Секретарь Королевского Отбора (СИ)

И пока она кричала куда-то в пустоту, о том, что Эйтан обязан узнать, кто я, что он не должен любить монстра, я вскочила на ноги, призвала силу, настроилась на нужный переход, вспорола магией реальность…
И поняла, что портал не открылся.
И что Анниэла молчит. И ламии молчат.
Гробовая тишина и могильный холод — вот что было вокруг меня.
— Я догадывалась, что ты попытаешься сбежать, — слова Эли посыпались ледяной крошкой. — Поэтому приказала големам привести тебя сюда.
Я судорожно сглотнула, но магию гасить не стала. Она так и искрилась огнями на кончиках моих пальцев.
— Сюда — это куда?
— К ламиям. В прекрасное место, где кронпринц в тайне ото всех, как он думает, связывается со своими союзниками нагами. Я, правда, согнала сюда с гор еще пару десятков тварей. Или больше… Знаешь, я не считала. Но зато твоя смерть здесь, среди твоих же сородичей, теперь точно привлечет столько внимания, что Адану придется повременить со своими планами. А там, глядишь, Отбор закончится. И никто ничего не сможет сделать.
— А кто что хочет сделать?
— Да никто! — снова закричала она, и я поняла, что у нее начался новый приступ. — Они все что-то пытаются! И чего-то хотят! Король — жить вечно. Королева — быть любимой. Адан — власти. Ронар — убить Аттора. Аттор… Неожиданно, но, кажется, он тоже хочет тебя. Как и Эйтан, да! Но нет! Я бы оставила тебя в живых, если бы ты освободила Эйтана от себя. Чтобы он перестал считать, что объявленная мертвой Бетти — чистая нимфа! Он должен! Должен был узнать о тебе правду! Но Сератина сказала, что это невозможно. Что такие, как ты — привязывают навсегда!
— Сератина? — услышав это, я чуть не упала обратно на камень. А она здесь при чем?
— Да… Одна очень хорошая женщина. Кстати, твоя родственница. Не слышала про такую? Конечно, не слышала! Твои родители терпеть не могли всех, кто не разделял их убеждений! А она ведь выследила сперва их. Затем — тебя. Забрала у тебя Алихайл. Спасла из твоих лап, чудовище! Чтобы ты не успела сделать из сестры такого же монстра!
Неужели сумасшествие заразно, и я только что заразилась от нее? Или нет? Или… Этого не может быть!
Не может! Или…
— И что она? Сератина? Что она сделала еще? — срывающимся голосом спросила я.
— Многое, — Анниэла как-то неожиданно подошла совсем близко, почти вплотную. Ее перекошенное от гнева лицо было бледным, а по лбу струился пот. — Она сказала мне, что ты будешь здесь. Что на тебе все еще висит та самая метка! И все, что было нужно, это просто отдать тебя герцогу! И я отдала! Отдала! Отдала!!! А ты! Аты… Какты всех обманула? Куда ты дела метку? Ведь она есть на ауре! Я видела след! А это? — она резко дернула меня за правую руку, впиваясь злым взглядом в белую руку. — Откуда она у тебя? Чудовища не могу быть невестами принцев!
Вот эржи! Как же все плохо!
Это все не укладывалось в моей голове.
И в шансы на спасение я уже не верила… Кому меня спасать? И как?
Анниэла откинула мою руку, как нечто мерзкое. Снова будто совладала с собой. Снова стала живым истуканом.
И продолжила добивать меня своей правдой, бросая ее мне в лицо, как камни:
— Ты стала невестой. Неприкосновенной. И нужно было что-то решать. Распорядители хотели выставить тебя посмешищем. И я решила этим воспользоваться. Граф Лэ Ррек пришелся весьма кстати. Он как-то пошутил, что положил глаз на твою попу раньше Камня Выбора. Шутка разошлась по дворцу. И все, что было нужно, немного помочь ему пошутить до конца. Сератина дала зелье подчинения. А мои ментальные чары… Как видишь, они достаточно сильны, — она обвела зал с пока вновь молчащими ламиями рукой. — И вот он уже сходит с ума, готовый взять тебя прямо на балу. Но… Но ему помешали.
— И ты убила его? — тихо спросила я, кажется, отказываясь верить во все услышанное.
— Что? За кого ты меня принимаешь? За убийцу? — Анниэла сделала шаг вперед и оказалась так близко, что даже дыхание у нас стало общее. Ее глаза лихорадочно блестели, и зрачки словно подрагивали. — Нет! Я не убийца. Я не убивала его. Я не знаю, кто повесил этого придурка! Но, догадываюсь, что он заслужил.
 
