Мастер Алгоритмов. ver. 0.3 (СИ)

Я отметил про себя: ответственно подходит. Не просто «да ладно, свои все», а понимает суть. Хороший знак.
— Согласен, — кивнул я, поднимаясь. — Ведите.
Жертва Баюна оказалась напрасной, но что поделать. Такова жизнь, а перестраховаться никогда не помешает.
  
Глава 10
 
Мы вышли из натопленного дома во дворик. Игнат Васильевич, накинув на плечи телогрейку, уверенно шагал по расчищенной дорожке к гаражу.
  
Я поежился, плотнее запахивая пальто.
В голове мелькнула мысль: как он там работает-то? Гараж — это, конечно, мужская территория, святая святых, но в прохладное время года там обычно дубак такой, что пальцы к гаечным ключам примерзают. Для тонкой работы с артефактами, где нужна мелкая моторика и чувствительность, условия, мягко говоря, не идеальные. Почему бы не оборудовать мастерскую в доме? Место вроде позволяет.
Ответ я получил, как только мастер распахнул тяжелую металлическую дверь.
Изнутри потянуло теплом и уютом, запахом того самого цикория и чистым магическим полем.
Я шагнул внутрь и огляделся.
Да уж. Игнат Васильевич был сапожником с сапогами. По углам гаража тускло мерцали небольшие кристаллы в простеньких оправах — тепловые артефакты, поддерживающие идеальную температуру. Не жарко, не холодно, воздух не пересушен. Комфорт уровня хорошего офиса, а не гаражика в сырую погоду.
Сам гараж был разделен на две зоны. Слева — царство материи: слесарный верстак, тиски, сверлильный станок, аккуратно развешанные на стене отвертки, ключи и не только. Все чистое, смазанное, на своих местах. Порядок человека, который уважает свой труд.
А вот справа — магический верстак.
Он был вырезан из темного, мореного дерева, покрытого сложной вязью защитных рун. Никакого пластика, никаких проводов, никакого хромированного металла, к которому я привык в лаборатории Министерства. Чистая, ламповая классика. На столешнице — специальные держатели для кристаллов, увеличительные линзы на бронзовых шарнирах, наборы тончайших резцов и кисточек из шерсти каких-то экзотических зверей.
Совершенно не похоже на наш индустриальный маготех. Этот стол выглядел так, будто его вытащили прямиком из лавки чародея в какой-нибудь фэнтезийной игре. От него веяло уютом, тайной и основательностью. Я поймал себя на мысли, что и сам бы не отказался от такого рабочего места. Сидеть тут вечерами, ковырять заклинания под треск… Если не камина, так хоть теплового кристалла. Атмосферно.
— Присаживайтесь, Дмитрий Сергеевич, — Игнат Васильевич указал на высокий табурет, а сам занял место за верстаком, включив яркую лампу на гибкой ножке. — Итак, я весь внимание. Что будем творить?
Я достал блокнот.
— Мне нужны три носителя, — перешел я к делу. — Два женских браслета. Что-нибудь неброское, но элегантное, чтобы можно было носить и с деловым костюмом, и с повседневной одеждой. Серебро или сталь, на ваш вкус. И один… скажем, браслет для часов. Кожаный или металлический, но с пластиной под зачарование. Для мужчины.
— Понял, — кивнул мастер, уже что-то прикидывая в уме. — Материалы есть. А что по наполнению? Что-нибудь из моего ассортимента?
— Нет, — я открыл блокнот на чистой странице. — Наполнение мое.
Я взял ручку и начал быстро набрасывать схему.
Это не был полный код алгоритма «Страж», я не собирался дарить уникальную разработку, даже хорошему человеку. Я рисовал «посадочные места» — структуру узлов, которые мне нужны были в металле, чтобы потом «залить» туда свое заклинание.
— Мне нужно, чтобы вы собрали физическую основу вот под эту схему, — пояснил я, поворачивая блокнот к нему. — Три контура, замкнутые в кольцо. Накопитель — средней емкости, но с быстрой отдачей.
Игнат Васильевич надел очки-лупы и склонился над рисунком.
— Хм… — протянул он. — Обычно берут готовые наработки. Дмитрий Сергеевич, вы можете просто сказать, какое действие нужно. Я сам подберу структуру заклинаний, зачем вам велосипед изобретать?
