Клятва любви и мести (ЛП)

Его нервный взгляд метнулся ко мне, и мне захотелось рассмеяться. Я видел, как этот парень хладнокровно убивал, но маленькая Эмилия Донато пугала его. Я был рад, что ей удалось испортить жизнь не только мне.
— Грубо. Он твой охранник. Он остается.
Она посмотрела на меня так, словно могла воспламенить одной своей ненавистью. По крайней мере, это было не безразличие, и я почти вздохнул с облегчением, когда ее ярость обрушилась на меня.
  
— Мне не нужна охрана.
Черт, ее дерзость одновременно разозлила меня и заставила мой член затвердеть.
Я схватил ее за горло и прижал спиной к двери своего кабинета. У нее перехватило дыхание, а взгляд стал еще яростнее.
— Очевидно, что нужна. — Мой большой палец погладил ее раскрасневшуюся кожу. — Что я тебе говорил о том, чтобы не причинять себе боль, Эмилия?
Она сглотнула, ее горло дернулось под моими пальцами.
— То, что я делаю, больше не твоя забота, Джованни.
Я стиснул зубы, услышав свое полное имя в ее устах. Я ненавидел это.
Я наклонился и вдохнул, наслаждаясь ароматом моего геля для душа на ее коже.
— Меня волнует все, что касается тебя, принцесса, потому что ты всегда будешь моей. Неважно, какое расстояние ты оставляешь между нами, и как сильно ты меня ненавидишь. — Ни один другой мужчина никогда не прикасался к ней и никогда не прикоснется.
Она приоткрыла рот, затем резко закрыла. Она смотрела на меня с таким огнем, что мне захотелось отшлепать ее и вытрясти из нее все негодование.
Я отвел ее от двери, борясь с улыбкой.
— Адамо остается.
Я открыл дверь и шагнул внутрь, прежде чем она успела ответить, но остановился, когда уперся лицом в дуло пистолета. Холодный металл прижался к моему лбу, а Эмилия замолчала у меня за спиной.
Я вздохнул. Прямо сейчас?
— Уна, нам обязательно делать это каждый раз? Ты, блять, в моем доме.
Она опустила пистолет, на ярко-красных губах появилась бесстрастная улыбка.
— Мне нравится держать тебя в напряжении. — Она помахала оружием вокруг. — Между прочим, ты блестяще провалился. Если бы я была врагом, твои мозги были бы сейчас на твоей симпатичной подружке.
Половицы заскрипели, когда Эмилия подошла ко мне сзади, привлекая внимание Уны. Я поборол желание оттащить ее подальше от глаз убийцы. Жена Неро не очень хорошо отличала друга от врага. Если ты не входил в ее ближайшее окружение, значит, ты был врагом, жертвой или потенциальной жертвой в будущем. Она всегда делила все на черное и белое.
— Ну, для начала, мои люди впустили тебя. — Я прошел дальше в кабинет, и она отступила на шаг. — Они не собираются впускать моих врагов. А во-вторых, вы с Сашей — единственные гребаные люди, которые когда-либо подстерегали меня в моем кабинете, чтобы приставить пистолет к моей голове. — Я, по крайней мере, думал, что с тех пор, как он переехал на Сицилию, мне приходится иметь дело только с одним из них, но, о нет, он был здесь, в Америке, и портил мне жизнь.
Уна убрала пистолет в кобуру на бедре и подошла к моему столу, присела на краешек и закинула одну ногу на другую.
— Ты звал. — Она картинно развела руками. — Я здесь.
— Ты быстро.
— Я была свободна. — Она пожала плечами. — И скучала.
Я посмотрел на дверь и обнаружила что Эмилия все еще стоит там, не сводя любопытного взгляда с Уны.
— Эмилия, Ренцо, наверное, ищет тебя, — сказал я в качестве прощания, прежде чем двинуться к бару, пытаясь привлечь внимание убийцы к себе. Я не хотел, чтобы они находились в одном помещении.
— Учитывая, что дорогой Джио явно не собирается нас знакомить… Эмилия Донато, я полагаю? — Уна склонила голову набок, ее темно-синие глаза окинули Эмилию холодным оценивающим взглядом. — Троянский конь Клана.
— Уна, — предупредил я, прежде чем обратить свой прищуренный взгляд на Эмилию, потому что она все еще была здесь. Игнорируя меня.
— А еще та, которая убила Роберто Донато и развязала войну. — Русская улыбнулась, потому что ей нравилось меня провоцировать.
