Магический Компасс (ЛП)

Жозефина раньше была связана с Джессой, но через жертву теперь обитала в теле королевы драконов. Она унаследовала все знания королевы и контроль над драконами, что делало её нашим лучшим шансом помочь Луи.
Миша выпрямилась, перестав опираться на Максимуса.
— Но обязательно ли идти в Волшебную страну? Есть способ связаться с ней отсюда?
Джесса покачала головой, её черные волосы рассыпались по плечам.
  
— Нет, между нашими мирами нет простой связи, а её визиты всегда случайны. У меня буквально нет способа связаться с ней, кроме как отправиться к ней самой.
В груди Брекстона всё еще рокотало, когда он произнес:
— Там опасно. Даже если ты пробудешь в Волшебной стране всего день, тебя не будет рядом с близнецами неделями. Я думаю, будет лучше, если я пойду… один.
Джесса отступила на шаг, и я понял, что она сейчас устроит Брекстону разнос. Ничего она не ненавидела больше, чем чрезмерную опеку. К несчастью для неё, Компассы были устроены именно так. Мы защищаем то, что принадлежит нам. Её грядущую тираду прервало появление матери в дверях с Эви на руках.
— Она хочет к мамочке, — сказала Лиенда Джессе.
Взгляд Джессы прикипел к дочери, и если у любви есть облик, то он был написан на лице этой волчицы. Тепло, обожание, трепет — она пропала окончательно. Бросившись через веранду, Джесса подхватила малышку, прижимая её к груди и вдыхая аромат Эви. Её глаза закрылись, и умиротворение сменило напряжение на лице.
Когда она снова открыла глаза, она посмотрела на Брекстона.
— Ты прав. Я не оставлю их одних и без защиты, пока они так уязвимы. — Она снова прижалась головой к мягким светлым волосам Эви и тяжело вздохнула. — А главное, я не хочу их оставлять. Это разобьет мне сердце. — Её взгляд стал неподвижным. Хищным. — Я не хочу, чтобы ты шел без меня, но мы также не можем позволить Луи угаснуть.
Тут вмешался я:
— Мы с Джейком пойдем в Волшебную страну. У нас нет ни пар, ни детей, которых пришлось бы оставлять. Мы — идеальный выбор. Просто дайте мне несколько дней, чтобы сначала найти Грейс. — И, надеюсь, убедить её простить меня. — Тогда я буду свободен, чтобы отправиться за Жозефиной.
Джейкоб будет не против плана. Он всегда готов к приключениям.
— Прямо сейчас я приступаю к поискам Грейс. Надеюсь закончить с этим к концу недели.
Лили уже спала на плече Максимуса; он похлопывал её по спине.
— С некоторой удачей, к тому времени как ты найдешь Грейс, Луи уже очнется, — сказал вампир. — Мы всё равно поговорим с теми могущественными колдунами. Возможно, они дадут нам зацепку.
Я кивнул.
— Да, это было бы лучшим вариантом, но если этого не случится, я пойду в Волшебную страну. Луи спас наши жизни, мы обязаны сделать всё ради него.
Брекстон больше ничего не сказал, но и выглядел он не особо в восторге от нового плана. Он любил сам разбираться с опасными задачами и чрезмерно опекал всех нас.
Я не волновался. Мне просто нужно было убедиться, что с Грейс всё в порядке; я сойду с ума, если это не случится в ближайшее время. А потом я сосредоточусь на Луи. Мы с этим могущественным чародеем не всегда ладили, но я знал без тени сомнения: будь я в беде, он бы нашел способ мне помочь. Пришло время и мне сделать то же самое для него.
Глава 2
ГРЕЙС КАРТЕР
Тьма никогда не была тем, чего я боялась. Страх темноты — это на самом деле просто страх перед неизвестным, а мои чувства даже в раннем детстве были достаточно острыми, чтобы всегда знать, кто там притаился. Мама говорила мне, что большинство монстров неровня моей магии, и я ей верила. Её советы никогда не подводили меня — до этого момента.
Последние шестьдесят восемь дней, четырнадцать часов, двадцать пять минут и несколько секунд с хвостиком я была отрезана от всякой энергии. Запертая в мире боли и мрака, я сидела и ждала своей неизбежной смерти. Потому что тело может выдержать лишь определенный предел, и мое почти его достигло.
Дверь наверху с грохотом распахнулась, и я выпрямилась. Слишком рано! Прошло всего четыре дня — кажется — с последнего сеанса пыток. Обычно визиты были регулярными. Я грубо отмечала дни на стене, и между ними проходило около шести суток.
