Похитительница Ночи

 
Глава 4
 
РедРедРед
 
Чарли Холл была загадкой из тех, что Реду совсем не нравились.
В детстве Реми часто спрашивал его, куда он девается, будучи тенью. Ред пытался объяснить, что находится в месте, которое можно назвать «не-здесь и не-там». Оттуда реальный мир видится размытым, искаженным и серебристым. Время там тоже течет по-другому, словно смотришь фильм, который несколько минут идет как обычно, затем включается перемотка, снова пара сцен с нормальной скоростью, и так далее, и тому подобное.
  
На сей раз, наблюдая из своего безвременья, как Чарли обрабатывает рану, Ред с удивлением отметил, что время для него замедляется, а не ускоряется.
Припарковавшись перед своим домом, Чарли не спешила выходить из фургона. Она села на переднее сиденье, отвернувшись от Реда, и, оголив плечо, с помощью зеркала заднего вида проделывала нужные манипуляции.
Короткие черные волосы обрамляли волевые черты ее лица, но также подчеркивали впалые от усталости глаза, от которых не отвлекал даже яркий узор из скарабеев, вытатуированных вдоль ключицы. Стоило раз увидеть эти глаза, и позабыть их невозможно.
Ред обнаружил, что подмечает все.
Он неотрывно смотрел на Чарли, когда та задрала рубашку и, прикусив губу, принялась поливать кожу перекисью водорода. Большая часть жидкости в рану не попала, но впиталась в сиденье фургона, а то немногое, что достигло цели, зашипело, как газировка, заставив Чарли поморщиться.
Ред решительно ее не понимал.
Почему бы не велеть ему помочь? Он действовал бы предельно аккуратно и бережно. Да, в здании мельницы он не спешил явиться на ее зов, но лишь из-за незнания, что тварь только что насосалась крови. Он-то думал, что противник будет слабым, а задача легкой. Он не подозревал, что Чарли в опасности, пока она не позвала, и даже тогда не осознавал, насколько эта опасность велика.
Ред снова и снова мысленно проигрывал момент, когда материализовался и увидел Чарли в синяках и крови и нависшего над ней Мрака. Ему отчаянно хотелось, чтобы время пошло быстрее, как раньше, унося с собой это воспоминание. Вместо этого пришлось смотреть, как она небрежно заклеивает рану. Вынужденно подмечать блеск ее глаз и то, как влажные ресницы скользят по щекам, когда она моргает в попытке сдержать рыдания. Движение ее горла, когда она медленно пьет «Гейторейд», похоже, надеясь восполнить потерю крови электролитами.
Зачем Чарли вообще поставила себя в такое положение еще на мельнице? Зачем уговорила Теневую ложу привязать его к себе, согласившись стать Иерофантом? Что она от этого выиграла? Для Солта он был ценен как убийца, но едва ли Чарли хотела заполучить его по той же причине. Будучи самопровозглашенной мошенницей и воровкой, лишать других жизни она не стремилась. Возможно, именно поэтому ей и нужен он, Ред? Или она думала, что он окажется полезен в других отношениях? Пожалуй, он тоже мог бы воровать, ведь ему известно расположение комнат в принадлежавших сумеречникам поместьях с огромными библиотеками, полными редкостей.
Чарли объяснила, что обманом пробралась в Иерофанты из любви к нему. Потому что хотела его спасти.
Смешно. Люди боятся Реда, а не проявляют о нем беспокойство. Он вызывает у них дискомфорт. Даже Реми, который заботился о нем больше, чем кто-либо другой, опасался и чувствовал себя неловко рядом с ним. Пока они состояли в отношениях, Чарли почти до самого конца не знала, кто он на самом деле. Но на привязку с ним пошла с полным пониманием происходящего.
«Я не собираюсь заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь».
Все так говорили. Солт, конечно же, твердил это Реми в самом начале, когда тот только поселился в поместье. А сам Реми повторял то же самое Реду, хотя к тому времени уже много раз принуждал его следовать его воле. Сама эта фраза означает, что тебя не заставят сразу же сотворить что-то ужасное.
Поэтому не имело значения, что Чарли смотрела на него с убедительной теплотой в больших карих глазах и обращалась с ним так, словно действительно считала его человеком. Ред не верил, что ради его спасения она готова пожертвовать собственной жизнью. С какой стати? Она же мошенница и на сей раз наверняка затеяла очередную аферу.
 
