Лучший из худших-2 (СИ)

— Воля ваша, — загрустил пилот. — Но, если что, мой самолёт пробудет здесь ещё несколько часов. Если передумаете, всегда к вашим услугам.
— Не хочу вас обнадёживать, уважаемый. Мне просто нечего вам рассказать, — сообщил я.
Мы с Лизой покинули доставивший нас сюда «кукурузник» и пошагали прямо по лётному полю.
Аэродром в Николаевске был небольшим, кроме нашего самолёта стоял ещё один турбо-винтовой пассажирский лайнер.
Мы вошли в маленький, но уютный терминал.
— Дёрнем по кофейку? — предложил я.
Лиза кивнула.
Аэропорт в Николаевске — не Шереметьево из моего мира, поэтому ценник в здешней кофейне не кусался.
Я заказал по чашечке эспрессо и пирожному.
— Какие у тебя планы, Лан? — спросила Лиза, пока нам не принесли заказ.
— Сначала найду жильё, потом пойду в «Китай-город». Время на исходе. Заказчик просто обязан появиться там сегодня.
— А дальше?
— Дальше, — я замолчал, потому что это была самая слабая и необдуманная часть моего плана. — Дальше будет видно.
— То есть ты хочешь поиграть в Наполеона, — усмехнулась Лиза.
— В каком смысле? — не понял я. — У меня что — маленький рост?
— Темнота, — вздохнула напарница. — Рост Наполеона составлял около 168 сантиметров — по тем временам довольно неплохо для мужчины. Но я имела в виду другое. Бонапарту приписывают такой афоризм: главное — сперва ввязаться в бой, а там видно будет. И в этом смысле ты очень на него похож. Он, конечно, многого добился, но плохо кончил. Этого я и боюсь.
— Наполеон в своё время совершил главную ошибку в своей жизни, когда пошёл войной на Россию. А я — русский, поэтому судьба Наполеона мне не грозит, — с совершенно серьёзным видом произнёс я.
Лиза вздохнула.
— Тебя трудно в чём-то переубедить, Лан. Но меня-то ты возьмёшь с собой?
Я отрицательно замотал головой.
— Просто, Лиза, но только без обид: это сугубо моё и очень личное дело.
Она грустно посмотрела на меня, открыла рот, но сразу замолчала, поняв, что спорить со мной сейчас просто бесполезно.
Аэропорт находился где-то в десяти километрах от города. Расписание автобусов было составлено так, чтобы подвозить и забирать пассажиров с рейсов, но мы прилетели вне всякого графика, поэтому пришлось вызвать такси.
Водитель — молодой и смешливый парень вышел из машины, чтобы открыть перед Лизой дверь.
— Куда едем? — поинтересовался он, когда мы сели в такси.
— В гостиницу.
— В какую-то конкретно?
— В самую лучшую.
Водитель кивнул.
— «Столичные нумера» вас устроят? Самый фешенебельный отель в городе. Там прекрасный ресторан, а ещё вы сможете приобщиться к культурной жизни города — часть здания занимает наш драматический театр. Сейчас в нём гастролирует известная петербургская труппа.
Я впервые слышал об этой гостинице, но с важным видом кивнул.
— Вполне устроят. Не уверен, что смогу вырваться на спектакль, но кто его знает…
— А почему гостиница так называется — «Столичные нумера»? — удивилась Лиза. — Всё-таки, Николаевск — не Санкт-Петербург и не Москва.
— Её построил наш знаменитый купец первой гильдии Воропаев. Он часто бывал в обоих столицах по торговым делам и, однажды, решил, что Николаевск достоин того, чтобы в нём построили отель не уступающий лучшим столичным заведениям, — с гордостью ответил водитель.
Десять километров до города пролетели быстро, и мы въехали на окраину города. Потянулись унылые кирпичные здания фабрик и заводов, довольно распространённый промышленный пейзаж, малопривлекательный для взора. Самое главное — местность не выглядела заброшенной, заводские корпуса не походили на опустевшие дома-призраки с зияющими провалами окон. Трубы, как им и полагается, коптили. Громко ухали какие-то установки, ездила самая разнообразная техника: от мини-погрузчиков до здешних аналогов «Белаза», то и дело дорогу переходили люди в спецовках и касках.
Промзону от основного города отделяла широкая река, берега которой соединялись шестиполосным вантовым мостом. В его основании стояла конструкция, очень похожая на букву «А». От неё тянулись длинные и здоровые «струны», удерживающие мост на весу.
 
