Карта, мобы, два скилла (СИ)

Да ещё косится на наш сундучок, который покачивался под мышкой у Бобра.
— Смею заметить, Георгий, — вдруг протянул Анатолий, — что одно занятие по исцелению стоит три золотых. По крайней мере, так было в те времена, когда учился мой отец.
Все посмотрели на Лекаря, и Кент недовольно поджал губы.
Самое обидное будет, если в мире магов эта монета — жалкая копейка, из-за которой сейчас весь сыр-бор. Впрочем, стал бы он из-за такой мелочи разводить эту сцену?
— Гончар, только не глупи, — Блонди внимательно смотрела на меня.
— А куда ты деваешь ту алхимию, которую варишь? — вдруг спросил я.
Кент удивился.
— Э-э-э… Да никуда. Ну… Выливаю, раздаю там… Да кому она нужна?
— Всё, чему ты научишься, будешь отдавать нам, окей?
— А ю крейзи?!
— Очень, очень поспешное решение, — прошептал Лекарь.
— Ха, ремесля, — Кент аж хлопнул себя по бедру, — Ты серьёзно? Там же потом будут такие зелья, что вам тысячу таких сатиров надо будет…
— Весь этот год обучения! — оборвал я его, — Один. Этот. Год.
Кент прищурился.
— То есть, ты реально… Не, постой. Погоди.
Я открыл поясной кошелёк.
— Ладно, — персик поспешно махнул, — Ладно. Приходите ко мне за нубской алхимией, у меня всегда чего-нибудь есть.
Я щёлкнул пальцем, красиво посылая монетку. Кент поймал её, довольный, и быстро спрятал в свой кошелёк.
— Гончар, — Лана смотрела, округлив глаза, — Ты отдал наши деньги.
— Так, — я вздохнул, задержав дыхание, — Мы ещё набьём, ты понимаешь?
— Верно говоришь, братуха.
— Итс вери бэд, — процедила Блонди, — Ты должен думать о группе!
— Тут я полностью согласен, — сказал Толя, — Ещё два золотых, и я бы пошёл на занятия целителей. Ведь группе очень нужен хилер.
— Варежку свою клоуз и больше не оупен! — рявкнула Блонди, показывая маникюр, — У меня будут когти, я собираюсь стать самой крутой друидкой во всём мире.
— Самой крутой? — спросила Биби, — Во всём мире?
— Йес.
Толя с Ланой стали препираться, а Кент подошёл поближе и, усмехнувшись сказал:
— А ведь ты не так прост, Гончар, да?
Я пожал плечами. Сработала простая логическая цепочка: Кенту эта монета нужнее, чем нам; ректор почему-то обратился именно к нему за помощью; у моей группы теперь какие-никакие, но связи.
Смешные, конечно, связи… Но сейчас начнётся учебный год, и Кент станет третьекурсником. И если у него получится афера с алхимом, он нас не забудет.
Мы не дадим забыть.
— Братуха, скилл, — Бобр похлопал меня по плечу.
Час Икс настал…
* * *
Мы поднимались к стенам Баттонскилла. Портал остался позади, огонёк магии затухал в закатных сумерках.
Гоблин-трудяга, которого мы разбудили своим появлением, ещё долго нас ругал, потрясая кисточкой: «Как вас столько влезло, на, до хрена! Потом порталам хана, не работают, на!»
— Это очень круто, ремесля, — Кент похлопывал меня по плечу, — Мы с тобой таких дел намутим!
Мрачный, как туча, я кивал ему. Ну, конечно, намутим. Вон, я уже приметил на склоне местечко под огород.
Не, ну а что, красота! Прямо возле портала.
Моя группа в бой пойдёт, а я с корзинкой на тропинке стою, провожаю: «Вот, морковки тут вам собрал, помидорок магических».
Бобру, чтобы танковать, держать удары от монстров, витамины нужны. Я ему шпинат буду выращивать.
Блонди наверняка маски косметические делает. И тут я помогу, конечно. Я ей огурчики буду выращивать омолаживающие.
А где у нас тут яблони-то молодильные растут? Надо к садовнику туда наведаться, будет о чём поговорить. Коллега, так сказать…
Моя группа отлично видела моё состояние. Блонди ещё там, в Греции, высказала всё насчёт монеты, а Биби с Бобром особо не возражали, полагаясь на моё решение.
Анатолий же счёл не лишним сказать:
— Борис, я был не прав. Звание деревни почётно переходит к достойному кандидату.
Я хмуро посмотрел на него. А барду нашему что-нибудь для связок буду выращивать. Гречку! Полный рот гречки ему напихаю.
Толя вздохнул. Шутка оказалась неудачной.
Кент только покачал головой, глянув на моих тиммейтов, и снова сказал мне:
 