— А Тэрэсс?
Эль диковато улыбнулась. Сделала шаг назад и пошла гулять по кругу около меня, время от времени бросая странные взгляды.
— Его нашла Сератина. Сказала, ты очень дорожишь им. С ним пришлось повозиться. Големов взять под контроль. Открыть портал в твой дом… Почему он не справился? Ты ведь спала. Я видела: когда уходила, что ты спала, а он — желал тебя. М? Так почему?
— Случайность.
— Случайность? Такая же, как появление Аттора там? Признайся, ты просто околдовала этого выскочку-бастарда. Тебе нравятся поклонники королевской крови, да?
— Мне все равно.
— Ну, конечно.
Она остановилась где-то за моей спиной. И добавила:
— Ты ведь чудовище. Таким, как ты, все равно. И таким, как ты, среди нас не место.
Я расправила плечи, понимая, что сейчас будет. Задвинула нахлынувший животный страх как можно глубже. Собралась с силами, готовясь ударить магией.
И все равно ее последние слова прозвучали неожиданно.
— И такие, как ты, должны умереть.
***
Все произошло быстро и как-то одновременно.
За спиной вдруг возник воздушный вихрь. Он придавил меня к земле, не давая создать такой же.
Что ж, я не зря ждала от Эль еще один прощальный подлый удар.
Сама она между тем взмыла вверх, покрываясь золотыми искрами и снова становясь невидимкой. Улетела? Осталась наблюдать?
Плевать!
A монстры с диким гвалтом ринулись на меня. Все. До единого.
Сделала простое круговое движение руками — самые простые чары, самые эффективные. Вокруг меня сразу же возникла воздушная сфера защиты. Еще один пас — стена воздуха сорвалась и ушла вперед, опрокидывая ближайших тварей навзничь, швыряя их под следующие ряды. Но это не опасно для них. Лишь небольшая сумятица — и море чудовищ вновь накатывает скалящимися и шипящими волнами.
Сейчас я умру.
Ужасная, но честная мысль. Но я отказалась верить в нее. И, сложив пальцы рук знаком огня, вызвала стену из красного пламени. Огонь покорно унесся вперед, цепляя по пути несколько ламий.
Но эти монстры были способны противостоять драконам. И нужно было куда больше пламени, чтобы хотя бы подпалить их. И я пробовала еще и еще. Кидалась стрелами и стенами. Запускала вихри. Чередовала воздух и огонь. Не обращала никакого внимания на дым, шум, боль, усталость…
Сейчас я все-таки умру.
Это было очевидно.
Даже тогда, когда я была в горящем доме рядом с Тэрэссом, я не чувствовала приближение смерти. Сейчас же смерть была всюду. Она не знала жалости, усталости и числа. Она визжала от моих чар и налетала снова и снова, спеша разорвать, растерзать, убить…
Хватит ли мне сил, чтобы отбиться от них?
Нет.
Сейчас я умру…
Умру, оставив сестру с тварью, которая что-то сделала с моей подругой и моей семьей. А может, и со мной. А может, и с Хейли…
Ярость, первобытная звериная ярость накрыла меня.
Убить! Убить как можно больше тварей, посмевших оспорить! Посягнуть! Бросить мне вызов!
Убить!
Как они могли?
Я уже не замечала, что колдовала. Я давно отказалась от любых чар. Чистая магия — сырая: голая, простая, потоком хлестала из меня, чтобы дотянуться до каждой твари.
Потому что сейчас я умру… А я очень не хотела умирать!
— Р-рас-слишас-с! — раздалось вдруг над головами. — Р-рас-слишас-с!
И ламии замерли. Сразу же.
И я замерла, вдруг почувствовав на себе мощь этого голоса. Ощутила, но не подчинилась.
 
— Р-рас-слишас-с! — крикнул кто-то в третий раз.
И я обернулась на крик.
Кто-то еще хотел меня убить? Кто-то еще желал мне смерти?
***
Аттор
Аттор понял, что они и здесь опоздали, когда не нашел в домике ни Бетти, ни големов. Но это — его личные големы. И поисковые чары сразу же обнаружили нужные маяки.