Карта, мобы, два скилла (СИ)

— Нет, — твёрдо сказал я, взяв себя в руки, — Не верю.
— Слышь, белобрысая, ну чего ты на пацана наехала? — Бобру очень не нравилось напряжение.
— А кто тогда прислал этого моба?
— Ну он же чего-то там орал, сами же говорили, — Боря не унимался.
А я схватился за эту ниточку:
— Да. Голос отца сказал, что я должен что-то знать…
— Оф корс. Вэри кул способ донести послание, — Блонди откинулась на стуле и всплеснула руками.
— Дьявольская нота, — вдруг сказал Анатолий, — Думаю, надо поискать об этом в библиотеке.
— Гномозека назвал того моба саммоном… — вспомнил Бобр, — Это чего, братва, такое?
— Призываемый монстр, — упавшим голосом сказал я, — Помощник мага.
Тут столешница выдала приятную мелодию.
— Без пяти восемь, — сказал я.
— Теперь можно активировать свитки перемещения, — сказал Анатолий, положив руку на свой свёрток с книгами, — Вчера перед ужином-посвящением точно так же ждали.
— Вы мне ещё про ужин не рассказали, — вспомнил я.
Но мои тиммейты уже один за другим исчезли.
— Да ну пипец, — вздохнул я, и положил руку на свою стопку книг.
Пора инициировать первый… кхм, то есть уже второй, скилл. Едва я так подумал, как один из свитков, привязанных к книгам, с хлопком вспыхнул, и я исчез.
  
Глава 21, в которой поцелуй
 
Холодный утренний ветер, залезая под нубскую мантию, сразу же намекнул: надо было одеться потеплее. Было бы во что…
Мы оказались на вершине горы. Весь поток, кажется, все двести пятьдесят с небольшим студентов.
Все крутили головами, здоровались. И чертыхались, пытаясь засунуть свёртки книг в тугие кошельки. Я тоже стал рассовывать учебники один за другим. Они не желали запихиваться, и мне казалось, что все смотрят на меня и смеются.
Далеко на горизонте поднималось солнце, освещая хребты. Мягкий свет придавал горам игрушечный вид, и такое море зелени вообще делало панораму нереальной. Деревья издалека казались мхом.
Перед нами стоял ректор Дворфич, почему-то одетый в красный деловой костюм. Белые лацканы на пиджаке выглядели комично, и как-то не вязались с серьёзной должностью гнома.
Рядом с ним, как всегда, стояли Селена и Тай Лун. Большущий мешок был свален возле ног преподавателей, и я всё пытался рассмотреть, что там. Медали, что ли?
«А чего это, он с нами всё ещё?»
«Я думал, его забрали…»
Не сразу я понял, что слышу шёпот вокруг. Мне не показалось — многие в толпе действительно смотрели на меня. Только не из-за того, что кое-как протиснул учебники.
— Чего надо, братва? — Бобр набычился, — Игроков не видели?
— Сына убийцы не ви… — крикнул было Лютый, но:
— ТИШИНА! — голос Гномозеки грохнул так, что унёсся и вернулся эхом: «…шина …шина… шина».
Все притихли. Я оглянулся на этого щуплого Лютого. Тот пожирал меня взглядом и всё показывал пальцем у горла.
Я демонстративно хмыкнул и отвернулся.
— Гончар — такой же игрок, как и все вы, — взгляд Дворфича пробежался по нашим лицам, — И кем он станет, это его выбор. Такой выбор есть у каждого игрока.
— Кровь решает всё! — крикнули из толпы.
Дворфич поискал глазами, кто это крикнул, потом поднял руку:
— В таком случае, Химера, почему ты не тёмный маг?
Толпа притихла, чуть раздвинулась, и я увидел группу, где в лидерах была высокая брюнетка. Крупная, плечистая, про таких говорят — широкая кость. Но с ладной фигурой: всё, как говорится, было при ней. Вздёрнутый подбородок, чуть раскосые глаза.
— Боевая бабища, — озвучил мои мысли Бобр.
Он сказал это с каким-то лёгким придыханием, и я покосился на здоровяка. Влюбился, что ли?
— Гармаш Дворфич, я не поняла…
— Мария, ваши предки в годы первой мировой были не на самой светлой стороне, — Дворфич сразу же поднял ладонь, пресекая разговоры, — А в годы второй мировой их дети уже боролись с врагом.
— Но, я… — брюнетка не нашлась, что ответить.
Дворфич добил весомым аргументом:
— Не стоит говорить в Баттонскилле о крови. Здесь многие, как и я сам, магической крови.
 