— Не, чувак, ты сейчас ведёшь себя как нуб. Помнишь, что я тебе говорил?
Мы как раз подошли к открытым воротам. В проёме парила эльфийка — она томно улыбалась, глядя на нас. Ветерок полоскал на ветру её откровенный наряд, но сейчас меня это только бесило.
Оказавшись во дворе и глядя на громаду замка впереди, я спросил:
— Куда нам идти, покажешь?
Персик вздохнул:
— Ясно, не помнишь, что я говорил. Скиллы надо бы Дворфичу отдать, там он что-то сделать должен.
Я кивнул, понимая, что всё, пути назад нет. С настроением, как говорится, полный пипец.
Моя рука уже затекла, держась за поясной кошель, где лежал мой скилл.
«Сбор семян».
Злой рок, насмешка судьбы. Дамоклов меч… блин, нет… дамоклова тяпка сорвалась и заехала по темечку, окончательно объявив — твой путь лежит в огород, Гончар.
— Эй, Кешка! — послышался голос.
Худой долговязый парень шёл к нам, махая рукой.
— А, блин! — Кент сразу вжал плечи, пытаясь спрятаться за нас, — Это же Тотем…
Он с беспокойством схватился за кошелёк.
— Тотем? — спросила Блонди, — Ху из ит?
— Лидер моей группы, — на Кента было жалко смотреть, его пальцы аж побелели, стискивая кошелёк, — Наш духовник.
Я скривился, понимая, что времени для депрессии нет.
— Духовник? — оживился Лекарь, — Он целителем будет?
— Нет, в шаманы метит.
Нашего персика надо было спасать. Насколько я понял, его сегодняшний поход был одним из самых успешных.
— Будешь должен, Кент.
Он удивлённо посмотрел на меня, а я, потянув Бобра за плечо, побежал навстречу игроку. Остальные на миг застыли, а потом неуверенно двинулись за нами.
— Вери кул просто, — недовольно пробурчала Блонди, держась позади, — Мы ему ещё помогать должны?!
— Ни фига себе! — закричал я на ходу, — Это духовник!
Хотя я даже не представлял, что ещё за «духовник», но сценку надо было разыграть.
— Э, братан, — Бобр, к счастью, ловил всё на лету, и застыл прямо передо Тотемом, — Ты реально персик?
— Осенью буду игорьком уже, — нахмурился долговязый.
Тот хотел от нас отмахнуться. Он тянул голову, выглядывая своего Кента, но из-за рослого здоровяка Бори ему приходилось встать на цыпочки.
— Кешка, мать твою!
— Настоящий шаман? — послышалось от Айбиби.
— А вот я бы советовал выбрать целителя, — сказал Анатолий, и чуть махнул головой, поправляя пробор, — У шамана очень многое зависит от набора духов.
— Много ты знаешь? — огрызнулся Тотем, кинув презрительный взгляд на Лекаря, — Нубяры, дайте пройти.
— Смотри, Тотем, какая у меня крутая дубина, — Боря потряс перед ним булавой, — Настоящая, оливковая!
Он ощерился, оглаживая «крутое» оружие.
— Поздравляю, — вяло отозвался тот, бочком протискиваясь и пытаясь обойти нас.
— Это не нубская. Сам добыл в бою, я буду танком.
— Нет, я серьёзно. Целитель — самая востребованная профессия после окончания академии. Даже за рубежом требуются…
— Вам чего надо, плееры? Кешка!
Тотем сжал кулаки. Кента уже нигде не было.
— Вы специально, да?
— Ты о чём? — наивно спросил я.
— Твой алхим-бой уже далеко, Тотем, — Блонди лениво посмотрела на свой маникюр.
Да, ногти однозначно после всех этих приключений нуждались в уходе.
Тотем удивлённо уставился на Лану:
— Какой из Кешки алхимик? Да из него повар-то хреновый! Какие у вас с ним дела? — он подозрительно покосился на сундучок под мышкой у Бори.
— Он показывал нам академию.
— Какого хрена?! — Тотем всплеснул руками, — Мало того, бросил группу нашу под «Сито», теперь ещё нубасов водит по Батону.
 
— Ага, ещё и платно, — протянула вредная Блонди, — Уан голд.
— Один золотой? — Тотем цыкнул, — Ну, Кешка, я тебе голову отверну. С дороги, нубяры!