Мастер Алгоритмов. ver. 0.3 (СИ)
Рядом кто-то завизжал. Прохожие шарахнулись в стороны, кто-то упал на лед, прикрывая голову руками. Выскочил из машины Баюн, готовый прийти на помощь.
Адреналин, спасибо ему, заглушил боль. Я оттолкнулся от седана, увидел на крыше через дорогу ублюдка, бросающего бесполезную — спасибо «Тишине» — винтовку. С такого близкого расстояния стрелял таким калибром? Вот хамло.
Времени на раздумья не было. Я вскинул руку.
Жест. Намерение. «Захват».
К сожалению, козлина, ты мне нужен живым.
Но не здоровым. Схватить за ногу, вывернуть сустав, прижать к крыше, не дать уйти. Моя магия рванулась через улицу невидимым щупальцем.
Удар.
Схватил! Значит, не прикрылся постоянным щитом, мразь, не хотел себя выдать магическим фоном!
Но рано обрадовался. Урод каким-то образом стряхнул мой «Захват» — одним из многочисленных, про которые я думал и раньше.
Стрелок уходил.
— Баюн! — крикнул я, не оборачиваясь. — СООБЩИ КНЯЗЮ!
— Твой бок…
— Насрать!
Рана легкая, не вытеку. По крайней мере, за пару минут.
Я рванул через дорогу. Прямо по проезжей части, благо, не было машин. Трость перехватил левой рукой и просто нес. Хромать? К черту. Сейчас было важнее поймать ублюдка, чем поддерживать легенду о собственной немощи.
Рука дернулась к кобуре. Достать ствол, начать стрельбу? Могу убить, но могу ведь и нет! Может, Баюн успеет и спасет его, или органов не зацеплю?
Нет.
Вокруг жилые дома. Окна. Люди. Если я промахнусь — а я промахнусь на бегу — пуля уйдет в чью-то кухню или спальню. Я не имею права рисковать случайными жертвами. Только магия. Она точнее.
Я влетел в арку дома, с крыши которого стреляли. Легкие горели, сердце колотилось, будто выскочить хотело, бок напоминал о себе даже через адреналиновую пелену.
Двор был пуст. Только набиравший скорость самоход стремился к выезду со двора.
Это они, точно они.
С крыши до земли — пять этажей. Лестница, лифт — не успел бы. А он уже в машине.
Как?
Спрыгнул. Точно спрыгнул. Использовал левитацию или воздушную подушку, чтобы погасить.
Машина набирала скорость, уходя в поворот.
Я затормозил, вскидывая руки. Сформировал структуру «Рассеивания». Ударить по двигателю, сбить левитацию, заставить врезаться…
В дом? В прохожего?
Импульс сформировался… И я его погасил.
Нельзя. Все еще слишком опасно. Возле кафе хоть людей на улице не было, и до стены они могли не дотянуть, на пузе-то по асфальту, а тут мало ли что. Да и дистанция слишком велика. Я только зря сожгу резерв и, возможно, вырублю свет в целом квартале, задев силовые кабеля под землей. А машину не достану.
Я опустил руки. Одна из них легла на подстреленный бок.
Матерь Божья…
Недооценил я масштабы неприятностей. Ребро, похоже, все-таки делое, но мясо на ребрах разворотило знатно. Весь бок пальто кровью залило, а за мной тянулся след из красных капель на тротуаре.
Но не рана мне помешала. И не боль.
Я просто был медленным. Дмитрий Волконский, несмотря на все мои зарядки и диеты, все еще был тяжелым, рыхлым мужчиной с одышкой. Я бежал на пределе, но этого предела не хватило.
— Ушел, — выдохнул я, глядя на пустой поворот.
Рядом обнаружился Баюн.
— Быстро ты… — просипел я, вытирая пот со лба.
— Телепатически послание передал, — пояснил кот. — Ты же не собираешься в погоню?
— Нет смысла, — я покачал головой. — Слишком оторвался. Ищи ветра в поле. Он сейчас сменит номера, цвет, или вообще бросит машину в соседнем дворе и пересядет на метро.
— Какое еще метро? Ты от кровопотери уже бредить начал?
И правда. Каменоград же, но мозг к Москве слишком привык, еще не отучился.
— Ну… На автобус, я не знаю. В общем, бесполезно.
— Тогда позволь, отважнейший хозяин, обработать твой чертов бок!
