Королевство Изгнанных (ЛП)

— Я. Не. Возьму. Тебя.
Символ на её руке вспыхнул розовым свечением, и чернильные корни протянулись к кончикам пальцев.
Я легко скользнул в тень и возник позади нёе. Обхватив пальцами её запястье, я мягко надавил и склонил рот к её уху. Дразнящая смесь ванили и сирени заполнила мой нос.
— Подумай дважды, прежде чем сделаешь то, о чём потом пожалеешь.
Мурашки побежали по её шее, и она совершенно замерла рядом мной. Её пульс бился под моими пальцами. Такое хрупкое создание, и всё же в её позе была сила. Решительность и твёрдость, которые приходят, когда сражаешься с ужасными трудностями и каким-то образом выходишь из этого живым.
— У меня есть ещё одна... просьба.
— А?
Я отпустил её, но не сдвинулся с места. Её взгляд метнулся к моей шее, задержавшись на воротнике моей туники. Неужели она хотела меня задушить? Расплата за то, что я сделал с ней? В её глазах была напряжённость, которую я не мог определить. Как будто она размышляла, но не могла прийти к твёрдому заключению.
Наконец она сразу покачала головой.
— Неважно.
Прежде чем я смог копнуть глубже, грохот двойных дверей, ударившихся о каменную кладку, разнёсся по пустым коридорам. Клубящаяся тьма пронеслась по комнате, и появились Эмилия и Озиас. Лина отскочила на несколько дюймов назад, врезавшись в меня, а затем снова попятилась прочь за пределы моей досягаемости.
Тяжело вздымая грудь, Эмилия заговорила первой:
— Извини за задержку, он ушёл дальше, чем ожидалось.
— Всё в порядке, Эмилия. Пожалуйста, вернись на свой пост.
Она погрузилась в волну теней, возвращаясь на свою смотровую площадку у высоких деревьев Китского леса. Она останется там, пока не закончится её смена, на посту её тут же сменит другой страж. Члены Круора могли без особых усилий найти путь к нашему укрытому саваном дому, но всё же существовала вероятность, что незваные гости могли пройти через проклятый лес и найти нас. А у нас было много врагов.
Выпрямившись, Озиас сжал кулаки размером с молот по бокам.
— Это она?
— Полегче, здоровяк, — Калем подошёл к нему и положил руку на плечо. — Нок с этим разобрался.
Взгляд тёмно-карих глаз перескочил с Лины на меня, и тяжёлые складки на лбу Озиаса разгладились. Расслабив руки, он провёл ими по своей пропитанной потом рабочей рубашке.
— Эмилия ввела меня в курс дела. Я должен был быть здесь, но рекруты...
— Понимаю.
Мы воспитывали только тех, без кого не могли жить. Умершие близкие. Закадычные друзья. Не все были преступниками до трансформации, а это означало, что наша деятельность и полномочия, которые мы использовали для её осуществления, некоторым были трудны для восприятия.
— Дай им время. А пока познакомься с Линой. Она будет снабжать нас тварями.
Густые брови Озиаса взметнули к коротко остриженным волосам. Лина отрывисто кивнула ему, сделав маленький шажок назад. Доминируя в присутствии, его неуклюжая фигура затмевала каждого убийцу в Круоре, и всё же он был наименьшей из забот Лины в моих стенах.
Лицо Коста всплыло на поверхность моих мыслей. Он захочет убить её из принципа. Пора сделать эту сделку официальной.
— Как только у нас будут все четыре твари, я проявлю щедрость. А до тех пор ты останешься с нами.
— И под щедростью ты подразумеваешь отказ от исполнения приговора, верно?
Умная женщина. Если она никогда раньше с нами не сталкивалась, значит, вероятней всего, не знала о магии, приписанной к гонорару за её голову. И всё же, она критически оценила мои слова буквально в мгновение ока. Её инстинкт самосохранения был восхитителен. Жаль, что она не одна из нас.
Изобразив пренебрежение, я направился к выходу из комнаты.
— Выполни свою часть сделки, и я могу заверить тебя, что ни один из моих людей не придёт за твоей головой.
Один из моих людей — нет. Я? Это совсем другое дело. На этот раз она не смогла уловить смысл сказанного, но всё решила пригрозить мне.
— Тебе следует знать, — предупредила Лина, — что все твари подчиняются Закону Заклинателя. То есть, если ты или кто-то из твоих убийц причинит любого рода вред тварям, которых я тебе дам, мне будет позволено убить тебя.
 
