Лучший из худших-2 (СИ)

Поиски на мужской территории ничего не дали. Я перерыл кучу грязных и чистых вещей, нашёл несколько записных книжек. Полистал их: какие-то научные крякозябры, формулы, математические расчёты, непонятные записи, вдобавок, почерк так себе. Выходит, учёные пишут неразборчивее, чем врачи.
Быть может, спецы в этом разберутся, но я точно — пас. На всякий пожарный, всё-таки прихватил эти записи с собой. Не знаю, будет ли из этого толк, но хотя бы совесть останется спокойной — сделал всё, что мог.
Вообще, конечно, принято считать мужиков жуткими неряхами, но честное слово, так говорят те, кому не довелось побывать в женской половине этой палатке. Вот тут реально был какой-то треш.
Видимо, местные представительницы прекрасного пола слишком сильно погрузились в науку, забыв о презренном быте. В общем, далеко не все «открытия», выпавшие на мою долю в этот час, были приятными.
Но это так, к слову…
Пока я возился, не заметил, как в палатку вошёл Батыр. Он умеет подкрадываться как кошка, так что ничего удивительного.
— Есть успехи? — спросил он, а у меня чуть сердце не лопнуло.
Мне стоило большого труда успокоить себя и сделать вид, что ничего не произошло.
— Пока нет.
— Понял. У других тоже пока без результатов. Ищем для порядка ещё минут десять, потом сворачиваем лавочку и выходим. Не нравится мне всё это, сильно не нравится, — прибавил он.
— Я и сам не в восторге, — признался я. — Тут надо либо сразу весь батальон пригонять, либо год копать миллиметр за миллиметром.
И тут наше внимание привлёк какой-то странный шум, похожий на осторожное царапанье. Он исходил из-под раскладушки, стоявшей в конце отсека. Я вроде бы шмонал её, но не сказать, что тщательно. Просто проверил на предмет полезных вещей и не обнаружил ничего подозрительного.
Хотя, быть может, это я себя накручиваю. Со мной такое уже бывало. Помню, насмотрелся в детстве ужастиков и потом казалось, что в каждом углу сидит какой-нибудь бука и хочет меня сьесть.
Понятно, что это было так давно, что уже кажется неправдой, да и я был мелким пацаном. Но, если учесть обстоятельства, по которым мы здесь оказались, всё могло произойти вновь…
— Ты слышал? — прошептал Батыр.
Я кивнул.
Выходит, это мне не показалось. Ну не могли же мы вдвоём впасть в детство.
Ладно мне померещилось, но есть же видавший виды Батыр…
Не сговариваясь, мы взяли ставшее разом подозрительным место в кольцо, одновременно положили пальцы на спусковой крючок и сделали шаг, потом второй, третий.
И, когда до раскладушки осталось всего ничего, она вдруг оторвалась от пола и полетела нам в лицо.
Я непроизвольно нажал на спуск, прошивая в полотняном ложе несколько огромных дырок. Пример оказался заразителен: Батыр стал палить вслед за мной.
Что-то пронзительно взвизгнуло, взметнулось вверх, потом вниз и, наверное, убежало, если бы в последний момент я не встретил его мощным пинком и не отправил назад, в тот угол, откуда оно выскочило.
А потом, когда больше ничего не последовало, мы стали пристально разглядывать с чем столкнулись на сей раз.
Странным было только то, что снаружи будто не услышали, как мы палим из двух стволов. К сожалению, я не сразу сообразил это.
  
Глава 14
 
Существо в углу походило на меховой мешок — бесформенное и какое-то несуразное, покрытое с ног до головы плотным волосяным покроем. На первый взгляд плюшевая внешность могла смутить некоторой миролюбивостью, но потом взгляд падал на массивные, выступающие вперёд челюсти, и становилось ясно, что питается сей зверёк отнюдь не травкой и вряд ли даёт молоко.
— Батыр, ты знаешь, что это за хрень? — спросил я.
Напарник отрицательно покачал головой.
— Понятия не имею, Лан. Как и ты, вижу его в первый раз. Но здесь, как раз, нет ничего удивительного — тут через день встречаешься с чем-то новым.
— Слушай, а как оно раскладушкой в нас захреначила? У неё ж только ноги, — задумался я.
Действительно, у этой твари была всего одна пара конечностей, а раскладушка, насколько я помнил, сначала зависала в воздухе, пусть и на долю секунды, и лишь потом полетела, то есть вряд ли этот загадочный «мешок» отфутболил её.
 
