Поцелуй меня, любимый (СИ)
— Что-о-о, — протянул Гаруф, решив, что ослышался: его дочь всегда была неразумна и недальновидна в своих поступках и требованиях, но то, о чём она сейчас говорила, вовсе походило на бред.
— Я не выйду за степняка, — закричала Сабмила, думая, что отец не расслышал с первого раза, о чём она говорила. — Я не поеду в Серебряную Завлудь. Я наложу на себя руки.
— Дочь моя, мы не можем не выполнить своего обещания, — ошеломлённо проговорил Гаруф. — Слово правителя Эграна нерушимо! Ты назвала степняка своим избранником. Назвала при всех! Мы теперь просто обязаны выполнить свои обязательства перед пранадармцем!
— Хорошо, отец! — Сабмила покорно опустила голову, не выдержав осуждающего взгляда отца. — Я исполню твою волю, — тихо проговорила она. — Прошу только об одном: обними меня в последний раз и поцелуй. И помни, что бы со мной ни случилось, никогда не вини себя в этом.
Гаруф притянул к себе дочь и какое-то время стоял с закрытыми глазами, ласково гладя своё взбалмошное дитя по спине, а в его голове крутились мысли одна страшнее другой.
— Мидин, — позвал он друга.
— Да, Ваше Величество.
— У нас получится собрать дань за двенадцать лет в течение часа?
— Получится, — уверенно произнёс Мидин. — Но думаю, посол теперь навряд ли согласится просто забрать дань и отправиться на родину. Он же сражался на турнире за руку вашей дочери и чуть не погиб из-за этого, его спасло лишь чудо, точнее, ваша племянница, — решил напомнить он о печальном происшествии. — Кстати, лекари передали, что Чанлиф идёт на поправку. Вы не зря платите своим целителям.
— Это очень хорошая новость, — задумчиво проговорил Гаруф, не замечая, как его дочь презрительно поджала нижнюю губу при упоминании сестры. — Мидин, собери дани больше, чем за двенадцать лет, и прикажи подготовить десять красивых дев из самых лучших семей Тарканата, — приказал Гаруф, заботливо стирая шёлковым платком слёзы с лица принцессы. — Дочь моя, я обещаю, что попробую договориться со степняком, но, если он будет настаивать на своём решении взять тебя в жёны, нам придётся выполнить обещание.
— Спасибо, отец, — поблагодарила Сабмила.
— Пока благодарить не за что. — Гаруф решительно зашагал к выходу из покоев. — Стража, за мной!
Глава 22
Милада-степняк уже минут десять стояла перед зеркалом и никак не решалась отправиться на встречу со своей будущей женой. Горько усмехнулась.
“Докатилась. Дожила. Через несколько минут я стану мужем самой капризной принцессы Эграна. Что же я буду делать с ней, если нас и правда соединят сейчас узами брака? Боги! И чего я добилась?”
— Ваше Высочество, — тихо позвал Сван. — Нам уже пора! Если мы опоздаем, они могут расценить это как личное оскорбление. — Сочувственно покачал головой, разглядывая жуткие синяки под глазами молодого мужчины, стоящего перед ним с печальным взглядом. — Как вы себя чувствуете после вчерашнего лечения принцессы и себя? — поинтересовался он. — У вас хватит сил через всё это пройти?
— Всё хорошо, — грустно улыбаясь, прошептала Милада. — Сван, я запуталась. Я больше не знаю, что мне делать, как вызволить Невера. Да ещё это таинство на мою шею… Ну какой из меня муж? — развела руки в стороны.
— Так, без паники! Будем действовать, как и задумывали. Попросите у Гаруфа в качестве подарка оскильских пленных, скажите, что они нужны вам для того, чтобы держать в повиновении свою строптивую девяносто девятую жену. А вот что делать с Сабмилой... — Сван в задумчивости поскрёб заросший подбородок. — Сейчас главное — наших забрать и как можно быстрее убраться подальше от Тёмного Эграна, потом добраться до ведьмы, вернуть ваш прежний облик и тогда можно будет отправить принцессу обратно домой; выделим ей хорошее сопровождение.
— А если Гаруф откажется? Он же не просто так посадил их в казематы, — с сомнением в голосе спросила принцесса. — Что мне тогда делать?
