Случайно беременна, или Позволь тебя любить (СИ)

Я дернула головой, выражая полное непонимание. Точнее, я прекрасно осознала, что забыла про таблетки, но при чем тут вчерашний вторник?
— Ты совсем в днях потерялась? — Максим впервые серьезно на меня посмотрел. — Сегодня среда, а у тебя пропуск за вторник. Видишь? — Он как дурочке потыкал мне на обратную сторону блистера, где над буквами «вт» была маленькая таблеточка.
— Надо же, как быстро летит время, — шепнула я, откинувшись на спинку стула и прикрыла глаза. — Этому кошмару уже неделя.
— Не понял.
— Эта таблетка не за вчерашний вторник. А за вторник с той недели. Все! — Максим начал что-то говорить, но я его перебила: — Это не то, что я хочу с тобой обсуждать. Я вообще ничего не хочу с тобой обсуждать.
Я подорвалась со стула, прихватив с собой чашку с кофе, и вылила бодрящий напиток в раковину. Все равно бы в горло не полез. Ведь вчера никто из нас с Русланом не думал о предохранении. По привычке, да и не способны мы были хоть о чем-то думать. Я оперлась ладонями на столешницу и часто-часто задышала, все еще не представляя, в какие последствия все это может вылиться.
— Лия, — за спиной послышался осторожный голос, — ради такого дела я даже могу побыть плечом, ну… если ты хочешь поплакать.
— Не-е-т, спасибо. — Я все же всхлипнула и быстро загнала слезы обратно.
— Если вы вчера… — Макс сделал интонационную паузу, доходчиво намекая на нашу вчерашнюю близость с Русланом. — То есть же экстренная контрацепция. Мало ли…
Экстренная контрацепция? Нет! Нет… Я даже додумать эту мысль не успела, как сразу же ее отмела. И даже не потому, что это жутко вредно для женского организма, а просто потому, что мгновенно уверилась: если у вчерашней ночи появится продолжение, то, значит, так тому и быть. Возможно, где-то глубоко в своих потаенных желаниях я надеялась, что тогда с Русланом у нас все еще наладится. Но пока я была не способна даже самой себе признаться в этих мыслях.
Я просто решила: будь что будет. Да. Именно так. Набрала в грудь побольше воздуха, затем медленно выдохнула и резко развернулась. Максим стоял в двух шагах от меня, и его взгляд, обычно такой наглый и дерзкий, сейчас выражал сочувствие.
— Почему я раньше этого не замечала? — я попыталась сменить тему. Поменять фокус… не думать о таком важном и волнительном, как возможная беременность, в присутствии Макса.
— Чего не замечала? — Сочувственный взгляд сменился ехидным, а темные брови взлетели, как бы намекая мне: ну, давай… говори.
— Того, что ты, кажется, по мальчикам. Ну иначе откуда ты все эти тонкости знаешь? — Я пожала плечами, не отводя взгляд от Максима, парень же смотрел на меня пару секунд, а потом засмеялся, как самый настоящий конь.
— У меня четыре сестры, Лия. Две старшие и две младшие. И мать, которая после смерти отца так и не вышла замуж. Так что я знаю многое из всех этих ваших штучек. Очень многое. — Он качнул головой и вернулся обратно к обеденному столу, на котором сейчас была разбросана моя косметика.
Мы сняли с ним семь коротких смешных видео, три из которых попали в рекомендуемое. И несмотря на то, что все было снято в нашей с Русланом квартире, бывший муж так и не объявился. Может, не видел, а может, ему было все равно и всю ту ревность я себе надумала. А ровно через две недели, даже не дожидаясь возможной задержки, я сделала тест. Пока смотрела на мигающие песочные часики на экранчике, я пыталась разобраться сама в себе и понять, какого результата действительно ждала и хотела. Эта задача была непосильной для меня, потому что, когда на экране появился значок «+», я заплакала, съехала спиной по кафельной стене ванной комнаты и накрыла лицо ладонями. Я улыбалась сквозь слезы, испытывая одновременно диаметральные друг другу чувства: горечь и счастье, тревогу и умиротворение, отчаяние и надежду.
  
Глава 7
 
В этот день я опять прогуляла пары, понимая, что если так и будет продолжаться еще какое-то время, то эти прогулы войдут в привычку.
Хотя о какой привычке речь? Мне же придется уходить в академ.
 
