Новый старый 1978-й. Книга десятая (СИ)

— За что Андропов на тебя покушался? — спросила пришедшая в себя Солнышко.
— Пока точно не известно, — ответил я. — Покушались его люди, а он не при делах. Но что это за начальник, если не знает, что творят его подчиненные?
— Тебе это ничем не грозит? — спросила обеспокоенная Наташа, хотя заволновались все четыре моих подруги, так как Маша успела перевести наш разговор и Ди тоже, потому, что мы все неожиданно перешли на русский.
— Это грозит только им. Благодаря мне вчера очередной американский ядерный удар по нашей стране не состоялся. Кто-то после этого посчитал, что я им не нужен, но этот кто-то очень глубоко ошибся. Андропов стал допускать слишком много ошибок. Из-за него месяц назад чуть не погибли ты, я и Брежнев. За это Леонид Ильич должен был сразу после случившегося снять Юрия Владимировича с должности, но, видимо, пожалел. Но я жалеть никого не буду.
— Мы всегда с тобой, — сказала Ди и остальные девчонки её поддержали.
И это сейчас для меня главное. Чтобы мои жёны меня любили и поддерживали. А с остальным я сам, как нибудь, разберусь.
Машина Вольфсона стояла на стоянке аэропорта «Шереметьево», где мы всегда оставляли свою «Волгу», улетая за границу. Я припарковал рядом с его «шестёркой» свой Роллс-Ройс и мы сразу все вышли из машины. Вольфсон, увидев, что это мы приехали на такой шикарной машине, тоже вышел из своей.
— Здравствуйте, Андрей Юрьевич, — приветствовал он сначала меня, а потом моих подруг. — Я и не знал, что у вас теперь новый автомобиль.
— Доброе утро, Александр Самуилович. Только в субботу его доставили в Москву, — соврал я. — Вчера мне даже успели номера сделать.
— Ну, при вашем нынешнем положении, вам и должны были всё сделать очень быстро.
— По поводу Тайланда и переговоров вы всё знаете. Вас в аэропорту встретит представитель нашего посольства и отвезёт в гостиницу Marriott. Там на вас двоих заказаны и оплачены президентские номера. Это было необходимо для поднятия вашего с Наташей статуса. Вот вам три тысячи долларов. За них, как всегда, можете не отчитываться. В десять вечера по местному у вас предварительная встреча с Чалео Йювидья. У него апартаменты в этой же гостинице, так что выходить в город не надо. В идеале мы просто выкупаем у него лицензию на производство его энергетического напитка и всё. Второй вариант — создание совместного предприятия с нашим Центром, но у нас должны быть 51 % акций. Больше пятисот тысяч долларов в уставный фонд не вкладываем. Наташа будет главной в переговорах и станет главой СП. Всё понятно?
— Да, ну и обороты у вас. Но сейчас так и надо действовать.
Мы шли в сторону аэропорта и спокойно беседовали. Я знал, что в Тайланде несколько лет назад начался туристический бум и к нему сразу «присосались» международные и этнические мафиозные группировки. Это и китайские «триады» и японская якудза. А у этих ещё были развиты торговля наркотиками и «живым товаром».
Наташа девушка очень красивая и её бриллиант на шее стоимостью четыре миллиона фунтов может многих соблазнить и заставить пойти на необдуманные поступки. Но мой амулет у неё всегда с собой, да и по её ауре, в случае его утери, я её везде найду, но это займёт больше времени.
Девчонки помогали Наташе нести её вещи, а я выступал в роли сопровождающего, но во главе процессии. Войдя в аэропорт, мы сразу направились в наш любимый зал. И, естественно, нас все узнали. В нашей стране уже у каждого пятого жителя был дома или с собой пластиковый пакет с нашим изображением, поэтому нас узнавали даже дети и пенсионеры. Надо было бейсболки с солнцезащитными очками надеть. Но я думаю, что и в таком шпионском наряде нас бы, всё равно, узнали.
Пришлось приветствовать наших радостных поклонников маханием рук и автографами. Тут уж они со своими фотографиями нашей группы к нам подбегали. Вольфсон с Наташей и Ди стояли в сторонке и наблюдали за этим столпотворением. Надо было наших фанатов сегодня вызвать. Но мы их привыкли брать, когда мы улетаем или прилетаем. А здесь я как-то не подумал, так как мы просто провожали Наташу. Но ничего, справились.
 