В Уне было что-то почти нечеловеческое. В том, как она двигалась, в том, как ее взгляд следил за тобой, словно за добычей, которой она собиралась перегрызть горло. И все же Эмилия не дрогнула.
Ее маленькие кулачки уперлись в бедра, а подбородок приподнялся, чтобы встретиться с пристальным взглядом Уны.
— Он был моим отцом и моим врагом. И я не жалею об этом.
Я знал, что это ложь, но, глядя на Эмилию прямо сейчас, никто другой не смог бы этого не понять.
Уна вскочила на ноги и приблизилась к принцессе в наряде, как акула к раненому тюленю.
— Мне любопытно. — Она остановилась перед молодой женщиной. — Почему ты убила его?
— Потому что он позволил моему дяде продать нас с сестрой, как скот. — Гнев Эмилии чувствовался в каждом напряженном мускуле, ее голос становился тверже с каждым словом. — Они свели мою сестру в могилу. Называй смерть моего отца справедливостью, если угодно.
На мгновение с лица Уны сползла маска психопата.
— Я бы сожгла мир ради своей семьи. — И у нее это почти получилось. Она зажала между пальцами прядь шоколадных волос Эмилии и пробормотала что-то по-русски. — И вот пешка становится ферзем. — Она убрала руку, улыбка тронула ее губы. — Не бойся, лисичка. В этом мире власть дается кровью. Сильные выживают, а слабые умирают, забытые и не имеющие значения.
Похожая улыбка тронула губы Эмилии, и я перевел взгляд с одной женщины на другую, которые, казалось, нашли общий язык, что-то вроде взаимопонимания. И это было чертовски тревожно.
Уна обратила свое внимание на меня.
— Назови мне имя, Джио.
Мой взгляд встретился с взглядом Эмилии, и она не дрогнула, когда я произнес:
— Серхио Донато. — Слова обладали силой, а имена — еще большей. Но имя, произнесенное Поцелую смерти... Что ж, с таким же успехом я мог бы вписать его в список жнецов. Смерть придет за ним, и спасения не будет. Ни убежать от нее, ни спрятаться.
Губы Уны дрогнули, и я был готов к тому, что она откажет. Такова была ее манера держаться. Равновесие и ее дерьмовый кодекс поведения среди убийц. Хрен его знает. Но если Саша смог справиться с Патриком О'Харой, то она точно сможет справиться с Серхио. Я ожидал, что она запросит непомерную сумму денег за свои хлопоты. Не то чтобы я отказался заплатить в данный момент.
Вместо этого она просто кивнула.
— Ладно. Серхио Донато умрет в течение недели, но это ее заказ, — она мотнула головой в сторону Эмилии. — Не твой.
— Я... — Эмилия запнулась. — Что?
— О, я не люблю вмешиваться в игры Неро. — Она подмигнула Эмилии и направилась к двери.
— Томми подстрелили благодаря Донато, Уна. Вряд ли это игра Неро, — огрызнулся я.
Она замолчала, и взгляд, который она бросила на меня через плечо, мог бы заморозить весь ад.
— О, я знаю. Как ты думаешь, почему я соглашаюсь на эту работу? — Она открыла дверь. — Два миллиона на моем счету к вечеру, Джио. — И она вышла. Конечно. Она не могла сделать это по доброте душевной, особенно когда у нее не было ни доброты, ни сердца.
— Кто она? — Спросила Эмилия после нескольких мгновений молчания.
— Жена Неро, Уна Верди. Известная также как «Поцелуй Смерти», одна из самых эффективных убийц в мире.
Брови Эмилии сошлись на переносице, прежде чем она посмотрела на закрытую дверь, как будто могла увидеть женщину, все еще стоящую там.
— Она выглядит такой...
— Да, я знаю. Серхио умрет в течение недели, крошка. Я обещаю.
Хотел ли я убить его сам? Да, но больше всего мне нужно было остановить его. Любыми способами. Я хотел, чтобы Эмилия была в безопасности, а мой бизнес вернулся в нормальное русло. Деньги и безопасность были важнее эгоизма и мести.
  
— Хорошо. — Она схватилась за дверную ручку.
— Эмилия. — Я схватил ее за руку. — Мне жаль. — Я уже говорил это, но не знал, что еще сказать. — Пожалуйста, просто...
Она вырвалась из моих объятий, как будто я обжег ее.
— Избавься от Адамо. — Затем она выскользнула из комнаты.