённо смотрю на неё.
— Ну? — продолжает она, когда я не отвечаю. — Я спрашиваю, потому что ледяные эльфы, хоть и не неуязвимы, живут сотни, а иногда и тысячи лет. А Целестиалы считаются божествами и потому бессмертны. Так что, как думаешь, ты тоже бессмертна?
Семь кругов ада. Мысль о том, чтобы жить веками и наблюдать, как те, кого я люблю, стареют и умирают… Внезапно я вспоминаю Никса и наш разговор в Калмаре. Он делился своим страхом жить вечно, не зная, на что по-настоящему способна его магия регенерации, и тогда я не до конца понимала всю тяжесть его переживаний. Теперь понимаю.
  
Я тихо усмехаюсь, пытаясь сменить тему:
— Ещё больше вопросов, на которые нужны ответы.
— Сильвейн Базилиус, возможно, сможет ответить на все эти вопросы.
Я бросаю на неё взгляд, давая понять, что не хочу обсуждать Сильвейн прямо сейчас.