Девушки из «Аэрофлота» нам счастливо улыбались. Багажа особо ни у Вольфсона, ни у Наташи не было. Поэтому они быстро прошли таможню и дальше пограничный контроль. Перед этим девчонки попрощались и договорились, что Наташа их будет вечером ждать. Пользуясь своим статусом члена Политбюро, я проводил Вольфсона и свою подругу сначала в «рюмку», а потом до самолета. Ну вот он наш знаменитый Ил-62М. Судя по номеру, это не тот, который я чинил во время аварийной посадки в Гандере.
По дороге я отдал Наташе пять тысяч долларов, которые она убрала к себе в сумочку. Она была спокойна, так как знала, что вечером меня и девчонок снова увидит. Я даже прошёл в самолёт и посмотрел, где расположены их места. Я для них заказал салон первого класса, поэтому мне здесь было всё знакомо. Стюардессы улыбались мне. Ну я же их талисман. И раз талисман на борту, то в полёте всё будет хорошо. Они видели, кого я провожал и теперь Вольфсону и Наташе будут оказаны услуги по самому высшему разряду.
Без автографов и здесь не обошлось. Но тут я достал уже свои фотографии, что очень обрадовало все шесть стюардесс. Целоваться с Наташей мы при всех не стали. Я её просто приобнял по-дружески и она меня прекрасно поняла. Мы с ней уже нацелевались утром и нас вечером ждал незабываемый секс в гостиничном номере Наташи в Бангкоке.
— Амулет держи всегда с собой, — напомнил я ей и это прозвучало как напутствие, на которое Наташа кивнула головой и улыбнулась.
Она посмотрела на меня взглядом очень любящей меня женщины и я ей ответил таким же, полным заботы и нежности. Потом я попрощался с Вольфсоном и спустился по трапу. Иллюминатор, возле которого было наташино место, выходил на эту сторону и я увидел, как она машет мне рукой. Я ей тоже помахал и послал воздушный поцелуй.
Вернувшись в VIP-зал, я забрал осиротевших трёх подруг и мы проследовали на стоянку, где вокруг моей машины собралась стайка ребят пионерского возраста, внимательно разглядывавшая мой Роллс-Ройс. Нас они тоже узнали, ну, кроме Ди, конечно, и стали восторженно шептаться, показывая в нашу сторону руками. Воспитанные дети попались, пальцами в людей не тыкали.
По дороге из Шереметьево зазвонил телефон. На это раз это был Брежнев.
— Привет, Андрей, — поздоровался со мной Генсек.
— Здравствуйте, Леонид Ильич, — ответил я понимая, что он собирается вызвать меня к себе «на ковёр».
— Ты когда освободишься?
— Через два часа.
— Тогда в половине десятого я тебя жду.
— Понял, буду.
Когда я положил трубку, сразу две мои подруги беспокойными голосами спросили:
— Брежнев звонил?
— А кто же ещё. Андропова я послал, а для звонков время ещё раннее. Но Председатель КГБ уже, наверняка, успел ему нажаловаться. А кто может разбирать возникшие трения между членами Политбюро? Правильно, Генеральный секретарь. Придётся телепортироваться к Брежневу и всё ему рассказывать. Ох, плохо будет Андропову после этого.
Мои подруги в высокой политике не разбирались, но интуитивно чувствовали, что всё наладится. Или просто очень этого хотели и верили в меня. Потомок бога я или кто? Перед телепортацией в Кремль мне надо будет собрать Ди и отправить её в замок Лидс. Я думаю, что после того, как её мама увидит на шее дочери скромный бриллиантик в шестьсот карат, она очень захочет познакомиться со мной лично.
Я думая, что она уже много слышала и читала обо мне. Мой голос из радиоприёмников и моё изображение по телевизору она, наверняка, слышала не одну сотню раз.
 
— Ди, — спросил я свою английскую подругу, — твоей маме понравится мой подарок тебе?
— Я думаю, что она будет потрясена твоей щедростью, — ответила она и я видел её улыбающееся лицо в зеркало заднего вида. — Вы, русские, очень отличаетесь этим от нас, прижимистых англичан.
— Да, муж у нас хороший, — подтвердила Маша.
— Да и мы тоже ничего, — добавила Солнышко, приподняв гордо грудь и с вызовом погладив её, а потом засмеялась.