Поцелуй меня, любимый (СИ)
Степняк словно почувствовал на себе чужой взгляд и обернулся.
— Рад видеть тебя в здравии, — искренне порадовалась Милада-степняк, ласково улыбаясь принцессе, как самой близкой подруге.
Но Чанлиф вдруг начала опускаться перед ней на колени. Этого Милада никак не могла допустить! Бросилась к принцессе и подхватила её под локти.
— Прошу, не делай этого, — попросила Милада, отпуская девушку и отступая от неё на шаг, уж больно много народа наблюдало за их беседой. И такой интерес был понятен. Все только и судачили о том, что дочь мудрого Гаруфа наотрез отказалась выполнить главное условие турнира: выйти замуж за победителя. И тогда степняк потребовал в качестве компенсации любимую племянницу правителя. — На нас все смотрят.
— Пусть смотрят! Это меньшее, что я могу сделать для тебя, мой господин, — скромно потупив голову, прошептала Чанлиф. — Я благодарна тебе за то, что ты всё же решил взять меня с собой и сделать своей женщиной. И мне неважно, в каком статусе я буду при тебе — наложницей или верной рабыней, главное, я буду рядом с тобой.
— О, нет-нет! — Милада чуть не задохнулась от возмущения. — Чанлиф, давай сразу всё проясним. Во-первых, если ты собираешься поехать со мной, то запомни: впредь никаких господ и рабынь! — Понизила голос, чтобы её могла слышать только эгранская принцесса: — А во-вторых, я забираю тебя с собой, чтобы сделать свободной женщиной, поэтому ты вольна делать всё, что хочешь. Как только мы покинем стены дворца, ты можешь отправляться на все четыре стороны, никто тебя не станет удерживать.
Чанлиф издала испуганный возглас и рухнула перед степняком на колени, и на этот раз Милада не успела ей помешать. Принцесса вцепилась в ноги степняка и зарыдала.
— Заклинаю тебя. Умоляю! — причитала девушка. — Возьми меня с собой. Я не могу вернуться к себе. Это будет значить, что ты отказался от своего решения, а для любой женщины это позор. Такого мне не простит ни отец, ни, тем более, правитель. Моя жизнь будет окончена.
Милада обвела строгим взглядом зрителей, заметила, с какой ненавистью смотрит на неё Невер, и быстро наклонилась, чтобы разомкнуть руки девушки; с лёгкостью поставила её на ноги.
— Прекрати немедленно! — довольно резко проговорила Малада-степняк. — Хорошо. Ты поедешь со мной. Я найду для тебя дом, обеспечу безбедную жизнь, но ты должна знать. — Резко притянула к себе девушку и зашептала ей на ухо; со стороны казалось, что степняк решил обнять свою красавицу. — Я никогда не буду тебе мужем, я не стану твоим мужчиной, я даже не смогу назваться твоим братом, потому что… — и осеклась, замечая, как по лицу принцессы побежали молчаливые слёзы. — А, ладно… Ты скоро сама всё узнаешь.
— Да, я слышала, что твоё сердце отдано зедарской принцессе — светлой волшебнице из Утрурга, — высказала Чанлиф свои предложения, полагая, что речь идёт о строптивой девяносто девятой жене степняка. — Но я ни на что не претендую, просто позволь быть рядом. Буду служить вам верой и правдой.
Миладу так и подмывало заорать, что она и есть та самая зедарская принцесса, только в теле мужчины, но Чанлиф могла повести себя непредсказуемо и выдать всех, что было крайне рискованно в данных обстоятельствах: они всё ещё находились на земле врага.
— Я обещаю тебе, ты будешь рядом, — твёрдо произнесла Милада-степняк. — Но также обещаю, что если ты вдруг решишь уйти, я отпущу тебя.
В глазах Чанлиф загорелась надежда.
— Спасибо, мой… — и замолчала, замечая строгий взгляд степняка. — Я тогда пойду в свою повозку?
— Иди, — коротко бросила Милада-степняк и принялась дальше заниматься креплениями на седле.
— Ваше Высочество, — обратился Сван к принцессе. — Всё готово.
— Выдвигаемся, — скомандовала Милада-степняк. Быстро подтянула подпругу и изящно взобралась в седло, встретилась взглядом с командиром и прошептала одними губами: — Едем домой, Сван.
Командир кивнул и заулыбался; и это была, пожалуй, первая улыбка, которую Милада увидела на лице сурового воина с момента их приезда на земли Тёмной Империи.
