Совиные врата (ЛП)
Немцы продолжили исследования с того места, где Бергер в свое время остановился: на глубине семидесяти километров, у начала зоны фон Хансена. Все протоколы были составлены неким Гюнтером Риттером фон Дёницем. Судя по текстам, он возглавлял Имперское министерство физики и экспериментальных исследований, подчинялся непосредственно Герману Герингу и раз в неделю докладывал ему со Шпицбергена.
Его бумаги, напечатанные на машинке на тонких пожелтевших листах, направлялись прямо в рейхсканцелярию: служба Берхтесгаден, отдел психооккультных исследований. Первая папка, за 1939 год, начиналась с секретного протокола № 41. Дёниц сообщал о прорывных открытиях в разработке полупроводников.
Остальное в этом отчете представляло собой мешанину физических теорий и технических данных о сложной гондольной системе, предназначенной для исследования шахты до самого конца. Нацисты, так сказать, сражались на два фронта: с одной стороны, работали над техническим решением, которое позволило бы проникнуть глубже, чем Бергер; с другой — искали средства и способы изучить шахту и вырвать у нее тайны.
По-настоящему интересно стало только в 1940 году. Десятого июня Норвегия капитулировала, после чего на Шпицбергене оставался лишь небольшой контингент норвежских эмигрантских войск, однако и он был уничтожен немецким военно-морским флотом. Осенью 1940 года начался тайный исследовательский проект нацистов, которому суждено было продлиться пять страшных лет.
В 1941 году все акции АО «Карл Фридрих Хансен» приобрела берлинская компания АО «Берлинер Техник Группе». В Берлине построили завод по производству новых измерительных приборов и завершили бетатрон — электронный ускоритель. До тех пор отчеты были довольно короткими и сжатыми, но затем пошли толстые протоколы.
В 1942 году начались самые мрачные главы нацистского владычества, открывшие тайные экспериментальные исследования в шахте. Согласно служебным записям Дёница, с самого начала все пошло не так, как должно было. Во время опытов снова и снова происходили странные и необъяснимые вещи.
Неле уже догадывалась, к чему это приведет. Бергер и Прем пробудили это, ученые из «Сибириона» — тоже. Та самая пресловутая игра с огнем, только нацисты всеми доступными средствами довели ее до предела.
И все же… несмотря на все неудачи, открытые вопросы и необъяснимые явления, в январе 1942 года Гюнтер Риттер фон Дёниц был еще полон рвения и непоколебимо уверен в правоте своей работы. Он написал Герингу в Берхтесгаден короткое письмо.
Перед сиянием нашей мощи вражеские народы преклонят колени и будут взирать на нас с покорным благоговением. Никто не посмеет посягнуть на наше истинное владычество и восстать против нашей силы. Мы неустанно готовим фундаментальные исследования для нашей окончательной победы. Чего бы это ни стоило. Хайль Гитлер.
При мысли о том, что натворили нацисты, руки и лопатки Неле покрылись мурашками. Она не могла и не хотела читать все это в подробностях, но все равно заставила себя: ради собственного шанса выжить ей необходимо было выяснить, что происходит там, внизу.
Поэтому она взяла из каждой папки самый толстый отчет и заглянула в него.
1942 — секретный протокол № 159 — в рейхсканцелярию, служба Берхтесгаден, отдел психооккультных исследований, лично Герману Герингу.
Пункт I — Технический прогресс
С помощью гондольной системы Шандорффа мы достигли глубины девяносто девять километров. После установки нового, более прочного материала гондола теперь должна переходить на следующую стальную лебедку лишь через каждые пять километров. Скорость спуска и подъема увеличена почти до десяти километров в час, благодаря чему глубочайшая точка, достигнутая человеком, может быть достигнута примерно за десять часов.
Шахта по всей длине освещена кислотостойкими лампами. Кабели проложены скрыто, мощность генераторов для работы пяти человек в гондоле удвоена.
Для более эффективного использования трехсменной работы — с нуля до восьми часов / с восьми до шестнадцати часов / с шестнадцати до нуля часов — на восемьдесят пятом километре была сооружена станция «Ойлентор I»: рабочие взрывами выбили в массивной скале платформу площадью десять квадратных метров.
Строительные работы стоили жизни одиннадцати человек, однако «Ойлентор I» введена в эксплуатацию по графику.
Пункт II — Нерешенные вопросы
Радиосвязь между станцией и самой глубокой точкой до сих пор не удалось наладить даже с помощью более мощных установок. Фрау доктор Виктория Фосс предлагает привлечь специалиста доктора Шрёдера и его техническую группу из Гёттингенского университета.
Гораздо более серьезную проблему представляет состояние здоровья строителей, переживших возведение «Ойлентора I». Начиная с семьдесят пятого километра мужчины буквально сходят с ума. Из прилагаемых статистических таблиц можно увидеть чудовищный расход человеческого материала.
С девяносто девятого километра мы спускали в гондолах только подопытных животных. Наша медицинская группа на месте под руководством доктора Райхшалля подтверждает, что кролики и морские свинки сгорают изнутри при температуре до ста двух градусов. Глубина заставляет их кровь кипеть.
В ходе одного эксперимента мы охладили подопытных животных до минус трех градусов и тем не менее зафиксировали жизненные показатели. После оттаивания до нормальной температуры они расходуют на поддержание существования неизмеримое количество энергии.
Измерительные приборы установили, что они вытягивают электричество из окружающей среды. Лампы накаливания мигают, провода перегреваются, генераторы выходят из строя. Хотя с точки зрения физики это невозможно, создается впечатление, будто на определенной длине волны они извлекают из пространства холод, чтобы охлаждать себя. Пластик вокруг них плавится.
Через несколько часов животные становятся агрессивнее, их тела разлагаются, словно пораженные стремительно распространяющейся раковой опухолью, рассеивающей по организму мертвые клетки. После многодневной борьбы за выживание они умирают от внутреннего гнилостного распада. Кролик, проведший сутки на сто первом километре, вскоре после этого оказался переполнен трупными токсинами.
Пункт III — Приложение: доказательства, фотографии, статистика
Фотографии приложения А показывают ход строительства станции «Ойлентор I». Фотографии приложения B — жизненные функции умерших строителей с почасовой динамикой. Приложение C — снимки подопытных животных до и после фазы охлаждения, а также внешние изменения с интервалом в один час. Серия опытов с животными временно прекращена.
Хайль Гитлер, подп. Гюнтер Риттер фон Дёниц
1943 — секретный протокол № 187 — в рейхсканцелярию, служба Берхтесгаден, отдел психооккультных исследований, лично Герману Герингу.
Пункт I — Технический прогресс
В дополнение к станции на восемьдесят пятом километре были сооружены две новые станции: «Ойлентор II» на сто пятом километре и «Ойлентор III» на сто двадцать пятом километре, оснащенные жизненно необходимыми защитными костюмами, баллонами со сжатым воздухом и кабинами неотложной медицинской помощи. Оттуда нам до сих пор удавалось достичь глубины ста тридцати километров.
Спуск благодаря более мощной двойной генераторной системе происходит со скоростью шестнадцать километров в час, что позволяет добраться до самой глубокой точки чуть более чем за восемь часов.
Также удалось решить проблему радиосвязи. С помощью более мощной антенной системы, кабелей с двойной изоляцией и электрического высокочастотного силового аппарата, который доктор Шрёдер и его команда разработали на месте, можно поддерживать связь до глубины ста тридцати километров.