После измены. Сохрани наш брак (СИ)

— Серьезно? Там?
— Ага. Не бедные ребята.
Мы заехали во двор большого дорогого ЖК. Закрытая территория, охрана, свет, чистые дорожки, машины одна другой дороже.
Все блестит, все красиво, все прилично.
И от этого всегда еще противнее, когда заходишь потом в квартиру и видишь, что под всей этой красивой оберткой все то же самое дерьмо. Те же измены. Те же истерики. Та же кровь. Та же тупость, как и у всех.
  
Машина остановилась, мы вышли. Я захлопнула дверь и на секунду встретилась взглядом с Завьяловым. Он стоял чуть в стороне, уже собранный, без этих ухмылок, которые еще недавно меня бесили. Только внимательный взгляд. Он кивнул мне коротко.
— Я пока внизу с охраной и соседями, — сказал он. — Поднимайся.
— Поняла.
Я пошла к подъезду вместе с ребятами. Лифт поднял нас наверх быстро, но мне показалось, будто мы едем вечность.
На площадке уже кто-то стоял, дверь в квартиру была открыта. Внутри суета. Опера. Криминалист. Свет. Голоса.
Я вошла, на ходу натягивая перчатки, и сразу увидела дорогую квартиру.
Просторная, вылизанная, все на своих местах. Кухня с островом, светлая мебель, модная техника, в гостиной большой диван, столик, тяжелые шторы.
Все это я отметила машинально, как всегда.
Глаз цеплял детали раньше, чем я успевала подумать.
— Алла, тут уже фиксируем, — бросил мне один из ребят.
Я кивнула и пошла дальше.
Сначала взгляд зацепился за женское тело в комнате. Рыжая. Молодая. Лежала у комода в белье и белом халате, который распахнулся на бедрах.
Одна нога подогнута, волосы раскиданы по полу.
И да, на первый взгляд картина была именно такой, как описали по телефону, мол ударилась головой.
Не драка. Не нож. Не выстрел. Просто толкнул — и конец.
Я смотрела на нее секунду, две, три. На этот белый халат. На голые ноги. На рыжие волосы. На темное пятно у головы.
Резко отвернулась и пошла на кухню.
И вот там меня накрыло.
Потому что за столом, в наручниках, сидел мужчина.
Сначала я увидела его руки.
Потом профиль.
Потом повернулось лицо.
И у меня внутри все оборвалось так резко, что на секунду я вообще перестала понимать, где я нахожусь.
Андрей.
В наручниках.
  
