Фиктивный брак или Как влюбить куратора (СИ)

— Ясно, а вы неплохо спелись, я смотрю. Ладно, фея моя, тебе вообще-то уже спать пора- мужчина взял Вику на руки и понёс в её комнату.
Через полчаса, когда сказка была прочитана, девочка заснула, а куратор, отложив книжку в сторону, осторожно прикрыл дверь.
Когда Макеев, сосредоточенно проверял проверочные работы, под светом настольной лампы в своём кабинете, в прихожей раздался тихий скрип входной двери.
Через минуту раздался стук уже в дверь кабинета профессора и после непродолжительной паузы в комнату заглянула Ковальская.
— Денис Владимирович? — устало обратила на себя внимание Ковальская.
— Да, Алиса? — спокойно ответил мужчина.
— Почему… почему вы выгнали меня с экзамена? Вы думаете, что я списыв… — дрожащим голосом пыталась спросить студентка.
Да, Алиса Ковальская — одна из самых проблемных студенток. Да, девушка часто попадает в передряги, и во многом является их причиной. Ей было не привыкать к придиркам преподавателей. Однако не в таких ситуациях. Не тогда, когда кто-то сомневался в том, что она знает. Потому что она знала всегда. Это было её жизненным принципом — быть лучше там, где решила быть лучшей.
— Нет, Алиса, я так не думаю, — всё так же беспристрастно пояснил Денис Владимирович.
Ковальская удивлённо подняла взгляд на своего преподавателя и изумлёно раскрыла глаза.
— Что? То есть вы знали, что я не списываю и удалили с экзамена? Вы мне, что мстите за что-то?! Это вы, так решили поиздеваться? — кричащим шёпотом твердила девушка, подойдя к письменному столу преподавателя.
— Ковальская, у меня тысячи студентов, мне необходимо проверять сотни работ в день и, ты думаешь, что я действительно выделяю тебя из всех этих людей настолько, чтобы за что-то мстить и издеваться над тобой? — мрачно спросил профессор.
— Тогда расскажите мне о ваших мотивах. Очень любопытно, — с обиженной ухмылкой спросила девушка.
— Алиса, я удалил и буду удалять тебя с экзамена, пока ты не научишься говорить нет, всем, кто использует тебя для списывания.
— Хорошо, но я хочу переписать экзамен — наконец произнесла студентка, пытаясь не избить мужчину за то, что тот взялся учить её жизни.
— У тебя будет такая возможность. Завтра ты можешь прийти к проректору на пересдачу, вместе со всеми.
— К Симову?! — страдальчески спросила Ковальская.
— К нему самому, — с усмешкой ответил куратор.
Девушка хотела было убраться из кабинета, однако её остановил вопрос куратора.
— Почему ты не работаешь по специальности? — спокойно спросил преподаватель.
Ковальская развернулась и уткнулась носом в пол, показывая, что не любила говорить об этом.
— Вы же знаете, что я не могу работать по специальности без диплома.
— Знаю, но ты можешь ходить на дом: ставить капельницы или делать уколы.
— Я так и делала, но ходить по домам, знаете ли, опасно. Так что лучше уж так.
— Ясно… насколько я знаю, тебе нужны деньги на институт брата?
— Откуда? Мама вам тогда сказала? — сердито спросила девушка.
— Я изучил твоё дело, у тебя сейчас Максим в одиннадцатом классе, так что считай, что догадался. Я хотел сказать, что я могу оплатить обучение твоему брату там, куда он поступит.
— С чего это? — зло спросила девушка.
— Это будет честно, я больше нуждаюсь в этом браке, а ты от него получаешь только мои гарантии остаться в институте. Та что будет честно, если я оплачу этот брак и…
— Я не нуждаюсь в ваших деньгах, — резко ответила девушка.
— Послушай, я не хочу тебя обидеть и не предлагаю деньги просто так, но ты ведь испытываешь неудобства из-за всей этой ситуации, эти деньги вполне заслужены.
— Послушайте, я изначально с вами договаривалась только о том, чтобы вы помогли мне с институтом, если бы мне нужны были деньги, я бы поставила другие условия, — оборвала студентка и вылетела из кабинета.
Ковальская раздражённо зашла в свою комнату и, переодевшись сразу же вырубилась от усталости, забыв поставить телефон на зарядку и написать смску маме, как она делала каждый день.
На следующий день, Ковальская встала пораньше, чтобы добраться до института самой, и не допустить той рискованной ситуации, когда её могли увидеть в машине Макеева.
 