Я вышла на свою любимую террасу, опустилась в плетеное кресло и уставилась ничего не видящим взглядом на панорамный вид. Нужно было решить, что делать дальше. Мыслей, кроме как рассказать о беременности Руслану, не было больше никаких.
Я несмело приложила ладонь к животу и разблокировала телефон, нашла номер бывшего мужа, но так и не решилась сделать вызов.
— Че-е-ерт, — надсадно протянула я и, подскочив с кресла, заметалась по террасе, словно, если буду ходить из стороны в сторону, мой мыслительный процесс станет лучше.
Наверное, нужно сначала провериться. Сходить к гинекологу, сделать УЗИ или что там в таких случаях делают. В клинику Олега, где я проходила все медосмотры и обследования последние два года, я даже не думала идти. Отмела эту мысль сразу, сама не понимая почему.
Позвонила маме и попросила у нее помощи. Должны же были у нее остаться контакты коллег. Так и было, мама не на шутку разволновалась и, скинув вызов, через пару минут мне перезвонила.
— Доча, Станиславовну помнишь?
— Тетю Олю? Конечно.
— Она сейчас работает в одной из частных клиник, она как раз врач функциональной диагностики. В общем, я уже договорилась, она сегодня тебя посмотрит, не занося никуда твои документы.
— Мам, — я усмехнулась, но в груди неожиданно потеплело, — к чему вся эта конспирация?
— А почему тогда ты не идешь в клинику к своему деверю? Точнее, бывшему деверю, — слегка ехидно спросила мама. Я же лишь пожала плечами, на этот вопрос у меня не было ответа.
Через два часа я угодила в крепкие объятия маминой подруги.
— Как родители? — заботливо спросила тетя Оля. — Все никак к ним в гости не выберусь?
— Мама наконец-то устроилась в местную больницу и очень довольна, что опять занимается любимым делом.
— А отец?
— Папа поправляет свое здоровье, — я натянуто улыбнулась. Все же эта тема была тяжелой.
— Все понятно с вами. Ладно, давай до пояса раздевайся и ложись.
Я благодарно ей кивнула за то, что она ничего не спросила про мою ситуацию, мне нечего было бы ей ответить.
На большом экране, висящем под потолком, появилось черно-белое изображение, но ничего похожего на детей или зародышей я там не заметила. Пока тетя Оля, что-то хмуро рассматривала, я успела расстроиться. Да, именно так. Потому что только в этот момент по-настоящему поняла: я была рада беременности. И тут Станиславовна заговорила, выбивая из моих легких любые остатки кислорода.
— В полости матки визуализируется одно плодное яйцо размером две целых семь десятых миллиметра, что соответствует двум неделям беременности от зачатия.
Как же хорошо, что я лежала, перед глазами все поплыло от нахлынувшего на меня счастья. Господи. Я все же была беременна. Нашим с Русланом малышом. Но как же…
— А почему не слышно его сердечка? — шепнула я, во рту неожиданно пересохло.
— По акушерским срокам у тебя четыре недельки, — рассмеялась мамина подруга, — это еще очень маленький срок, сама понимаешь. Потому и сердечко не прослушивается. Обязательно нужно УЗИ в динамике, чтобы посмотреть, развивается плод или нет. Ну или подождать чуть-чуть, — тетя Оля улыбнулась мне, а я никак не могла набраться сил и подняться с кушетки.
— Тебе выписка нужна? Я твои данные даже вбивать не стала. Мама за тебя очень волнуется.
— Пустое. — Я взмахнула ладонью и все же медленно поднялась. Перед глазами больше не плыло, но состояние какой-то легкости и воздушности не покидало меня.
 — Спасибо вам. Бумажки мне никакие не нужны. Для начала надо решить, где вставать на учет. — Я спустила задранную юбку и потянулась к стулу, на котором оставила колготки и нижнее белье.
 
— А тебе еще даже на учет рано, в государственных больницах вообще с десятой недели берут, так что… — Станиславовна развела руками и подмигнула мне.
Выйдя из клиники, я села в машину и сама не заметила, как доехала до офиса Вострова. Постучала пальцами по рулю и вывернула на ближайшую стоянку. На подземный паркинг специально заезжать не стала: Руслану бы сообщили.