Баюн свои слова чуть ли не прорычал. Никогда не видел его таким злым.
— Что, прямо здесь?
— А тебе цвет министерских полов чем-то не угодил, что ты их в красный хочешь перекрасить?
Резонно. Я уселся на лавочку возле подъезда, Баюн запрыгнул рядом и приложил лапу к моему боку рядом с раной. Затянул историю.
В кармане пальто тем временем завибрировал телефон.
Я достал трубку.
— Слушаю.
— Статус? — голос Милорадовича был сухим, как треск сухого дерева.
— Жив, — ответил я. Про ранение упоминать не счел нужным. — «Страж» отработал штатно. «Тишина» тоже, но результата не видел. Киллера упустил. Ушел на машине, работал с крыши.
— Принято. Им занимается полиция, Зубов уже поднял всех по тревоге. Объявлен план «Перехват». Город перекрывают.
— Был бы толк… — скривился я.
— Может и быть, — возразил князь. — Ошибки совершают все, могут совершить и эти… Господа. Пока остается только ждать. Возвращайтесь в Министерство, Дмитрий. Там безопаснее.
— Понял.
Я нажал отбой и спрятал телефон в карман.
Вокруг начинали собираться зеваки. Слышались сирены — полиция ехала, как всегда, вовремя, чтобы оформить протокол.
Магия Баюна, тем временем, сделала свое дело, затягивая мою рану. Все еще больновато, но уже не подтекаю, а завершить лечение можно и после.
— Что собираешься делать, хозяин? — спросил Баюн, глядя на меня снизу вверх.
Я выпрямился, поправил сбившийся шарф.
— Купить цикория, — ответил я совершенно серьезно.
Кот фыркнул.
А я думал о том, что сейчас мне предстоит еще один бессмысленный допрос, еще одна пачка бумаг и еще час потерянного времени. Но, по крайней мере, ждать допрашивающего я буду в своем кабинете, с кружкой горячего напитка и за работой над «Пульсом».
Враг сделал ход. Я выжил. Партия продолжается.
* * *Про цикорий я сказал совершенно серьезно. Раз уж меня все равно задержали, а стрелок благополучно скрылся, то можно было потратить еще пару минут на бытовые нужды, заглянув в продуктовый магазинчик прямо напротив Министерства.
К счастью, искомый напиток оказался в ассортименте — в красивой мягкой упаковке с изображением каких-то лугов. Правда, процесс покупки несколько затянулся: продавщица, молоденькая девушка, была напугана до икоты недавней стрельбой и звоном разбитых где-то неподалеку стекол. Руки у нее тряслись так, что она дважды роняла мелочь на прилавок. Пришлось потратить полминуты на то, чтобы своим невозмутимым видом и спокойным тоном привести ее в чувство. И вот, с пачкой цикория в руке и выражением лица человека, который просто вышел за хлебом, я, наконец, явился на работу.
Мария с Василисой встретили меня еще у дверей, в «предбаннике» перед турникетами. Откуда знали про происшествие гадать не приходилось, мой новый враг будто нарочно избегал всякой тишины и тонкости в своей работе.
Едва я переступил порог, как оказался в эпицентре локального урагана заботы и паники. Мария что-то лепетала, заметив разорванное пальто и кровавый след, Василиса, бледная лицом, отчитывала меня за неосторожность — она-то, думаю, догадалась, что Баюн мне уже помог. Вопросы сыпались один за другим: «Вы целы?», «Вас ранили?», «Нужно вызвать целителя?»
— Отставить панику, — спокойно, но твердо прервал я этот поток, аккуратно отстраняясь. — Ничего страшного не произошло. Жив, цел… Костюм вот теперь лучше дышит. Работаем дальше, у нас график.
Василиса с Марией переглянулись. В этом взгляде было все: и облегчение, и недоумение, и немой вопрос «из чего этот мужик сделан?» Василиса покачала головой и приложила ладонь к лицу в жесте, выражающем крайнюю степень усталости от моих выходок, но спорить не стала. Люди в холле, увидев, что шоу отменяется, начали неохотно разбредаться по своим делам.
Пока мы шли к лестнице, нельзя было не заметить, с каким нескрываемым удивлением, смешанным со страхом, на меня смотрят сотрудники. Охрана, курьеры, мелкие клерки — все провожали меня взглядами. Да откуда им вообще знать, что стреляли именно по мне? Я ведь не бегал с транспарантом «Я — мишень».