Студентка бродила по коридорам, в поисках аудитории, в которой должна была проходить пересдача, когда увидела Патуеву.
— Ир, привет. Ты не знаешь, пересдача патанатомии в какой аудитории?
— Привет, без понятия — бросила девушка.
Сокурсницы решили, что целесообразно будет скооперироваться и отправились на поиски нужной аудитории вместе.
— А ты тоже завалила что ли? — решила разбавить паузу в разговоре Ковальская.
— Да, у меня знаешь ли нет ни связей, ни привилегий, в отличие от некоторых.
— В каком смысле? — недоумевающе спросила Ковальская.
— Не делай из себя дурочку, это я должна у тебя спрашивать почему ты на пересдаче, а не с Денисом Владимировичем на свиданке, — злобно прошипела Ира.
— Ир, ты свою фантазию держи при себе. У меня никаких связей, как ты выразилась, нет. Они мне и не нужны, а вот тебе я советую рассмотреть такой вариант. Не всё же тебе на пересдачи бегать, — ответила студентка со злой усмешкой.
Пока девушки шли по коридору они проверяли двери на наличие за ними проректора и студентов. Ковальская задержала взгляд на одной из дверей, в замке которой торчал ключ. Студентка потянула за ручку, и дверь открылась. Девушка заглянула в аудиторию, но в ней никого не оказалось.
«Должно быть, кто-то из преподавателей забыл запереть и вернуть ключ на вахту» — подумала Ковальская и хотела была выйти из аудитории, как дверь захлопнулась прямо перед ней.
— Эй, Ир, дверь открой! — прокричала девушка, ударив ладонью по дереву.
— А зачем, Ковальская? Тебе можно не ходить на пересдачи, у тебя куратор отдельно примет зачёт, — послышалось из-за двери.
— Патуева, ты офигела? Дверь открой! Хватит с ума сходить! Если ты себе, что-то выдумала в голове, ты можешь жить в своих иллюзиях, но я-то тут причём? — кричала Ковальская, пытаясь открыть дверь.
Однако ответа не последовало, и за дверью послышались быстрые удаляющиеся шаги.
Запертая студентка дёргала за ручку, и звала на помощь, но всё было тщетно. После множества безуспешных попыток она хотела было позвонить Лёше, но телефон «помахал ей ручкой» и разрядился ещё с утра.
Экзамен должен был начаться через считанные минуты и Ковальской нужно было во что бы то ни стало что-то придумать, чтобы прийти на пересдачу. А иначе, ей будет сложно задержаться в стенах родного института.
  
11. Как говорил Гагарин…
 
Студентка судорожно рыскала взглядом по аудитории в надежде зацепиться взглядом за малейшую подсказку, как ей отсюда выбраться.
Однако сегодня судьба была не на её стороне или… Девушка вдруг хищно посмотрела на окно, и решила мыслить хладнокровно, как никогда.
«Итак, Алиса, что мы имеем. Риски велики. Не приду на пересдачу — пойду мести улицы. Стало быть надо прийти. Второй этаж — это невысоко. Наверное. Сейчас по-моему у психов (психами студенты обычно называли другой поток, по специалитету психология и психиатрия) пары в 26, а это вроде 25…» — соображала Ковальская, придвигая стул к подоконнику- «и уступочка здесь вроде крепкая…».
Завершив анализ ситуации, студентка решительно открыла окно и ступила на подоконник с внешней стороны здания.
— Ну что… как говорил Юрий Алексеевич Гагарин — «Поехали!» — прошептала Ковальская, нервно сглотнув.
Когда куратор открыл глаза было около девяти часов утра. Первая пара по расписанию отсутствовала, а значит отцу не придётся просить няню отвозить Вику в школу. К тому же у Антонины Алексеевны был сегодня выходной, так что вся забота о дочери сегодня полностью на мужчине. После наскоро приготовленного завтрака, куратор неумело заплёл девочке косички и повёз в школу.
 
После того, как дочка скрылась за воротами школы, Макеев направился в институт. На парковке ему пришлось изрядно повозиться, так как все места у парадного въезда были заняты и машину пришлось оставить на заднем дворе.