Не сразу до всех дошли его слова.
— Думаю, — прошептал Лекарь, — Он имеет в виду, что магических существ не очень любят люди-маги.
— Как можно не любить тёмных эльфиек? — хохотнул Бобр, прикрыв рот кулаком.
— Вам ясно, Мария?
— Эээ… Я… — Химера осеклась, но всё же стрельнула в меня недовольным взглядом.
— Да ладно, тем более он балласт, — громко бросил Серый.
Блин, я уж и забыл про этого настырного «коммандос». Я не стал поворачиваться, чтобы выискивать его в толпе, так и продолжал смотреть на преподов.
К моему сожалению, смеющихся было много.
— На чёрном-чёрном поле, на чёрной-чёрной грядке, в чёрной-чёрной капусте… — зловещим голосом начал Лютый.
— Проступок, группа Серого, — крикнула Селена Лор, — Минус двадцать опыта.
— Эй!
— И так будет каждый раз, когда я буду слышать слово «балласт» от студентов, — хмуро добавила она, — Всем ясно?
— Да-а… — ответили мы нестройным голосом.
— Группа Лютого, вам ясно?
Видимо, там кивнули — я туда не смотрел. Бобр рядом недовольно сопел, поглядывая на меня, но я только покачал головой, постучав по склянке на поясе:
— Хватит проступков. Будем рвать их оценками.
— Хочу напомнить, что мы ещё подписались на проклятый нубобол, — протянул Толя.
— И там их будем рвать, — уверенно сказал я.
Я боялся, что голос дрогнет. Но нет, не подвёл, родимый.
Наконец, преподаватели дождались тишины. На меня, конечно, смотрело много народу, но большинству надоело, что я никак не реагирую.
Дворфич взял слово, придвинув к себе мешок:
— Инициация, — гном поднял палец, — Очень важный шаг на пути мага.
— Игрока… — поправила Селена.
— Да-да, — буркнул Дворфич в бороду, потом продолжил, — Вы так и останетесь новичками, но это продвинет вас к первой профессии. Инициация — это очень важно.
— Вазный саг! — Тай Лун бухнул кулаком по ладони.
Ректор пробежался взглядом, пытаясь понять, поняли мы что или нет.
— Проще говоря, именно с этого дня вы все официально игроки. Игроки первого уровня! — торжественно сказал он, — Хотя, конечно, до конца первого курса вы так и останетесь новичками.
И ректор опустил руку в мешок, а через секунду выудил оттуда… деревянную табличку со скиллом:
— А что вам сегодня принёс Дед Мороз? — он заулыбался.
Студенты засмеялись, оценив шутку. Теперь-то стало ясно, зачем ректор так вырядился.
— Слышь, братва, — прошептал Бобр, — А ведь тут никто не знает, какие у них скиллы. Им статуя их дала.
Я кивнул. Ну, точно! Мы-то единственные такие прошаренные.
— Пипл, это вэри кул, — Блонди улыбнулась голливудской улыбкой, — Гончар, сейчас я рада, что в твоей группе.
Дальше началась эта самая инициация, и преподы сразу сказали: процесс долгий. Студентов много, и каждый, по сути, должен пройти это в одиночку. Как настоящий маг.
Выглядело это так. Ректор укалывал чистой иголкой палец плееру, а потом давал в эту руку табличку.
— Нужна кровь, — говорил он, а потом совал студенту маленький свиток, — А вот это — вторая часть обряда.
И, едва плеер принимал в ладонь свиток, тот вспыхивал, и студент исчезал. Куда, никто не знал, а преподы хранили таинственное молчание.
Когда подошла очередь нашей группы, мы уже заметно волновались. Особенно я.
— Айм нот эфрэйд, — Блонди едва не кусала ногти.
— Да чего ты дрейфишь? — Бобр пытался шутить, — К лотку приучим, не боись.
— Ещё слово, литл-биг, и ты в ванную вообще не попадёшь. Нэвэр! — процедила Лана.
Бобр хихикнул.
— Что за ёжик? — Биби так и причитала, — Ну, что там за ёжик?
 
— Мне больше интересно, что за «песня дружбы»? — ворчал Толя, — Надеюсь, я не превращусь в какого-нибудь пионера?
— Ага, с дудочкой, — усмехнулся Боря.