Я покачал головой.
— Это не велосипед, Игнат Васильевич. Это авторская разработка. В открытом доступе этих заклинаний нет, и в справочниках вы их не найдете.
Мастер поднял на меня взгляд поверх очков. И взгляд, замечу, весьма уважительный.
— О как… Авторское, значит. Понял. Вопросов не имею.
Он снова уткнулся в схему, водя по линиям грубым пальцем с въевшейся в кожу пылью.
— Интересное плетение… Сложное. Многослойное. Тут обычным литьем не обойдешься, придется гравировать вручную. И кристаллы нужны чистые, без примесей, иначе фонить будет.
— Справитесь?
— Обижаете, — хмыкнул дед. — Справлюсь. Даже интересно, давненько я таких головоломок не решал. Все больше ширпотреб просят.
Он отложил блокнот и посмотрел на меня деловито.
— Сделаю. Материалы подберу высший сорт. Серебро, думаю, лучше всего пойдет — оно магию мягко держит. Для мужского — титан можно.
— Отлично.
— А размеры-то какие? — буднично спросил он, открывая ящик стола и доставая измерительную ленту.
Я застыл.
— Размеры?
— Ну да. Запястья-то у всех разные. Если браслет болтаться будет или жать — какой от него толк? Тем более, тут контур замкнутый нужен, близко к коже.
Я открыл рот, чтобы ответить, и закрыл его.
Размеры.
Ну конечно. Размеры.
Я знал магическую формулу, на ходу продумал техническое задание, чтоб не слить все наработки, нашел мастера, предусмотрел секретность.
Но я, черт возьми, понятия не имел, какой обхват запястья у Василисы. Или у Марии. Про Илью я вообще молчу — у него рука как моя или толще?
Я попытался показать руками. Развел большой и указательный пальцы, изображая некий абстрактный круг. Потом сжал. Потом развел снова.
— Ну… Это самое… — выдавил я. — Обычные такие. Женские. И одна мужская.
Выглядел я в этот момент, наверное, как полный кретин. Великий комбинатор, гроза преступности, который не может купить браслетик, не облажавшись. Спланировал операцию, а патроны забыл.
Игнат Васильевич смотрел на мои манипуляции с доброй, снисходительной усмешкой.
— «Обычные» — это понятие растяжимое, Дмитрий Сергеевич. У моей дочери ручка как спичка, а у супруги — кость широкая. Без мерки делать — только материал переводить.
Я вздохнул, признавая поражение.
— Понял. Виноват. Исправлюсь.
— Давайте так, — предложил мастер. — Вы сейчас позвоните, уточните. А я пока материалы подготовлю.
— Сейчас уточню.
Я достал телефон. Кому звонить? Василисе? Она сейчас не в том настроении, чтобы обсуждать бижутерию, да и сюрприз испорчу. Родителям Ильи? Странно будет: «Здрасьте, я начальник вашего сына, который в коме, померьте ему руку».
Мария.
Она секретарь, она женщина, она наблюдательная. И она сейчас, судя по «Весам», не в приемной — значит, в лаборатории скорее всего, и Василису сможет спросить сама, если не знает.
Я набрал ее номер.
— Алло, Дмитрий Сергеевич? — голос Марии дрожал от напряжения. Она ответила после первого же гудка. — Что-то случилось? Вы в порядке?
— Да, все отлично, — поспешил я успокоить ее. — Жив, здоров, на свободе. У меня к вам будет странный вопрос…
— Да, конечно, спрашивайте! — выдохнула она с облегчением.
— Мария Ивановна, какой у вас обхват запястья? В сантиметрах.
— Шестнадцать, — ответила она мгновенно, без запинки. Девушки такие вещи знают.
— Отлично. А у Василисы Дмитриевны?
— Ой, не знаю… Но она тут, рядом. Сейчас дам трубочку.
— Нет, просто спро…
Поздно. Послышался шорох, звук перекладываемого телефона.
— Дмитрий? — голос Василисы был настороженным и усталым.
— Василиса, привет. Скажи диаметр запястья.
  
— Диаметр… Запястья? — недоуменно спросила она. — Волконский, ты чем там занят? Я думала, ты наконец-то за ум взялся, решил на дно залечь! А ты что, по магазинам ходишь?
— Вопрос твоей безопасности, — коротко ответил я, игнорируя шпильку. — Говори диаметр.