— Тогда торгуйтесь! Пригрозите, скажите, что счастливое существование эгранской принцессы в Серебряной Завлуди будет зависеть от его решения.
— Хорошо, — без особого энтузиазма в голосе согласилась Милада-степняк, поправила пояс с ножнами и пощипала свои щетинистые щёки, чтобы вернуть им хоть небольшой румянец; брезгливо скривила губы. — Ну что, — обвела взглядом своих воинов. — Идёмте, что ли, выдавать меня замуж, в смысле, женить.
Милада в окружении своих воинов и командира направилась к выходу, но дверь перед ними внезапно распахнулась и в комнату с важным видом в сопровождении личной охраны прошествовал Гаруф.
— Присядь, посол, — начал правитель, — есть серьёзный разговор. — Милада недоумевающе переглянулась с командиром. — Прошу, это не займёт много времени!
Степняк опустился на стул и ожидающе уставился на правителя Эграна, проигрывая в голове все варианты того, что могло случиться за это утро.
— У меня деловое предложение к тебе, посол. Я возвращаю дань за двенадцать лет, дарю Серебряной Завлуди табун отборных скакунов и десять прекрасных дев из самых почитаемых семей Тарканата в твой личный гарем, — на одной ноте перечислял Гаруф, внимательно наблюдая за каменным лицом пранадармца.
— В обмен на что? — спросил степняк.
— Ты откажешься от моей дочери, покинешь земли Эргана в течение суток и никогда больше не станешь оспаривать своё право взять её в жёны. — Правитель выглядел взволнованным, хоть и старался изо всех сил не подавать виду.
Милада-степняк подозрительно прищурилась, одновременно лихорадочно обдумывая услышанное.
“Так! Что происходит? — она старалась не выдать своё волнение ни словом, ни действием. — Теперь надо правильно разыграть свои карты!”
Вальяжно закинула ногу на ногу и твёрдо произнесла:
— Нет!
— Проси, что хочешь. Всё исполню! — Было видно, что Гаруф настроен решительно. — Даю слово!
— Так же, как обещал отдать свою дочь победителю турнира? — степняк усмехнулся, искоса поглядывая на правителя Эграна.
— Нет. Всё сделаю. Могу дать клятву на крови, если недостаточно моего слова.
Милада-степняк встретилась взглядом со Сваном: тот выглядел ошеломлённым.
— Хорошо, — нехотя согласился степняк, всем своим видом выказывая недовольство. — Я возьму дань за двенадцать лет и табун скакунов в придачу, — вытянул руку, пристально разглядывая свои идеально подстриженные ногти. — Но я хочу, чтобы мне отдали всех пленников из Нижнего Искола.
Гаруф удивлённо воззрился на степняка, думая, что ослышался.
— Хочу с помощью них подчинить свою строптивую девяносто девятую жену, — продолжал степняк ровным тоном. — От эгранских дев, пожалуй, откажусь. — Встретился взглядом с правителем. — Не нужны мне наложницы в гареме! А вот для ровного счёта мне по-прежнему не хватает одной жены, — поцокал языком.
— Так кто же мешает тебе выбрать её из прекрасных девушек, которые сейчас прибудут во дворец? Каждая из древнего рода, имеет прекрасное воспитание и с удовольствием войдёт в твой гарем.
— Нет, мне нужна надёжная, преданная жена, которая пойдёт за мной в огонь и в воду, а не изнеженная девица, которая при одном только слове “пранадармец” будет заливаться слезами да падать в обморок. — Степняк выдержал паузу и улыбнулся. — Отдай мне в жёны твою бесстрашную племянницу. Вот эта девушка настоящий воин, не побоялась выйти на арену и биться рядом со мной плечом к плечу против заморских принцев.
Гаруф затаил дыхание, не в силах поверить своему счастью: дочь останется в родительском гнезде, из казны не придётся выплачивать откупные семьям, откуда он собирался забрать девушек на выданье, вдобавок степняк заберёт ненавистных ему пленников, которые никак не хотели умирать в его темнице, а самое главное, не станет поднимать скандал.
— Я согласен! — правитель поднялся на ноги и радушно раскрыл объятия гостю. — Я так рад, что мы смогли прийти к соглашению. Я дам очень хорошее приданое за своей племянницей, — заискивающе проговорил он, обнимая степняка. — Можем прямо сейчас вас соединить узами брака и закатить пир на весь Тарканат.