Я остановился и оглянулся на неё. Жар в свирепых глазах Лины был теплее огня, но на моём лице появилась ленивая улыбка.
— Я с нетерпением жду тот день, когда это произойдёт.
Бледно-розовый гнев окрасил её щёки.
— Я хочу, чтобы наша сделка была оформлена в письменном виде. Не какое-то устное соглашение, которое нельзя использовать в качестве доказательства.
Я вскинул бровь. Устные, рукописные, подписанные самим королём — это не имело значения. Магию клятвы Круора невозможно было остановить.
— Хорошо. Хотя это не помешает кому-то вне моей гильдии преследовать тебя.
— Если это случится, я с этим разберусь, — она поигрывала отворотами своего чёрного жакета. — Нам нужно немедленно выходить.
— Послезавтра, — я проигнорировал её явное разочарование. — Нам нужно время на подготовку.
— Отправь меня куда-нибудь на пляж! — Калем пританцовывал на месте, бросая усмешку в сторону Лины. — Захватила с собой какую-нибудь купальную одежду?
Она нахмурилась.
— Держи своё воображение при себе.
Я повернулся к своему третьему помощнику.
— Озиас.
— Да?
— Покажи Лине её комнату. В восточном крыле.
Она замерла.
— Подожди. Откуда мне знать, что ты не придёшь за мной ночью?
Калем не смог удержаться.
— Если я приду за тобой посреди ночи, обещаю, ты не пожалеешь.
Лина заартачилась, и я подавил стон. Следить за чередой увлечений Калема никогда раньше не было проблемой, но я надеялся, что на этот раз он будет умнее. Он не мог упустить из виду то, что случилось с Костом, каким бы искушением ни была эта свирепая Заклинательница.
Прочистив горло, я хмуро посмотрел на Калема.
— Иди, собирай вещи.
— Да, конечно, — он развернулся и побежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, насвистывая всю дорогу.
— Никто не убьёт тебя, пока ты остаешься в моём доме. Это приказ для всех моих братьев, и ты можешь быть уверена, что они послушают. А теперь, Озиас, пожалуйста, отведи Лину в её комнату.
Дрожь страха снова пробежала по телу Лины, но она с вызовом вздёрнула подбородок и последовала за Озиасом, ни разу не обернувшись.
Чересчур для той, кто пытается выжить. Она должна была смотреть в оба весь путь до комнаты. Она не могла знать, что я сдержу своё обещание. И всё же в её уверенной походке было что-то особенное. То, как она высоко держала голову.
Когда они исчезли, я поднялся по лестнице и свернул налево, направляясь к западному крылу, решив проверить, как там Кост. Прижав ладони к потёртому дереву, я толкнул двойные двери, даже не взглянув на бронзовую табличку с надписью "Медицинский кабинет". Резкий запах хлорки и лимона ударил мне в нос.
Кост сидел без рубашки на больничной койке, перчатки и рваная туника валялись на простынях рядом с ним. Наволочка подушки была чистой. Санитара не было, но рядом с Костом стоял серебряный поднос, до краёв наполненный иголками и нитками. Не то чтобы его нужно было зашивать. Его кожа сама затянется в течение часа.
Он пригвоздил меня напряжённым взглядом, как только я вошёл.
— Мне очень жаль. Я недооценил её.
Я тихо выдохнул и уселся на стол у двери. Пергамент хрустнул под моим весом.
— Надеюсь, мы не допустим снова такой оплошности.
Кост напрягся.
— Что ты имеешь в виду?
— Я заключил с ней сделку.
Он медленно встал, гнев пробирался сквозь мускулы его предплечий.
— Ты же знаешь, что я не стану подвергать сомнению твоё решение.
 
— Хорошо. Потому что она обменяла тварей, чтобы снять награду за её голову.
Руки Коста обмякли, а брови опустились к оправе очков.
— Она знает о клятве?
Я пожал плечами.
— Нет. Разве это имеет значение?