Цвет жизни (СИ)
— Кто? — нахмурившись, спрашивает Валентин. Он уже сел и ждет моего ответа.
— Незнакомый номер. Вчера твой номер для меня тоже был незнакомым. А сегодня кто решил меня потревожить?
— Включи на громкую. Вдруг это телефонные мошенники.
— Меня трудно обвести вокруг пальца, — бравирую я.
— Включи, — настаивает на своем Валентин, и я, поддавшись на его уговоры, включаю громкую связь.
— Добрый день! — мои слова пропитаны хорошим настроением.
На другом конце провода слышу возбужденное и незнакомое дыхание. Женское?
— Вы Светлана Салевич? — наконец-то выдает незнакомка. Ее голос натянут, словно струна.
— Да. Это я. А ваше имя?
Но собеседница не спешит прояснять ситуацию.
— Небось, сейчас на солнышке греетесь?
— Как вы угадали! Все именно так! — я удивлена и даже оглядываюсь.
Вдруг кто-то из знакомых решил пошутить и спрятался. Однако почему я тогда не улавливаю в голосе женщины интриги.
— Как вам не стыдно а?
— А что такое? — напрягаюсь я.
Мне не нравятся претензионные ноты в голосе собеседницы. Они начинают негативно влиять на мое настроение.
— Как вам не стыдно лезть в семью с двумя детьми! Что это такое! — незнакомка говорит прерывисто. Создается впечатление, что каждое слово ей дается с трудом. Мучительная пауза и на том конце провода незнакомка всхлипывает и разрывается плачем. — Что это такое! Уже среди бела дня с мужиками чужими спят!
— Что-о?! Вы о чем? Вы кто вообще такая? Может вы номером ошиблись?
— Вы же Светлана Салевич, — женщина громко всхлипывает, — помощница моего тестя. Покойного. Если старика не удалось к руках прибрать, так теперь можно на Гришу переключиться. Бессовестная! Подстилка ты этакая!
Я испытываю крайне странные ощущения. Это как во сне. Когда ты хочешь бежать — а не можешь! Хочешь озвучить правду — но ты нем, как рыба! Ибо тебя парализует от душевной боли и вселенской несправедливости в один миг.
Вытягиваю руку, тем самым отвожу телефон от себя, потому что женщина на том конце провода явно входит во вкус и просто не знает меры. Слова из ее рта исходят зловонные и ругательные.
В следующее мгновение кто-то выхватывает из моей руки телефон. Оглядываюсь. Это Панкратов.
Только сейчас понимаю, что Валентин все это время был рядом и слышал каждое слово!
Глава 12
Впервые я смотрю на Валентина без стеснения и без «учтивой дистанции». Меня переполняют эмоции, волной снесшие мои каждодневные убеждения.
Я пристально гляжу в его глаза. Только теперь я твердо убеждаюсь в их светло-карем цвете. Только теперь отваживаюсь рассмотреть тусклую пелену, рваным белым облаком покрывавшую радужную оболочку и зрачок.
У меня в голове появляется ассоциация этих глаз, с видом планеты Земля из космоса. Только вместо голубого оттенка — светло-коричневый цвет.
Затем я фокусируюсь на его лице и понимаю, что Панкратов возмущен, если не сказать, что зол. Темные брови грозно сдвинуты, желваки напряжены.
И я подавляю свое желание пожаловаться и попросить помощи. Просто включаю доверие и молча оседаю на покрывало. Я итак испытываю состояние ступора и мне дико хочется разрыдаться. Что я сейчас внятно могу сказать?
Наблюдаю за тем, как мой спутник подносит трубку вплотную к подбородку.
— Ксюша, ты что по лесу гуляла и случайно белены объелась? — его голос звучит жестко, но, не переходя граней.
— Валя? — удивленно ахает женщина на том конце провода.
— Он самый, — отрезал Панкратов.
— Подожди! Как это? — негодует героиня, устроившая шоу.
— Помолчи сейчас, пожалуйста, полминуты.
— Ла-адно.
Валентин опускается на колени и протягивает телефон в мою сторону.
— Света, отключи громкую связь.
Дрожащей рукой я переключаю чертов гаджет на обычный режим звонка.
— Все, готово, — подтверждаю я.
