Падение "ангелов" (СИ)

Данте вынул пистолет, который от усталости руки стал трудно удерживаемым, и открыл беспорядочный огонь, скашивая приближающихся врагов и каждый выстрел оставляет лежать в каменно-пыльном ложе врага, несмотря на то, что мушка пляшет в его руках, как сумасшедшая. Капитан на мгновение подумал о владельцу разбитого судна, но его мысли рассеялись, когда завыл в унисон «заговорившие» стволы русских, которые единым огнём заменили стену заградительного пулемётного огня. Мятежники усилили давление и теперь всё пространство перед имперацами занято врагами.
Внезапно в сторону вертолётов противника с севера устремилась целая линия ракет и пуль, шум лопастей наполнил поле боя и над защитниками пролетела авиация союзника — длинные вытянутые машины с красно-белым флагов, ставшим фоном для орла.
Радость Данте не знала предела, когда вертолёты сцепились насмерть с противником, устраняя угрозу с небес и отгоняя пехоту. Один вертолёт, другой, более широкий и просторный стал снижаться, пока не сел вблизи их рубежей. Для Данте этот день и бой закончился, когда из его рации полились словно мёд, слова:
— Сердолик-1, тащите в вертушки свои тушки, живо! У нас топлива очень мало!
  
Глава 15. Дела Коринфа
 
Глава 15. Дела Коринфа
Девятнадцать часов вечера этого же дня.
— Держать оборону! Стоять насмерть! — был отдан приказ человека в техно-броне, на котором развивается чёрная мантия. — Не бойтесь, утро будет за нами!
Посреди широкой улицы, к югу от площади «пустоши», громыхает пламя битвы, ревёт огонь и визжат пули. Только на этот раз нет ни укрытий, ни баррикад, ничего, чтобы могло укрыть, кроме фонарных столбов, лавок и выступов зданий.
— Брат, неужто ты пойдёшь против нас… мы же твоя семья, — раздалось в устройстве со внутренней стороне шлема.
— Вы — еретики и предатели. Нет вам места в этом мире!
С юга наступают сепаратисты — смешанный отряд из легионеров с тяжёлым вооружением, и воины ордена из Чёрных судей. Рассеянными группами они медленно подходят к позициям лоялистов под прикрытием смертоносных насыщенных ярко-красных лучей энерго-пушек, которые несут роботы.
Высокая фигура скрылась в невидимости, используя остатки заряда своего плаща и облекаясь в саван мнимой пустоты. Сквозь вихрь боя, штор пуль и рокот снарядов существо плоти и металла преодолело огневой рубеж противника и максимально сблизилось с четырьмя легионерами, устроившими энергетическое заграждение. Ему нужно только оказаться за спинами врагов, чтобы решить их судьбу. В его руке сверкнули два металлических объекта, что зазвенели об асфальт, когда упали под ноги роботом. Взрыв скрыл нижнюю часть мех-существ под огнём, дымом и столпом вырванной асфальтовой крошки, заткнув бесперебойный огонь тяжёлых орудий. Две твари, находившиеся дальше всех от гранат, всё ещё функционируют, но и их бытие окончено точным выстрелом в головы из короткого пистолета, выдавшего шесть лучей с ужасающей скоростью.
— Что же за…, - взревел командир вражеской группы, когда огонь прекратился, и выпустил из увесистого автомата разрывную очередь по лоялистам, отправив трёх человек в форме полиции на вечный покой, уложив из у высокого здания. — Уничтожьте этих собак, скорее!
Лишившись мощного прикрытия, сепаратисты остановили продвижение, встав посреди прожжённых мертвецов, лежащих подле того, что с натяжкой можно назвать укрытиями. Звонкий трезвон затвора и пулемётов лоялистов открыл огонь, скосив трёх легионеров, и ещё полсотни орудий присоединились к общему хору. Им ответом стало стрекотание семидесяти пистолетов-пулемётов легионеров и двух громыхание десятков автоматов «Судей», которые буквально рвут защиту. Андронник кибер-глазами разглядел, как неопытные бойцы, ополчение Рейха теряет людей — их решетят и рвут, окропляя местность алым, кучным огнём.
Десять бойцов из Разбитых щитов сконцентрировали огонь на «Судьях» и двое врагов с пробитыми панцирями рухнули на землю, но их место заняли бойцы легиона.
 
