Опасная близость

Парень разворачивается, и я, привстав на носочки, обхватываю дрожащими ладонями его лицо. Не позволяя опомниться ни себе, ни ему, прикасаюсь к его губам.
На долгие секунды он не двигается, замирая, будто не ожидал подобной дерзости. А потом мужская ладонь уверенно ложится на мой затылок, и он перехватывает инициативу.
Горячие губы раздвигают мои, врываясь внутрь нетерпеливым языком.
  
Ещё никогда прежде я не целовалась так вкусно. Горячо и страстно. Как будто твой рот трахают языком, не давая шанса на отступление.
Стон летит из груди, когда он впечатывает меня в стену, накрывая сверху своим крепким телом. В голове пусто, я вся как оголённый нерв, существую на грани.
Оттянув зубами мою нижнюю губу, он словно испытывает меня на прочность. Прощупывает границы дозволенного, а я с радостью позволяю.
Господи, пусть у него будет большой член. Иначе я не переживу такого разочарования века.
— Мы так и будем стоять здесь, как подростки? — силой воли заставив себя оторваться, я посылаю к чёрту остатки приличия и поглаживаю его оттопыривающуюся ширинку.
Желание узнать, не ошиблась ли я с выбором, окупается с лихвой. Ибо то, каким большим и толстым он ощущается сквозь плотную ткань брюк, не передать словами.
Нужно видеть. Или чувствовать.
— Ты пожалеешь об этом, — татуированный произносит это так твёрдо, что я без тени сомнения свожу фразу к пафосному обещанию долгого и изнуряющего секса.
— Ну, если этой ночью ты хотя бы пару раз заставишь меня кончить, то жалеть будет не о чем.
Цепкие ладони ложатся на мою обнажённую талию и поднимают вверх, вынуждая обхватить ногами его туловище. Кожа полыхает от прикосновений, а мне хочется, чтобы он касался везде. И желательно сейчас.
— Полегче, мачо! — с губ срывается довольный вскрик от этих пещерных замашек.
И только когда наши лица оказываются на одном уровне, мой подвыпивший взор замечает, какие у него красивые глаза. А если быть точнее, разные. Один чисто зелёный, холодный и ясный. Второй зелёный, но с карим янтарным оттенком наполовину. У этого феномена есть название, но алкоголь не позволяет его вспомнить.
— Ведьма, — произносит он, прерывисто дыша.
— Я не ведьма. Меня зовут Лилит.
Не выдержав витающую в воздухе страсть, я снова целую его. Жадно и грязно. Не отрываясь от меня, красавчик выбивает ногой дверь, и мы оказываемся в каком-то помещении.
Он не позволяет опомниться. Всё происходит в животной страсти и дурмане похоти.
Вот я уже стою, и меня разворачивают, заставляя опереться ладонями о стол. Большая часть волос застилает взор, но мне наплевать.
Звучит хруст расстёгиваемой молнии, и я понимаю, что он стянул с меня джинсы вниз. Оглянувшись через плечо, я вижу, как татуированный стоит, опустившись на одно колено.
— О чёрт… — выдыхаю от дорожки влажных поцелуев на бедре.
Мне приходится свести ноги из-за смачного шлепка по ягодице, а затем острой боли от укуса мягкой плоти.
Парень ловко стягивает мои сапоги по очереди и снимает джинсы, отшвырнув их в сторону. Следом я лишаюсь и трусиков, оставаясь в одном топе.
Я не испытываю ни толики стыда. Желание поскорее почувствовать его в себе затмевает разум.
Не знаю, в какой момент он раздевается сам. Подбираюсь лишь, услышав шелест разрываемой фольги, а затем властное:
— Раздвинь ноги шире.
И я подчиняюсь в ту же секунду. Хриплый всхлип вылетает из горла, заполняя собой комнату вокруг так же, как и он меня своим членом.
Несколько интенсивных толчков, и мужская ладонь сжимает мою шею, потянув на себя.
Капелька пота стекает по виску от того, как меня бросает в жар от каждого его проникновения. Мои ягодицы больно ударяются о его массивные бёдра и пах, а мне этого катастрофически мало.
Хочу большего. Слиться с ним в одно целое. Перестать ощущать границы. Раствориться…
— Ещё! — выкрикиваю, не отдавая себе отчёта.