Глава 57
 
Мой Андрей.
Мой муж.
В квартире любовницы?
Рядом с ее трупом?
У меня в ушах в этот момент будто все отрубило. Голоса стали глухими. Я видела, как кто-то что-то говорит, как рядом двигаются ребята, как следак проходит в комнату, как щелкает фотоаппарат, но это все стало каким-то далеким. Как в тумане.
Я смотрела на Андрея и не могла уложить это в голове. Не могла. Просто не могла.
Потому что измена — это одно. Боль. Унижение. Ярость. Предательство.
Все это я уже пережила.
Все это уже прошло через меня. Но вот это… вот это было уже за гранью.
Я смотрела на его лицо, на его опущенные плечи, на руки в наручниках, на эту знакомую линию челюсти, на его волосы, на рубашку, в которой он, кажется, был еще утром дома… и меня будто разрывало изнутри.
Меня не трясло.
Я не орала. Не рыдала. Я просто в один миг перестала чувствовать почву под ногами.
Он поднял голову.
Увидел меня.
И в его глазах произошло что-то такое, отчего мне стало еще хуже.
Шок.
Стыд.
Ужас.
Он дернулся, будто сам не ожидал, что на этот выезд приеду именно я.
— Алла… — выдохнул он.
И все.
Одно слово.
Мое имя.
И от этого у меня внутри что-то просто лопнуло.
Я не сказала ничего.
Вообще ничего.
Развернулась и вышла.
Просто вышла, потому что если бы я осталась там еще хоть на секунду, я не знаю, чтобы сделала.
Врезала бы ему. Заорала бы. Упала бы. Просто не знаю.
Я шла по коридору квартиры, потом к двери, потом на площадку, и только там поняла, что дышу через раз, а руки у меня ледяные. Лифт я ждать не стала. Пошла к лестнице. Спустилась пролет. Еще один. Еще. И уже где-то между этажами столкнулась плечом с кем-то, так сильно, что сама качнулась в сторону.
Завьялов.
Он схватил меня за локоть, удержал, нахмурился.
— Ты куда? Место преступления!
Я подняла на него глаза и поняла, что у меня, наверное, сейчас на лице написано все. Потому что его выражение изменилось сразу.
— Я не могу, — выдавила я.
— Что значит не могу? — резко спросил он. — Алла, ты с ума сошла? Что случилось?
Я смотрела на него, а у самой в голове все еще стояла эта кухня. Эти наручники. Это лицо. Эта рыжая на полу. Белый халат. И вчерашний чай. И диван. И слова: «Я был неправ». И я, идиотка, которая уже начала думать, что, может быть, еще можно что-то собрать.
— Алла, — уже ниже, жестче произнес Завьялов. — Что случилось? Что за самодеятельность?
Я сглотнула.
Губы не слушались.
Но я все-таки сказала.
— Это мой муж, Руслан.
Он замер.
Я увидела, как на секунду у него меняется взгляд.
А потом договорила, уже почти шепотом, потому что сил на голос у меня не осталось.
— Мой муж сделал этот вызов. Мой муж убил свою любовницу.
Мы поднялись обратно.
зачем я не знаю…
— Сейчас… сейчас, кое что решу и поедем отсюда. — приговаривал Руслан.
Андрей кричал мне вслед, снова увидя мой силуэт в коридоре.
Я услышала только свое имя. Потом еще что-то. «Постой». «Послушай». Голос хриплый…
А у меня в этот момент в голове уже ничего не складывалось.
Я шла к двери и не чувствовала ног. Перед глазами все стояло одно и то же: рыжая женщина на полу, белый халат, распахнутый на бедрах, кровь у головы… и Андрей. В наручниках. За чужим кухонным столом. В квартире любовницы. Мой муж.
Мужчина, с которым я вчера сидела в ресторане и пыталась по кускам собрать хоть какое-то подобие разговора.
Мужчина, с которым вечером мы приехали домой, заварили чай, сели рядом на диван и сделали вид, что, может быть, у нас еще не все потеряно.
И вот сейчас я шла через чужую квартиру и понимала только одно: меня снова обманули.
Только теперь так, что уже даже злиться не получалось.
Слишком страшно. Слишком мерзко. Слишком больно.
— Алла! Да стой ты! БЕРКЕВИЧ!— рявкнул Андрей уже почти в истерике.
Я обернулась.
И в этот момент Завьялов врезал ему.
Я даже не сразу поняла, что произошло. Просто увидела, как голова Андрея дернулась в сторону, как он качнулся, как на губе появилась кровь.
И у меня внутри ничего не екнуло. Вот что самое страшное.
Я должна была испугаться. Должна была хотя бы дернуться. Должна была кинуться: «Вы что творите?!» Но нет.
Я просто стояла и смотрела.
— Позорище, блять, — бросил Завьялов так, будто выплюнул. — Смотри под ноги. Споткнулся, носом приложился. Утырок.
Андрей поднял на меня глаза.
Господи.
Лучше бы не поднимал.
Потому что в этом взгляде было все сразу.
Страх. Стыд. Паника.
И какое-то жалкое, унизительное ожидание, будто я сейчас должна его понять, выслушать и пожалеть.
Может еще и по головке погладить, Андрюша? Ах да… тебя почти погладили только по другой…
права нет у обманщика больше со мной говорить.
Он чудовище…
Лгун и убийца…
  
Глава 58
 
Алла 
Не было уже ни ревности, ни ярости, ни желания устроить скандал. Только одно огромное, глухое разочарование.
Такое, что даже слез не было.
Я ведь вчера поверила. Не до конца, но поверила хоть немного. Дала себе слабину. Разрешила подумать, что, может быть, он и правда понял, что натворил. Что, может быть, мы еще сможем хоть как-то разговаривать.
Что, может быть, двадцать лет жизни все-таки что-то значат. А он… он после этого поехал к любовнице.
После нашего разговора. Он поехал к ней.
  
И теперь она лежала на полу…
У меня ладони стали ледяными. Пальцы онемели. Я смотрела на Андрея и не узнавала его. Это был не мой муж. Не тот мужчина, за которого я выходила.