Безудержный ураган 2 (СИ)

  
Безудержный ураган. Книга 2 — Данта Игнис
   
Глава 1. Подарок Бреши
 
Приключений не предвиделось пока перед вальдарами, возвращающимися из Привола после закрытия Бреши, не раскинулось болото. Обойти его можно было двумя путями — по кромке реки или по берегу, густо поросшему лесом.
Путешественники шли вдоль реки, но старались держаться от нее подальше. Они не понаслышке знали какие твари теперь там водятся. И знакомиться со всем многообразием новой фауны никому не хотелось. Приближались к Скадинке только по необходимости, чтобы пополнить запасы питьевой воды.
На суше тоже нужно держать ухо востро. Хорошо еще, что левый берег реки не порос лесом и почти весь был холмистым, более-менее безопасным. Только местами встречались болотистые участки с редкими деревьями. Но даже среди них уже попадались древесные монстры с красной корой и фиолетовыми прожилками, готовые пообедать человеком на раз-два.
Бруснир оценил обстановку и решил, что рискованно соваться в обе стороны, но все же повел группу к Скадинке. Там хотя бы можно набрать воды, да и мечи против речных чудовищ оказываются более действенными, чем против этих совершенно жутких растений, рассудил воин.
Однако уйти путники не успели. В болоте что-то забурлило, поверхность покрылась огромными желтоватыми пузырями, которые беззвучно лопались, тут же сменяясь новыми. В воздухе поплыл тягучий запах чего-то тухлого. Бруснир достал меч и мягко, но твердо отодвинул Элерию к себе за спину. Остальные вальдары тоже обнажили оружие. Командир махнул рукой, давая знак отступать потихоньку. Из воды показалась скользкая туша, похожая на небольшой остров. Тварь быстро всплыла и, достаточно проворно для монстра таких размеров, оказалась на берегу.
Огромная крага, тряся толстыми складками на покрытой тиной и ряской коже, двинулась к людям.
— Ого, — присвистнул Шаймор. Знакомьтесь, новая крага, втрое краше и дружелюбнее обычной.
— Спасибо, Бреши, — Бруснир пытался рассмотреть, где расположены маленькие глазки чудовища, пожалуй, единственные уязвимые места. Не считая нескольких ртов. Но со стороны пастей лучше не заходить. Кожа чудовища плотная и хоть и уязвима перед магией или мечом, но настолько толста, что до сколько-нибудь важных органов не добраться. Если снять всю эту кожуру, то перед воинами осталась бы совсем некрупная тварь. Но в этом то и была проблема. — Постарайтесь добраться до глаз. Если пробить их мечом, есть шанс достать до мозга и убить тварюгу.
Крага напала. Вальдары рассыпались, окружая гадину. Она завертелась, бросаясь то в одну, то в другую сторону. Стараясь ударить с размаху, сбила с ног нескольких воинов, некоторых оглушила. Мечи остальных застревали в толстой шкуре. Магия вальдаров вредила только верхние слои. Чудовище даже не обращало на это внимания. И не открывало ни одну из пастей, просто глушило противников необъятной тушей.
Элерия и Криза сразу отступили назад и держались поодаль, за спинами воинов. Криза даже пыталась что-то колдовать, но безуспешно. В воздухе лишь запахло паленой плотью. А Элерия после закрытия Бреши больше не чувствовала в себе магии, той разрушительной силы, которая сейчас могла очень пригодиться. Ей не пришлось бы пробиваться сквозь шкуру… Но ничего не выходило, и талийке оставалось только наблюдать за боем издалека.
Бруснир высмотрел, наконец, маленькие глазки краги. Они были слишком высоко и располагались по кругу. Не достать, не допрыгнуть. Вальдар бросился на крагу, попытался воткнуть меч в шкуру. Клинок вошел, но не глубоко. Бруснир надавил изо всех сил, загоняя оружие поглубже. Чудовище размахнулось и толкнуло его боком. В глазах у воина потемнело, мир закружился и вовсе не в его воображении. Вальдар действительно отлетел далеко назад и плюхнулся в болото. Остро-пахнущая, густоватая вода плеснулась и сомкнулась над головой Бруснира.
Крага показала себя во всей красе. Огромные провалы, начиненные множеством острых зубов, защелкали со всех сторон круглой, как шар, твари. Чудовище прыгнуло и, приземляясь, схватило одного из воинов. С противным хрустом разгрызла напополам и, повиливая задом, проглотила верхнюю часть туловища. Развернулась и, раззявив пасть, кинулась на Шаймора. Он едва успел увернуться. Крага полоснула зубищами по телу, но ухватить не смогла.
 