Панкратов вновь поднимается на ноги, подносит мой телефон к уху и продолжает разговор. Постепенно он отходит от нашего места и направляется вдоль берега, беседуя с дикой незнакомкой.
* * *— Что случилось? Что за наезды? — чеканит вопрос за вопросом мужчина.
— Гриша загулял! — заскулила в трубку невестка.
— Давай подробнее.
Она расстроенно вздохнула, прежде чем приступить к рассказу.
— Мне пришло анонимное письмо на электронку. Что, мол, супруг тебе изменяет и уже давно! А в конце послания вопросик: а ты знаешь, с кем твой муж улетел в Сочи?
— Причем тут Света?
— Ну-у, я подумала, что, наверное, на работе шуры-муры закрутил. Ты же знаешь, на Гришу так много ответственности свалилось, после того, как ты в аварию попал, — с неестественным сожалением отметила женщина, — а уж после того, как ваш отец скоропостижно скончался, весь бизнес зависит только от моего мужа.
Да-а! Такта и чувство меры невестке всегда не хватает.
— И?
— Я бросилась звонить в отдел кадров. Поинтересовалась, как бы невзначай, кто на днях в отпуск ушел. Оказалось, что трое. Сторож на складе не в счет. Будущая мамочка — тоже. Осталась вот она.
— У нее есть имя.
— Да кто ж знал, что она с тобой! Я думала, что ты с Алисой опять сошелся. Она ж мне звонила на днях, справлялась о тебе.
— Ксения, остановись. Ни слова больше про Алису! — Панкратов моментально пресек все попытки продолжить разговор о бывшей девушке.
— Ладно-ладно! Я поняла. Рот на замок! — поспешила заверить невестка, — так с кем тогда Гриша на юг улетел?
— Послушай, Ксения, ты в своем наезде оскорбила ни в чем не повинную девушку и задела честь моего отца.
В трубке повисло многозначительное молчание.
— Так что делать будем, Ксюша? — под мнимой вежливостью, Панкратов прятал свое негодование и разочарование в спутнице старшего брата.
— Может, ты ей трубку передашь? И я извинюсь, — виновато промяукала невестка.
— Боюсь, что Света не в состоянии сейчас выслушивать твое оправдание.
— Хочешь, Валя, я приеду и лично принесу свои извинения?
— Прибрать бы за собой не мешало.
— Что? — шмыгнула носом собеседница.
— Приезжай. Завтра. На сегодня эмоциональных потрясений для Светы будет достаточно.
— Какой ты заботливый, Валентин! Гриша так бы обо мне пекся, цены бы ему не было, — с обидой заметила невестка.
— Вдохновлять нужно уметь.
— Все-все! Завтра приеду и извинюсь перед девушкой. Ты мне только скажи, с кем мог улететь твой брат? Ведь служебный роман объяснил бы все. Я ещё на секретаршу думала…
— На Соню? — удивлению мужчины нет предела.
— А чего? Все они перед начальством хвостом крутят.
— Соня младшая сестра моей одноклассницы. Ты даже не вздумай ее трогать!
— Ладно-ладно! Только ты, Валентин, пообещай мне, если что-то прояснится насчет Гриши, сразу меня поставишь в известность.
— Хорошо. Пока, — холодно прощается деверь.
— Ага. Давай!
* * *Я издалека наблюдаю за Панкратовым. Поняв, что он завершил телефонный разговор, отправляюсь к нему, чтобы помочь вернуться.
— Это я, — шепчу Валентину, беря его за руку.
К нашему месту вы возвращаемся молча. У меня стоит ком в горле, а мой собеседник не спешит посвящать меня в состоявшийся разговор.
Я вновь располагаюсь на покрывале, но желания загорать нет. Панкратов присаживается на другой край.
— Где у вас тут магазин? — бесцветным голосом спрашиваю я спустя пару молчаливых минут.
— А что так? Тебе что-то нужно?
— Хочу напиться.
Глава 13
Мое желание Панкратов встречает прохладно.
— Ну что ж, если хочешь, то могу устроить, — его голос теряет краски, становясь дежурным, — в доме есть хороший коньяк. А за качество алкоголя в местных торговых точках я не ручаюсь.
Через час после возвращения с реки, я спускаюсь в гостиную. Уже вечер, за окном густые сумерки. Замедляю шаги, когда лицезрею на диване Валентина.