Опасная близость

Немного пройдясь по залу, я действительно разминаю ноги, оглядывая заметно увеличившееся количество посетителей. В сторону татуированного незнакомца намеренно не смотрю. Много чести.
Правда, тело само плывёт к игорному залу, поближе к нему. Покрутившись около приделанного к стене дартса, выдёргиваю острые дротики и, отступив на приличное расстояние, прицеливаюсь.
Особо не стараясь, я бросаю одну стрелу за другой и, как лузерша, попадаю за границу круга.
  
— Почему такая красивая девушка скучает? — прозвучавший над ухом хмельной голос на доли секунды заставляет дохлых бабочек в животе сделать жалкую попытку затрепетать.
Мысль, что это он, не на шутку поднимает настрой, однако стоит поднять голову, как меня смывает волной разочарования.
Это не он.
— Кто сказал, что я скучаю? — уголки губ уныло ползут вниз, и я возвращаюсь к не особо успешным попыткам попасть в красную точку.
— Я Гарри, — похоже, у парня проблемы с умением считывать женское настроение, раз он продолжает стоять рядом и пытаться завязать достойный диалог.
Надеюсь, не Поттер?
— Очень рада знакомству, Гарри. Но не мог бы ты, пожалуйста, отойти? Я целюсь лучше, когда мне не дышат в ухо, — недвусмысленно намекнув, делаю шаг в сторону мишени, намереваясь выдернуть дротики, но меня останавливает цепкий хват за локоть.
— Считаешь себя выше, чем знакомство в барах? Скажи, на каком сайте тебя снимают, я оплачу по полному прайсу.
Я, конечно, в этой жизни многое о себе слышала, но за проститутку меня принимают впервые.
— Щупальца убери, если не хочешь увидеть их в своей заднице, — цежу сквозь зубы, глядя на наглеца снизу вверх.
— Банально, — продолжает этот чмошник Гарри, но быстро затыкается, ибо за моей спиной звучит убийственно спокойный голос:
— Девушка же тебе доступно сказала: руки свои убери.
Сердце ухает в пятки, стоит мне обернуться. Тот самый красавчик стоит рядом со мной!
И клянусь вам! Долбанный Гарри рисует сквозняк сию же секунду, бросив короткое «прошу прощения».
Так и тянет спросить: «Ты кто такой вообще, о мой спаситель?» Но вместо этого, не изменяя принципам, я говорю иное:
— Я бы и сама справилась.
Развернувшись корпусом к бородатому, подмечаю, что вблизи он ещё крупнее и, чёрт подери, сексуальнее.
— Если это такое «спасибо», то оно принимается, — звучит всё в такой же расслабленной манере.
Ха! Ты облизывался на меня целую вечность, но соизволил подойти, увидев, как клеится кто-то другой?
— Ты всегда вмешиваешься, когда тебя не просят? — прищурившись, мне приходится отступить. Самоуверенный тип проходит мимо, практически соприкасаясь нашими телами, и выдёргивает мои дротики, возвращаясь на исходную позицию.
— А ты всегда язвишь вместо того, чтобы благодарить за помощь? — улыбнувшись уголком рта, бросает на меня короткий взгляд.
Забитые татуировками пальцы бросают одну стрелу за другой, точно попадая в самое яблочко. А я, едва ли не давясь собственной слюной, разглядываю его покрытые изображениями руки.
Из-за полумрака в помещении и моего слегка размытого алкоголем взора не могу в точности разобрать выбитые слова и цифры на загорелой коже. К дичайшему сожалению.
— Нет. Только с теми, кто того заслуживает, — на этот раз я забираю воткнутые стрелы, намеренно оттесняя его.
— По-твоему, я этого заслуживаю? — по слегка весёлому тону делаю несложный вывод, что я его забавляю. И это та-а-ак бесит!
— Не знаю, — пожав плечами, прицеливаюсь. — Это ты мне скажи. Мы стоим тут целую вечность, а ты даже не соизволил представиться.
Махнув рукой, бросаю дротик, и он уныло втыкается в стену рядом с мишенью. Позорище.
— Что тебе даст моё имя? — парень делает шаг в мою сторону, от чего дыхание учащается, поднимая грудную клетку сильнее положенного.