Вывод напрашивался сам собой: кажется, мы столкнулись с телекинетиком. Насколько мощным — другой вопрос. Хотя, если судить по тому, что он стал бросаться в нас предметами, а не, к примеру, оторвал от пола и не звезданул друг об дружку, видимо, тварь не так уж и сильна и оперирует небольшими весами.
Пока я размышлял над природой этого существа, телекинетик дёрнулся и приоткрыл глаза, и тот час же Батыр всадил в него пулю, причём в упор.
Монстрик ещё раз подёргал лапками, словно по нему пропустили эклектический ток, и окончательно затих.
— Какого хрена ты его пристрелил? — недоумённо спросил я.
— Лан, сколько тебя учить: любая непонятная х…ня — опасна! — процедил сквозь зубы наставник. — Поэтому убивай первым, если не хочешь, чтобы завалили тебя. Сначала стреляй, потом разбирайся.
Я вздохнул. Батыр днём и ночью вдалбливал мне в башку эту простую логику выживания.
Да, каждая строка этих правил написана кровью, так что с солдатской мудростью ветеранов «Обьекта-13» не поспоришь, однако мысль убивать всё, что живое и шевелится, из чистой осторожности, не приводила меня в дикий восторг.
Наверное, в будущем это пройдёт, и я достаточно огрубею, чтобы стрелять, не рассуждая, во всё, что будет непонятным и потому опасным, но пока прошло слишком мало времени с того дня, как я тут оказался.
— Готов! — удовлетворённо отметил Батыр, потыкав телекинетика стволом. — Прихватим с собой на базу, пусть учёные с ним возятся. Глядишь, и премия за него перепадёт. А то, что дохлый — так оно и к лучшему, меньше проблем!
О том, что за интересные находки солдатам иногда платят денежные премии, я узнал в первый же день. Правда, пока материальных затруднений я не испытывал. Когда находишься на казённом коште, тратиться по большому счёту не на что.
Тут-то меня и осенило.
— Батыр, а где наши? Чего они на стрельбу не сбежались?
— Действительно, — наставник насторожился. — Надо проверить.
Я было метнулся к ближайшему окошку, но он меня остановил.
— Погодь, Лан.
Я послушно замер.
— Лучше я сам. И да — пригнись и не отсвечивай.
Батыр достал нож, продела им небольшой разрез и стал смотреть в него.
— Что там? — не выдержал я.
Ответ последовал не сразу, наставник ещё с минуту глядел в разрез.
— Снаружи никого нет, — наконец сказал Батыр.
— Как никого нет?
— Так! И не слышно ничего. — Он грязно выругался.
— Давай сами выйдем и посмотрим. Может, наши что-то увидели… — предположил я.
— И смылись без нас? — криво ухмыльнулся Батыр. — Не верю я в эти суеверия, Лан. Ладно, не будем метать икру раньше времени. Попробую вызвать по рации.
Но на связь вышли только экипажи обоих БМП, остальные бойцы, вместе с прапорщиком, как в воду канули. По просьбе Батыра одна из машин подъехала чуть ближе для наблюдения, но никого обнаружить не получилось. Покидать БМП он категорически запретил, не желая новых потерь.
— Байда какая-то! — со злостью сказал Батыр. — Мистика!
Уж что — что, а я давно перестал удивляться в этом мире любым вещам, включая мистику.
Мой взгляд упал на телекинетика.
— Батыр, обрати внимание — этот хмырь до сих пор не разложился. Какой был, такой и остался.
— Точно, — кивнул он. — Значит, это не магическая тварь, а какой-то естественный мутант… Только прежде мне почему-то не приходилось о таких слышать.
— Может, всему виной его сородичи? — прикинул я.
 
— Всё может быть, Лан. Только это — гадание на картах. Что именно произошло снаружи, пока непонятно. Ясно лишь одно: ничего хорошего. Ну не могут полтора десятка крепких и хорошо вооружённых солдат взять и просто так испариться с лица Земли!
Я мысленно с ним согласился. Если такое произошло, то снаружи явно творится какая-то эпическая хрень.