Что изменилось? Впервые за несколько недель укол страха пронзил онемение в груди. Что они приготовили для меня сегодня?
Первые лучи света обожгли глаза. Я так привыкла к темноте, что привыкать к освещению было больно. Я заерзала на жесткой деревянной плите, служившей мне постелью. У меня была лишь тонкая простыня, чтобы укрыться, а здесь, внизу, было холодно. К тому же я получала лишь одну жалкую порцию еды в день и еженедельные пытки — видимо, всё это делалось для того, чтобы я оставалась слабой.
Также они использовали блокиратор, чтобы подавить мою энергию и силы.
Они преуспели блестяще: я была слабее, чем когда-либо в жизни. Но… я еще не сломалась. Что, честно говоря, немного удивляло. Обычно я не была сторонницей сильных эмоций. Побочный эффект домашнего обучения, не иначе. Я была ведьмой типа «сиди дома, читай книгу, собирай пазлы». Я не давала сдачи. Я вообще никогда не дралась.
Но время здесь изменило меня. Мое тело могло быть слабым, но остальная часть меня собиралась держаться до победного конца. Встав, как я всегда делала при их приближении, я высоко подняла голову. Пусть я не самая свирепая среди супов, но могла притворяться ею до тех пор, пока была способна стоять.
Когда я выпрямилась, боль в спине взорвалась новой волной — резкой и свежей. Исцеление занимало всё больше времени после каждого допроса. Но поскольку я ничего не могла с этим поделать, то заставила боль утихнуть, шире расставила ноги и сжала кулаки. Инстинктивно я потянулась к своей магии, одновременно пытаясь нащупать лей-линии. В обоих местах я не нашла ничего, кроме гулкого пустого пространства.
Ко мне приближались две пары шагов, разные и отчетливые. Я узнала обе. Тяжелый топот принадлежал Сукину Сыну. Я отказалась называть его как-либо иначе после одной из его «сессий». У СС был настоящий творческий талант в обращении с ножом для резьбы. Во время первого круга пыток я кричала не замолкая.
С тех пор я заперла свою боль на замок — ни слов, ни криков. Я больше не доставлю им такого удовольствия. Я сосредоточилась на единственном месте, которое им еще не удалось взломать: на моем разуме. Там я была со своей семьей, настоящей семьей, а не с этими монстрами. За два месяца плена я узнала очень мало о том, почему я здесь. Они твердили, что им нужно «выпустить» что-то, скрытое внутри меня. Учитывая, что я была обычной ведьмой-целительницей, то была уверена, что они ошибаются.
— Доброе утро, солнышко. Как поживает моя любимая кузина? — вторые шаги, более легкие и быстрые, принадлежали Тревору, моему голубоглазому блондину-кузену и истинному демону во плоти. Этот ублюдок определенно был в моем списке смертников. Спираль тьмы разлилась в моем сознании, принеся с собой очень дурные мысли. Эта тьма становилась сильнее с каждым порезом и синяком. Может, это ту тьму они хотели выпустить? Или это был продукт того, что они со мной сделали? В любом случае, мне уже было плевать.
Мерцающий фонарь в руках СС отбрасывал тени на стены моей маленькой камеры. В первые дни я оглядывалась по сторонам при каждом проблеске света, но теперь я знала здесь всё. Я была в подвале, в крошечной клетке. Деревянный настил и унитаз. Это единственное, за что я была благодарна этому месту.
  
— Надежда на твое сотрудничество явно не оправдывается, так что мы переходим к фазе два, — Тревор продолжал буравить меня своими неестественными темно-синими глазами. Их оттенок был каким-то плоским… или, может быть, его глаза просто были мертвыми. Как и его душа.
Его заявление пугало больше всего.
Они что, до этого миндальничали со мной? Мое тело было покрыто шрамами, ожогами и ранами. Меня ломали, били и разбивали на столько осколков, что тело больше не казалось моим. Конечно, физически раны заживали. Но эмоциональный и ментальный ущерб никуда не делся. Если бы я не была из сильного ведьминского рода, я могла бы умереть от некоторых пыток. Но эй, время еще есть, верно? Особенно теперь, когда они повышают ставки.