Глава 5
 
Проклятие семьи Холл
 
Услышав, как хлопнула сетчатая дверь, Поузи, младшая сестра Чарли, оторвалась от пакования вещей. Кухонные шкафы были открыты, большая часть их содержимого беспорядочно свалена в картонные коробки, помеченные случайными с виду и весьма специфичными наклейками: тут были крошечные зонтики, кружки, лопаточки, щипцы и сита для пасты, соковыжималка, ножи, тиара и кофемолка. Их кошка, Люсимурр, забралась в коробку с надписью «Ведро для червей» и почти полностью в ней скрылась – ее присутствие внутри выдавал только едва заметный блеск зеленых глаз.
– Наконец-то ты вернулась, – сказала Поузи сестре, поднимая взгляд. – Закажем пиццу?
Чарли улыбнулась, словно ей не было больно.
– Конечно.
– Я нашла нам новое жилье, – продолжила Поузи. – Перезвонили люди с Стейт-стрит. Нам осталось съездить и подписать договор аренды. Сможем переехать на следующей неделе.
– В Нортгемптон? – спросила Чарли, всегда с подозрением относившаяся к хорошим новостям. – Уверена, что мы в состоянии себе это позволить?
– Ты удивишься – это довольно дешево, – сообщила Поузи. – Почему – не знаю. Может быть, там тоже произошло убийство.
В доме, арендованном сестрами Холл, предыдущий Иерофант убил человека по имени Адам. Его тень перепачкала стены гостиной кровью жертвы и до самого потолка исписала их одним-единственным словом, выведенным пугающими буквами: «РедРедРед», потому что он искал именно Реда.
Чарли и Поузи вернулись, как только сняли ограждающую место преступления ленту и убрали кровь. Но их безжалостная практичность никак не повлияла на решение перепуганного домовладельца, который поспешно продал дом ничего не подозревающим бруклинцам, переехавшим в Долину после рождения второго ребенка. Они собирались закрыть сделку аккурат в канун Рождества, так что следующая неделя была крайним сроком, когда нынешним обитателям дома – сестрам Холл, их кошке и Мраку – надлежало выехать.
– Сколько нужно для внесения депозита?
Больших денег у Чарли не водилось, но ей полагалась награда за уничтожение Мрака. Кроме того, чуть раньше она поймала двух других – пусть небольших и не таких впечатляющих и прибыльных. К тому же при необходимости можно заложить парочку вещиц, украденных из особняка Солта.
– Пока нисколько, – отмахнулась Поузи.
Это могло означать, что ей нужна вся сумма, но она не хочет сообщать Чарли плохие новости. Уже больше года Поузи зарабатывала на жизнь гаданием на картах Таро по «зуму», что отнюдь не являлось прибыльным занятием. А с тех пор как стала сумеречницей, начала посещать различные мероприятия, хотя раньше могла месяцами не выходить из дома. Социально-эмоциональное здоровье Поузи улучшалось, и это приносило немало облегчения для Чарли, но ее кошелек от этого страдал. В последнее время Поузи, судя по всему, вообще почти не работала.
Даже если новое жилье и правда такое дешевое, как уверяет сестра, Чарли сомневалась, что сможет заработать в «Экстазе» достаточно, чтобы в одиночку стабильно оплачивать аренду. Придется изловить или убить еще очень много Мраков!
– Что с твоим лицом? – спросила Поузи и, принюхавшись, с подозрением протянула: – И почему от тебя пахнет костром?
Чарли перевела взгляд на оживленную тень Поузи, которая, хоть и являлась волшебной, не обладала сознанием. По крайней мере, признаков тому не было. Когда Чарли на нее смотрела, у нее возникало странное чувство, не связанное с тем, что когда-то эта тень была частью ее самой. Иногда ей казалось, что нужно что-то сделать – поговорить со своей бывшей тенью, убедиться, что с той все в порядке, – но не знала, как.
  
Поузи регулярно кормила свою тень. Чарли видела неглубокие порезы на икрах сестры и пачку лезвий из нержавеющей стали на краю ванны, причем бритвы поблизости не было. Чарли не раз замечала, как глубокой ночью сестра изучает старинные книги и снова и снова практикуется в манипуляциях с тенями.