Проповедник (ЛП)

— Ну, ну. Как дела? — спрашивает он, откладывая ружьё, которое осматривал.
— Хорошо, — лаконично отвечаю я, приближаясь к верстаку.
Я здесь не для удовольствия видеть его рожу, и у меня нет никакого желания тратить время на болтовню.
— Ну так? Что нового? — допрашиваю я его, проверяя товар.
Он закуривает сигарету, поворачивается и смотрит на Гэри, который с отсутствующим видом переносит оборудование в кладовку на другой стороне помещения.
  
— Думаю, у нас проблема, — бормочет он с сигаретой в зубах.
— Ты не говоришь мне ничего нового. Я всё контролирую, — фыркаю я с пренебрежением, беря оружие.
Я провожу пальцами по гладкому металлу, оцениваю пустой ствол, затем проверяю центр тяжести, удерживая ствол в равновесии.
Он проделал чертовски тонкую работу. Это принесёт мне хорошую кучу денег. Потому что, будем реалистами, я живу не любовью и свежей водой.
— Я видел, как он шлялся возле туннеля вчера вечером. Думаю, он пытался выбраться, — сообщает он, возвращая меня к разговору.
Этот подземный ход выходит за пределы города и позволяет нам доставлять наш маленький трафик, не будучи замеченными.
— Этот идиот, наверное, хотел найти Сюзан.
— Есть у него шанс?
Я скептически приподнимаю бровь. Нет нужды отвечать на этот глупый вопрос. Он не знает деталей её жертвы, но он знает, что ни один последователь не выживает за пределами общины. Он понимает и отвечает мне с лёгкой усмешкой:
— Жаль, эта малышка мне нравилась. Тем не менее, тебе стоит разобраться с этим, пока он не узнал и не вышел из-под контроля.
Мои пальцы, сжимающие приклад, белеют.
Не может быть. Как он мог это узнать?
Его намёки оскорбляют мой авторитет. Я больше не ребёнок, которому нужно что-то доказывать. Сощурив глаза и напрягая мышцы плеч, я предупреждаю его, скрипя зубами:
— Знай своё место. Не говори мне, что мне делать!
Нервный, он делает глубокий вдох, пытаясь найти довод, который смягчит внезапное напряжение.
— Извини... Моя единственная цель — это...
— Уборка урожая началась, девушки уже руководят теплицей, — обрываю я его, раздражённый его самооправданием, и кладу ствол обратно. — Для погрузки нам нужна мужская рабочая сила. После последней поставки я разберусь.
— Хорошо. Хочешь, чтобы я этим занялся?
В полной дилемме, скрестив руки на груди, я подношу указательный палец к своей щетинистой челюсти, пока Текс курит и терпеливо ждёт, когда я приму решение.
Не нужно долго раздумывать.
У меня сейчас другие заботы, и Гэри явно не входит в их число.
— Пока что просто следи за ним; что касается остального, я позабочусь сам, — наконец отвечаю я, выхватывая у него окурок, чтобы затянуться, прежде чем раздавить его о пол.
Я бы предпочёл косячок или немного опиума, но пока сойдёт и это.
 *** 
Спустя несколько часов, после очень долгой проповеди, измождённый, я укрываюсь в своём кабинете, позаботившись запереть дверь и опустить жалюзи на больших окнах, выходящих наружу. Я выслушал, как они ноют о своей жизни, притворился, что облегчаю их муки, и смылся.
Когда девушки получают то, чего хотят, они в большинстве случаев оставляют меня в покое. Не теряя ни минуты, я хватаю ключ от своего шкафа, спрятанный в ящике, и также беру телефон, включая его. Прежде чем подойти к замку шкафа, я замираю, обнаружив два сообщения от Рассела:
SMS:
[Она прибыла]
[Её напарник снял комнату в одном из мотелей у въезда в город]
Сардоническая усмешка растягивает мои губы.
Моя добыча только что подсела.
Она наконец-то клюнула на наживку.
 Глава 7 
Мэрисса
Мы отправляемся. Пока мы выходим из мотеля, чтобы сесть в машину и Уоллес отвезёт меня на окраину Пондера, Итан, озабоченный, приказывает технической команде:
— Проверьте, правильно ли работает сигнал её подкожного маячка.
— Мы уже проверяли его дважды, — вмешивается мой напарник.