От активных движений моя грудь подскакивает то вверх, то вниз, и тогда татуированный срывает топик, обхватывая и сжимая каждое полушарие по очереди. Это и есть та самая точка невозврата.
Звук шлепков плоти о плоть смешивается с моим рваным, прерывистым дыханием. Его пальцы, украшенные затейливой вязью татуировок, сжимаются на моей груди так сильно, что остаются белёсые следы, которые тут же наливаются жаром.
— Смотри на меня, — его низкий и вибрирующий голос заставляет обернуться, насколько позволяет хватка на моей шее.
Наши взгляды сталкиваются, и меня накрывает новой волной экстаза. Эти разные глаза сейчас горят одинаковым, нечеловеческим голодом.
— Дьявол… — срывается с губ вместе с горьким стоном. Он делает глубокий, резкий толчок, заполняя меня каждым своим дюймом.
Воздуха катастрофически не хватает. Кажется, если он не остановится, я просто перестану дышать. Но я хочу, чтобы это длилось вечно.
Вспышка боли от укуса в плечо смешивается с накатывающей волной оргазма.
— Я близко… — лепечу, желая продлить этот сладостный миг как можно дольше. Однако для татуированного это становится зелёным сигналом, и он принимается таранить меня сзади до исступления.
Перед глазами рассыпаются искры, а низ живота скручивает тугой, невыносимо приятной судорогой.
— Да-а-а! О… Боже… да!.. — мой крик сотрясает пространство, но, несмотря на это, незнакомец продолжает вколачиваться.
Ноги подкашиваются, тело обмякает, и, если бы не его стальная хватка, я бы рухнула прямо перед этим проклятым столом.
Холод пробирает вспотевшее тело до самых костей, стоит ему освободить меня и отстраниться. Пытаясь унять дрожь в коленях, я вдруг оказываюсь развёрнута к нему лицом.
— Мы только начали, — произносит многообещающе.
Не успеваю я опомниться, как сквозь истеричный визг и понимание происходящего оказываюсь закинута на мужское плечо.
— Варвар!
Даже невзирая на то, что помещение вокруг вверх тормашками, успеваю заметить, что мы удаляемся из своеобразного кабинета и перемещаемся в другую комнату.
Лёгкая тошнота подкатывает к горлу из-за частой смены положений, стоит ему опустить меня на твёрдый матрас.
— Ты здесь работаешь? — прикидываю пьяненьким мозгом, осматривая пустое помещение с одной кроватью по центру.
— Ты всегда такая любопытная, не ведьма Лилит? — оперевшись коленом на кровать, парень одним движением руки снимает футболку, а я едва ли не глотаю язык от вида поджарого тела этого жеребца.
Отползая к изголовью, я борюсь с очередным приливом тепла внизу живота. А ещё с желанием пробежаться пальчиками по его рельефным кубикам пресса и косым мышцам.
— А ты всегда отвечаешь вопросами на вопрос? — рот наполняется слюной, и я сглатываю, представляя, как хорошо было бы облизнуть его покачивающийся от возбуждения член.
Ни с одним из партнёров у меня не было такого. Чтобы внизу всё полыхало и ужасно хотелось продолжения. Секс был для снятия напряжения между тяжёлыми тренировками и неизменным стрессом на льду.
Но с этим самцом я на каком-то интуитивном уровне чувствую возникшую химию и связь. Неужели и он тоже её ощущает?
Или я просто очередная из тех, кто сменяется в его постели? Странно, от этой мысли становится немного неприятно.
Наверное, дело в том, что я не привыкла быть одной «из».
Забравшись на кровать, бородатый хватает мою лодыжку, стаскивая на спину из полусидячего положения, а я понимаю, что на вопрос он так и не ответил. Но зубы, осторожно и одновременно властно обхватившие мой сосок, вынуждают забыться.
Сладкая стрела пронзает всё тело от того, как он посасывает вершинки груди. Вцепившись пальцами в простыни, я отгоняю туман в голове, подбитый пивом и этой дикой, нерациональной страстью.
  
Парень перемещается ниже, и я чувствую горячее дыхание на своей коже. Его ладонь находит внутреннюю сторону бедра, медленно поднимаясь выше, пока пальцы не касаются самого чувствительного места. Он неспешно массирует клитор, а я окончательно теряю связь с реальностью.