Андронник только приготовился к бою и поднял пистолет, как сзади него послышались шаги. Он обернулся и увидел, что посреди разрушенной улицы приближается сотня багровых фигур и на каждом архаичная по стилистике броня. Все они несут карабины, отсвечивающие серебром и впереди них ступает мужчина, на шлеме которого прекрасный алый гребень. Киберарий, просчитав возможностью к выживанию — смирился, сейчас он умрёт и последней попыткой он поднимает пистолет, нажимая на курок. Батарейка кончилась.
Тем временем странные воины подняли карабины и по указанию командира открыли огонь в сторону Андронника, который уже приготовился ощутить их своей грудью. Он не чувствует страха, только облегчение грядущего освобождения от всех болей и душевного пламени, а также его терзает слабое разочарование, от того, что он не смог забрать побольше врагов с собой. Но они пролетели мимо, оставляя дымные следы, все до единого и угодили в спина и груди легионеров, их покрытия разлетелись, провода вывалились из дыр. Роботы стали падать один за другим, умирали и погибали, усеивая собой асфальт.
— Мы не ждали нашего прибытия, не так ли? — вопрос раздался из решётки шлема у воина с роскошным гребнем.
— Вы, господин Доуху Рэ? — неуверенно спросил Андронник, чувствуя, как его тело наполняется уверенностью от выброса адреналина.
— Да, Андронник. Вижу, что даже твою металлическую душу я привёл в удивление? Что ж, я бы и сам удивился.
— Вы всё-таки заглянули в архивы, и это не может не быть полезным, — Андронник выдал спутанные мысли. — Это…
— Ладно, потом поговорим, — Доуху поднял карабин и пошёл в атаку вместе со своими воинами. — Вперёд Венецианцы, наступаем!
Пехотинцы стали наступать плотной группой — их броне нет дела до стрекотаний мелкого калибра орудий легионеров, и она покрылась фонтаном искр и мелких трещин. «Судьи» как-то попытались ответить кучным огнём, но им в спины снова ударила пулемётная очередь и они оказались зажатыми между молотом и наковальней.
Число легионеров стремительно приближалось к нулю, они распылались и «умирали». Воздух наполнился ароматом плавленого металла и горелых проводов, насытился роем разрывных пуль.
— Сдаюсь! Сдаюсь! — раздался истошный рёв, когда последн6ие легионеры распылались на части.
— Взять их! — отдал приказ Андронник.
В живых осталось двое сепаратистов из «судей», стоящих посреди обломков роботов и остывающих тел собратьев. Их немедленно повязали, отобрав оружие и разэкипировали, сорвав шлемы и системы энергопитания для брони. Теперь они вынуждены тяжело волочить ноги, чтобы преодолеть вес костюма.
— Предатели! — вырвалось грубым гласом из решётки шлема и поднял оружие «Судья» от лоялистов, когда увидел, как на поле боя вышли венецианцы, а вместе с ним автоматы вздели все сторонники Рейха.
Гвардейцы даже не ответили, лишь изредка переглядываясь между собой. Установилась напряжённая тишина, и только с тихим ветром доносились звуки далёкой пальбы и взрывы.
— Опустить оружие! — скомандовал Андронник. — Они за нас.
— Точнее сказать, мы против сепаратистов, — вмешался Доуху, встав рядом с киберариями перед венецианцами.
— Что?! Я видел, как они мочили наших! — выкрикнул кто-то из ополченцев Рейха. — Троих наших порешили.
— Ну, тогда мы были в заблуждении, — без хохмы, сдавленно говорит Доуху. — Прошу простить, но выполняли ложные приказы.
— Кто виноват и, кто прав, потом решим Имперский Трибунал, поскольку на него возложены эти полномочия и решения о вине или невиновности — его юрисдикция, — слово взял Андронник. — А сейчас нам нужно вернуться к войне, — киберарий обратился к «Судье». — Свяжитесь нашими во дворце. Они должны были вроде пригнать пару САУ. Если так, то мне нужен будет контакт с артиллеристами.
 
После сказанного, Андронник дёрнул Доуху в сторону, и они отошли в сторону, чтобы их разговор оказался в тени.
— Ты как?
— Всё в порядке, теперь я знаю кого необходимо карать… и не только за смерть Жака. Они мне лгали, они использовали меня в своих чёрных целях. На моих руках — кровь невинных, — гневно стал говорить герцог. — Они использовали моего сына, как затравку, использовали, как вещь.