Встав сзади вплотную, он нагло кладёт растопыренную ладонь на мой живот, и я невольно подтягиваю таз. По-хорошему бы оттолкнуть его и послать на небо за звёздочкой, вслед за Гарри, но вместо этого я продолжаю стоять, как будто приросла к полу.
Терпкий аромат его одеколона будоражит рецепторы, отчего внутри поднимается первобытное, чуждое мне желание подчиниться.
— Не знаю… — выдохнув, на секунду прикрываю веки, боясь потерять контроль. Я не привыкла к подобному отклику тела, обычно могу себя сдерживать и не плыть перед первым встречным.
Но этот парень… Одним прикосновением он разжёг пожар в моей груди… и не только там.
— Не знаешь? — над ухом звучит непринуждённый смешок, и я с ужасом отмечаю, как оттопыриваются мои соски сквозь плотную ткань топа.
— Может быть, я буду шептать его перед сном? — по задумке это должно было прозвучать весело, но почему-то я слышу свой голос до жути томным.
Обхватив свободной рукой мою, незнакомец делает лёгкий бросок стрелой, попадая точно в цель.
— Это говоришь ты или четыре пинты пива? — его вибрирующий смех отдаётся у меня в груди до жути приятными мурашками.
Не отдавая себе отчёта, я откидываю голову назад, прислоняясь к его крепкому плечу.
— А что, если мы оба? Я и пиво? — кокетничая, я не слежу, как незнакомец продолжает метать в мишень моей ладонью. — Ты следил за тем, сколько я выпила?
— Это плохо? — от соблазнительного, вкрадчивого голоса мои коленки норовят вот-вот подогнуться.
А ещё есть жгучее желание потереться задницей об его пах. Приходится сдерживать себя из последних сил, но, боюсь, это становится практически невозможным.
— Читающие девушки любят сталкеров…
— Любишь читать? — горячее мятное дыхание опаляет щёку, когда я слегка поворачиваю голову, желая взглянуть на него.
— Люблю читать порно-романы. И сталкеров.
— То есть не боишься показаться неприличной?
— Отец с братом всё равно считают меня распущенной американкой, — хмыкнув, облизываю пересохшие губы.
В ответ он не спрашивает о причинах. И его явно не интересует тот факт, почему меня считают американкой. А как же стандартные вопросы о том, откуда именно я прилетела и что делаю в Дублине?
И это ещё сильнее цепляет. Его незаинтересованность.
— А ты себя такой не считаешь? — хватка на моём животе усиливается, и я шумно выдыхаю, не выдерживая сгущающегося вокруг воздуха.
Происходящее вокруг кажется неприличным. Словно мы прямо при всех в этом зале занимаемся сексом.
— Хочешь проверить? — выпаливаю, переставая отдавать себе отчёт.
Несмотря на то что в помещении стоит невыносимая духота, меня пробирает холод, стоит незнакомцу убрать руку и отступить. Секунда тянется вечностью огорчения, прежде чем я снова чувствую его обжигающие ладони на талии.
Парень разворачивает меня, и, честное слово, я вижу в его горящих глазах то же дикое желание, что и в моих.
— Для этого здесь слишком много лишних глаз.
Не давая опомниться, он уверенно переплетает наши пальцы и увлекает меня за собой.
 Глава 3 
  Не ведьма 
— О нет, не говори, что ты маньяк и пришьёшь меня в катакомбах? — дурацкий смех вырывается сквозь приоткрытые губы.
Красавчик открывает дверь без опознавательных знаков, и мы скрываемся в полумраке узкого коридора. Шум голосов и громкая музыка тут же стихают, оставаясь по ту сторону.
— Только если ты сама об этом попросишь, — звучит коротко, всё в той же едва уловимой, насмешливой манере.
Эта чёртова расслабленность мужчины, который точно знает, на что способен…
Мне стоило бы волноваться за собственную жизнь, но вместо этого я поднимаюсь по дубовым ступенькам, следуя за татуированной рукой, крепко держащей мою ладонь.
  
Интересно, в постели он такой же альфа? Скользнув взглядом по широкому развороту плеч, спускаюсь ниже. Пожар в груди нарастает с каждой секундой при виде его мощных ног и, несомненно, офигенной задницы.
— Да гори оно всё синим пламенем… — прошипев себе под нос, тяну незнакомца назад, заставляя остановить движение.