Шаймор прижал руку к разодранной в клочья груди, пошатнулся и упал. Крага двинулась к нему — довершить дело, не обращая внимания на атаки воинов.
Бруснир выбрался из болота, взял в зубы нож. Достал кинжал и со всей силы воткнул в крагу, на уровне своих глаз. Клинок вошел достаточно глубоко. Вальдар оперся на него, приподнялся. И вогнал меч в плоть твари еще повыше. Крага отвлеклась на него и оставила Шаймора, задергалась, пытаясь сбросить нежеланную ношу.
Элерия, забывая дышать, подбежала и схватила Шаймора, потерявшего сознание и истекающего кровью. Раны были настолько ужасными, что казалось, можно рассмотреть сквозь них внутренности воина. Талийка оттащила его подальше. Криза облегчила ей эту задачу, помогая магией издалека. Дрожащими пальцами Элерия выхватила какие-то тряпки из походных сумок и принялась перевязывать, пытаясь остановить кровь. Криза помогала ей, покачивая головой. На лице травницы явно читалась бесполезность этой затеи, но она молчала. Элерия старалась на нее не смотреть, чтобы не потерять остатки самообладания и надежды. В последнее время она сдружилась с Шаймором и этот добродушный великан стал ей очень дорог. Земля и трава вокруг были залиты его кровью, как и сама Элерия. Закончив перевязку, талийка в отчаянии уперлась руками в его грудь, как будто это могло помочь остановить кровотечение и удержать едва теплящуюся жизнь. Сладковатый аромат крови всегда казался Элерии горькой насмешкой над реальностью. Эта сладость очень уж не вязалась с событиями при которых она проливалась. И потому было в ней что-то приторно-тошнотворное, заставляющее ком подниматься в горле.
Бруснир держался из последних сил, а крага кружилась и металась из стороны в сторону, сбрасывая наездника. Такого скакуна врагу не пожелаешь, думал вальдар, вцепившись мертвой хваткой в рукоять оружия. Улучшив момент, когда монстр собирался с силами для нового рывка, Бруснир схватил нож и вонзил в маленький мутный глаз. Он понимал, что это не убьет крагу, но хотя бы ослепит и причинит боль. Чудовище впервые подало голос и завизжало, точнее, протрубило свое недовольство. Подпрыгнуло и с силой грохнулось на землю.
Бруснир упал, и туша нависла над ним, обдавая смрадным дыханием и капая слюной из гигантской пасти, в которой с легкостью мог уместиться он весь. Вальдар попытался уйти от неминуемой участи перекатом.
Другие воины не упустили шанс и, пока тварь раззявила уязвимую глотку над Брусниром, воткнули в нее несколько мечей. Крага по инерции завершила бросок и ее пасть захлопнулась над Брусниром, успев прикусить ему руку. Чудовищный рот тут же распахнулся, Крага повалилась на бок и задергалась, подыхая.
Бруснир попытался встать, но это ему не удалось. Чудовищная боль парализовала, вызывая желание закопаться в землю и исчезнуть. Он с трудом приподнялся и взглянул на левую руку. Она была почти полностью откушена от плеча и держалась на жалких ошметках плоти.
В глазах все поплыло, и даже боль притупилась. Тело не слушалось, но мозг, как ни странно, отстраненно рассуждал о том, как же теперь без руки-то в таком мире жить. Сквозь сгущающуюся темноту, отнимающую зрение, Бруснир с трудом разглядел Элерию, склонившуюся над ним.
 
Талийка сама не поняла, как оказалась рядом с Брусниром. Подхватила рукой за шею, не давая упасть. От вида жуткой раны ей хотелось закричать. Девушка с трудом сдерживалась, но паника это роскошь, которую она никогда не могла себе позволить. Кто-то из вальдаров попытался оттащить ее, сказал:
— Нужно отрубить руку и прижечь рану. Скорее! Пока он не истек кровью!
— Нет! — вскрикнула Элерия, оттолкнув воина. Она схватила откушенную руку Бруснира, крепко прижала к ране и придавила свободной рукой. Талийка закрыла глаза, сама не понимая, что творит. Попыталась сосредоточиться, несмотря на гомон множества голосов позади. Сначала ее руки едва заметно засветились. А уже спустя пару мгновений из ладоней полился мягкий мерцающий свет. Добрался до раны, сращивая мышцы и сухожилия, исцеляя.