На том берегу разом стало веселей и интересней: потянулись пятиэтажки городских кварталов, перемежаемые частным сектором. Николаевск буквально утопал в зелени, многочисленные деревья и кустарники радовали глаз. А ещё тут было много цветов: в специальных горшках и клумбах.
— А у вас тут мило, — сказала Лиза, не отрывая взгляда от автомобильного окошка.
— Стараемся, — довольно произнёс таксист.
«Столичные нумера», как и полагалось роскошной гостинице, находились в центре города и являли собой трёхэтажное здание в стиле ампир, с портиками, колоннами, причудливыми балкончиками, барельефами и лепниной. На крыше гостиницы расположились статуи в античном духе. Напротив был ухоженный парк с фонтаном и памятником, изображающим всадника на вздыбившемся коне. Скульптор явно вдохновлялся всем известной фигурой, вот только изображал явно какого-то другого императора, а не Петра Великого. Судя по характерной каске с двуглавым орлом — скорее всего, Николая Первого, в честь которого и назвали город.
Мы подъехали к парадному подъезду. Я расплатился с таксистом, тот достал из багажника наш немудрённый багаж — не особо солидно выглядевшую для роскошного отеля дорожную сумку.
Швейцар в ливрее услужливо распахнул перед нами высокую и массивную дверь, мы вошли в огромный и светлый холл, где за стойкой сидела симпатичная девушка в наряде, стилизованном под народный. Не хватало разве что кокошника на голове, но его с успехом заменяла косынка.
Она мило улыбнулась нам и поинтересовалась, чем может помочь.
Как выяснилось, свободные номера в гостинице имелись, да и ломили за них отнюдь не сумасшедшие цены. Кроме того, посетителям тут было принято верить на слово, поэтому паспорта или иных документов у нас не спросили, и мы сняли номер, записавшись как супружеская пара Смирновых. Я нарочно выбрал эту фамилию, поскольку мне чаще доводилось сталкиваться именно со Смирновыми, а не с Ивановыми или Петровыми, как принято думать.
Разница в возрасте между мной и Лизой никого не смутила. Нам выдали ключи, портье подхватил нашу сумку и помог донести до номера, где я ему дал чаевые.
Апартаменты не производили впечатления царских, но обставлены были со вкусом.
Мой взгляд упал на ванную комнату.
— Не возражаешь, если я первым приму душу? — спросил я.
Лиза кивнула.
Я не стал долго сидеть в ванне, просто помылся под струйками тёплой воды, энергично сдирая с себя мочалкой грязь, накопившуюся за время пребывания в Зоне. Закончив, вытерся и, облачившись в халат, вышел в комнату.
Взору предстала умилительная картина: Лиза лежала на кровати, свернувшись калачиком, и спала.
Стараясь её не будить, я тихонько переоделся и вышел из номера, не забыв оставить на столике записку.
Девушка на ресепшене подсказала мне, как добраться до «Китай-города».
— Это буквально в нескольких кварталах отсюда. Если хотите — могу вызвать такси, — предложила она.
— Спасибо, но я прогуляюсь пешком. Заодно и проветрюсь, — улыбнулся ей я. — Надеюсь, меня пустят туда без смокинга.
Девушка усмехнулась.
— Боюсь, туда впускают даже в промасленной робе. Это не самый изысканный ресторан в городе.
В ответ я лишь развёл руками:
— Что поделаешь — мой знакомый назначил мне деловое свидание именно в этом месте. Когда его увижу — обязательно попеняю за дурной вкус. Кстати, а почему такое интересное название — вы не в курсе?
— Боюсь, что всему виной фантазия его владельца. Вы должны понимать, что хоть Николаевск и провинциальный город на краю России, но мы не хотим ударять в грязь лицом перед петербуржцами или москвичами.
 
— То есть у вас, наверное, есть и свой Невский проспект или, скажем, Арбат?
— У нас всё есть, — с прежней улыбкой сказала девушка.
До «Китай-города» я добрался минут за десять. Кабак занимал первый этаж доходного дома и, судя по публике, что регулярно входило и выходило из его дверей, явно пользовался спросом.