Глава 25
Они были в пути уже полдня и за это время ещё ни разу не останавливались передохнуть. Час назад от них отстал отряд эгранцев, но Милада решила не рисковать и проехать ещё какое-то расстояние, потому что Сван заметил слежку. Она спешила. Час назад Данияр потерял сознание и не приходил в себя, об этом сообщил Невер, когда в очередной раз попытался напоить друга, но не смог дозваться.
— Сколько осталось до границы тёмных земель? — с тревогой в голосе спросила Милада.
— Вон за теми холмами уже заканчивается земля Эграна. — Сван выглядел обеспокоенно. — Думаю, ещё пару часов.
— Он не выдержит, — твёрдо произнесла Милада. — Нужно делать привал, и немедленно. Если я им не займусь, он погибнет.
— Ваше Высочество, это опасно, — возразил Сван. — Белую магию могут почувствовать видящие. Одно дело набросить полог на стены комнаты или даже на целое здание, а тут — бескрайний лес. Отзвук вашей магии покатится во все стороны. И вы слишком слабы, чтобы так неразумно сейчас растрачивать свои силы на лечение.
— Не переживай. — Милада коснулась плеча Свана. — Посмотри, где мы находимся. — Командир обвёл подозрительным взглядом окрестности. — Мы совсем рядом с границей Талтая — закрытого государства, а они дружат с белыми магами. Да, ты прав! Мою магию наверняка почувствуют, но до нас ещё добраться надо, а мы в двух часах езды от границы. А что касается сил… — Она не хотела никого пугать, но предупредить стоило. — Я какое-то время буду без сознания. — Посмотрела серьёзным взглядом на Свана. — Тебе придётся присмотреть за моим телом и не позволить, чтобы наши друзья пришибли меня, пока я буду в отключке. — А про себя подумала: “Боюсь, в этот раз лечение отнимет все мои силы”.
— Я всё сделаю. Не беспокойтесь, Ваше Высочество. А пока повременю освобождать пленников от оков, уж больно горячи их головы, боюсь, не вышло бы худа. — Сван с уважением посмотрел на своих товарищей по оружию. — Знаю я их, наверняка попробуют бежать.
— Тогда командуй привал, скажи людям, чтобы не расслаблялись: никаких костров, лежанок для ночлега, пусть по-быстрому перекусят, справят нужду и будут готовы в любой момент отправляться дальше.
— Хорошо.
— И отправь своих воинов прошерстить лес, пусть проверят, нет ли за нами слежки, — приказала Милада, спускаясь с лошади. — Возьми своих людей, нужно оттащить Невера от друга.
— Да уж, это будет ещё та задачка, — с сомнением в голосе проговорил командир, быстро рассказывая своим воинам, что от них сейчас потребуется.
Чанлиф всю дорогу не отводила своего взора от прямой, просто каменной спины степняка и сейчас забеспокоилась, видя, как тот что-то тихо обсуждает со своими слугами.
— Неля, — позвала она свою верную подругу, которая категорически отказалась оставаться на родине, решив отправиться за своей госпожой в изгнание. — Держи оружие при себе. Аиша, тебя это тоже касается. — На этих девушек она могла полностью положиться: не подведут в трудную минуту.
— Что случилось? — спросила Аиша, проверяя, легко ли выходит короткий клинок из ножен, подползла ближе к Нели.
— Точно не знаю, — с сомнением проговорила Чанлиф. — Но чувствую, что-то намечается.
И словно в подтверждение её слов, степняк со своими людьми двинулись к одной из повозок. Завязалась борьба с одним из пленников, его всё же вытащили из телеги и повалили на землю, с силой удерживая за руки. А степняк тотчас занял его место и склонился над раненым.
— Только тронь его, собака! Убью тебя! — гневно орал русич, изо всех сил вырываясь из рук воинов.
— Ах ты ж! — Чанлиф сразу поняла, что задумал степняк. — Что же ты творишь, любимый? — прошептала она и быстро обвела цепким взглядом присутствующих мужчин; воины, пленники, слуги — все ошеломлённо взирали на пранадармца, который вёл себя совсем не так, как полагалось грозному воителю. — Девочки, мне понадобится ваша помощь, — с усмешкой, в которой сквозило лихое отчаянье, проговорила Чанлиф. — Будем танцевать, — сказано это было таким тоном, что девушки поняли: танец этот будет особенным.