— Тогда проверьте ещё раз, — требует он, делая шаг в нашу сторону.
С ним нужно обращаться осторожно, настоящий комок нервов.
Взгляд, который он бросает Уоллесу, не допускает возражений. Раздражённый, тот повинуется, в то время как Итан осматривает мой затылок и методично ощупывает участок кожи, куда была вживлена чип. Никакого явного жеста нежности или малейшего проявления территориальности. И всё же мы изолированы от остальной группы.
— Чувствуешь какой-либо дискомфорт? — спрашивает он меня, отпуская.
Странно... да. Но это не имеет ничего общего с микропроцессором, который мне вживили.
— Нет, — наконец отвечаю я, с убеждённостью качая головой, чтобы скрыть своё смущение.
Потому что, несмотря на внешнее спокойствие, это странное чувство смущает меня. С той ночи он держался на расстоянии. Разумеется, я этого хотела, но была удивлена, что он так легко сдался. Тем не менее, на этой неделе я несколько раз видела его перед моим кабинетом, смотрящим на меня несколько секунд, прежде чем продолжить путь.
— Это твоя единственная связь с нами. Если ты в любой момент окажешься в опасности, мы всё прекращаем, — предупреждает он меня непреклонно. — Я не хочу, чтобы ты рисковала хоть чем-то. Поняла? — требует он, встав ко мне лицом.
— Надейся на это, — отбрасываю я, игнорируя его предостережение и умело избегая его неодобрительного взгляда.
Я считаю делом чести доводить начатое до конца, каков бы ни был исход, и он это знает. Кроме того, я мысленно прокручивала в голове свой допрос Сюзан Тревор. И каждый раз прихожу к одному и тому же выводу: эта миссия — для меня. Я чувствую это нутром. Это предчувствие сжимает мне горло и гложет изнутри. Час истины приближается. Мне не терпится столкнуться лицом к лицу с Фентоном Граамом.
Итан с раздражением вздыхает и, кажется, собирается ответить мне как можно спокойнее, но достаточно властным тоном:
— Я восхищаюсь твоей силой характера, Мэрисса, но твоя чрезмерная самоуверенность — твоя величайшая слабость. Ты не так неуязвима, как думаешь. Порой ты ведёшь себя даже как легкомысленная девчонка.
Широко раскрыв глаза, я не верю своим ушам.
— Иди к чёрту! — возражаю я, задето. — Не оскорбляй меня, ставя под сомнение моё здравомыслие. Я не безответственна. К тому же, я никогда не давала тебе повода в этом сомневаться.
Как будто охваченный сильным внутренним волнением, он хмурится и сжимает челюсти. Его стальные глаза темнеют.
— Помимо простых предположений, что ты на самом деле знаешь об этом Фентоне Грааме? Абсолютно ничего! — строго упрекает он меня. — Возможно, он опасен. Подумай немного, ради Бога! Это преждевременное внедрение ставит под угрозу твою безопасность. Этот тип не стоит того, — заключает он голосом, напряжённым от тревоги.
— Ты следишь за мной? Как ты можешь знать о моих расследованиях, раз ты игнорировал меня последние дни? Уоллес тебе доложил? Вы с ним в сговоре? — допытываюсь я с подозрением.
Горький смех вырывается из его голосовых связок.
— Я думал, ты знаешь меня немного лучше. Ничто не ускользает от моего внимания в моём подразделении. Я точно знаю, где искать, когда хочу получить ответ! И ты правда думаешь, что я опустился бы до того, чтобы расспрашивать это ничтожество? Кем ты меня считаешь?
Верный себе. Чёртовый выскочка.
— Да послушай себя! Это урок? Мне нужно делать заметки?
Он раздражает меня, у меня нет никакого желания часами слушать его вечные глупые жалобы. Лучше покончить с этим.
— Не трать свою слюну, Итан. Попытки отговорить меня бесполезны. Я знаю, что делаю.
  
— Да, конечно! И к чему привело то, что ты дистанцировалась от меня, а? Кроме как вывести меня из себя!
С каменным лицом я принимаю удар от этого внезапного и неожиданного поворота событий, затем, ничего не выдавая и не смущаясь, парирую прагматично: