Скворцы и Проклятые самоцветы (СИ)
— Панику не разводить! — добродушно приказал Аркадий Петрович, куратор первой группы. — Но и за собой следить. Группа следователей уже здесь, будут беседовать со всеми, кто хоть немного знаком с пострадавшими девушками.
— А мы и не паникуем, — весело ответила Вася. — Мы только немного волнуемся: а не отправят ли нас по домам?
У каждого куратора в среднем было три-четыре группы в подчинении. Но Аркадий Петрович отвечал за магический охранный контур Колдовстворца, преподавал чары у магистрантов, поэтому он брал только по одной группе. Как правило — выбирал самую “боевую” по подготовке. Терешков Аркадий когда-то работал в аврорате, но ушел, чтобы больше времени проводить с семьей. Первая группа тут же дала ему прозвище: Попугай Кеша, потому что уж больно был похож тембр голоса, что вкупе с именем давало стойкую ассоциацию. О своем прозвище мужчина знал и даже иронизировал по этому поводу: оказалось, кличка приклеилась аж со школьной скамьи.
— Неправильные вы дети! — возмутился он. — Должны с нетерпением ждать, когда вас домой отправят. Дома же хорошо. Учиться не надо, вставать рано не надо…
— А потом нас все равно заставят экзамены сдавать, — громко напомнил о суровой реальности Богдан. — А если серьезно: то хоть что-нибудь известно? У нас в группе, знаете ли, целых три девушки. Чего хоть бояться?
Аркадий Петрович печально вздохнул:
— А никто не знает, как именно проклятье было наложено. Ни подозрительных предметов, ни подозрительных зелий. Обе девушки чистокровные — правила безопасности с молоком матери впитали… кстати… Белая!
Катя испуганно подскочила на стуле:
— Что опять я?
— Волосы, ногти сжигаешь?
— Я живу с ней в одной комнате, — Катя кивнула в сторону Эли. — Даже если бы захотела, мне бы никто не позволил просто выкинуть что-то в мусорку.
Эля высокомерно задрала подбородок, сидящие в классе засмеялись. Проклятье можно передать через предмет, получить внутрь с пищей или его могут наложить посредством ритуала. Для этого подойдет любой кусочек человека, который был бы отдан или отобран. То есть случайно выпавший волосок не подойдет — он уже не отдан, а просто срок его пришел выпасть. А вот отрезанные ногти, подстриженные волосы — все это могло стать основой для проклятья. Лучше всего, разумеется, кровь. Говорили, что иногда и слюна подойдет, но точных примеров в книгах не было. Маги сжигали любые частички себя, иногда заранее перестраховываясь, а вот маглорожденные часто забывали о таких “мелочах”.
Аркадий Петрович обвел группу тяжелым взглядом, но тут же повеселел:
— Вопросы есть?
— Никак нет, — бодро ответили хором Богдан и Вася.
— Ну тогда валите в комнаты. Просили не гулять и не усложнять аврорам работу. Если вы выходите из своей комнаты — уведомляйте соседей. Если из комнаты вышли все — уведомляйте меня. Задача ясна?
— Так точно, — еще веселее ответили Вася с Богданом.
Их куратор в ответ расхохотался и махнул рукой в сторону двери. Мол, идите уже, занимайтесь своими делами. Вот все и повставали с мест, а затем неспешно вышли из класса. Полупустые коридоры рождали жутковатое эхо, а из кабинетов слышались недовольные голоса.
— Кажется, остальные еще обсуждают событие, — озвучил общие мысли Богдан.
— Так только у нас в группе два солдафона: “так точно!”, “никак нет!”, — немного ворчливо ответил Ратмир.
Катя с Элей тихо рассмеялись, а Богдан тут же начал возмущаться:
— Эй, ты на кого там вякаешь? Ладно на меня, по-братски я тебя прощу, но на Василька! Слышь, Волчица, ему отомстить нужно.
— Нассышь мне в туфли? — участливо поинтересовался Ратмир.
— Вот ляжешь ночью на бочок, придет серенький волчок, — таинственным шепотом начала Вася, но закончить не успела: Катя не выдержала и расхохоталась в голос.
Просто представила огромного волка — а звериная форма Богдана все же была ближе к оборотню, — который пытается нагадить в туфли Ратмира. А потом Богдана, уже в человеческом виде, крадущегося ночью к постели кузена, чтобы “укусить за бочок”.
Мальчишки решили проводить девушек до дверей общежития, что было совсем не обязательно. Зато весело. Ратмир с Богданом в принципе редко переставали насмехаться друг над другом, а тут еще и Вася вступила в их перепалку, так что тревожное настроение как-то само собой отступило. А возле самого общежития на скамейке сидел Васин знакомый: Николай Вершков. Он о чем-то тихо говорил с девушкой, которая шмыгала носом и вытирала глаза.
— Привет, — неуверенно произнесла Вася.
Они почти не пересекались на уроках, встречаясь только на поточных лекциях. И даже факультативов у них общих не было, так что знакомство было несколько поверхностным. Но и не поздороваться Вася не могла, ведь это просто неприлично.
— Привет, — слабо улыбнулся Коля. — Есть у кого-нибудь успокоительное с собой?
Вася вытащила из сумки небольшой флакон. Артефактный аксессуар позволял носить множество самых странных вещей. Успокоительное зелье было не самым неожиданным.
— Что случилось? — обеспокоенно спросила Вася.
— Марина Солнцева была моей соседкой по комнате, — всхлипнула девушка. — Нас двое девочек в группе было.
Она опрокинула содержимое флакона так, будто там был чистый спирт, и только тогда продолжила:
— Спасибо. Меня, кстати, зовут Инна. Инна Крузе. Я староста второго курса.
Все представились, пожали руки, тут же завязалось обсуждение произошедшего.
— Мы с ней частенько ругались. Но это все темперамент, — вздохнула Инна. — Маринка хорошая, хотя и с причудами. Она — природный легилимент. Ее многие недолюбливали, но не настолько же.
— Легилимент? — уточнила Эля.
Редкий дар. Тем более, если он проявляется с самого детства. И сейчас Эля все пыталась понять, почему она не знает никаких Солнцевых.
— Полукровка, — грустно улыбнулась Инна. — Фамилия отцовская, а он — маглорожденный.
Эля удивленно уставилась на новую знакомую, а та хмыкнула и объяснила:
— Все аристократы начинают вспоминать, что это за Солнцевы. Но нет, за ней сильного рода нет. Обычная она. И поэтому я не понимаю, за что так. И как… А если я следующая?
— Инна, перестань, — попросил Коля. — Все хорошо будет.
Он коснулся ее плеча и девушка снова всхлипнула. Неловко попрощавшись, первая группа пошла к общежитию. Эля, скорее по привычке, пояснила:
— Крузе — артефакторы-ювелиры. У них магазины почти во всех магических городах. Амулеты простейшие, но зато востребованные.
— И красивые, — добавила Вася. — Они встречаются. Ну так, если кого смутило их слишком малое расстояние между ними. Коле семнадцать через месяц, тогда и помолвка будет объявлена. Он мне сам рассказывал.
— С чего это такие откровения с его стороны? — сощурился Богдан.
— Я их под нашими окнами целующимися застала, — широко улыбнулась Вася. — Хотела пошутить: типа шантаж. Ну он мне разом все это и выдал. Шутка не удалась.
***
Никого из первой группы в итоге не опрашивали. Зато многих других учеников приглашали на разговор со следователем, откуда все выходили с потерянным выражением на лице.
— Ответственный за расследование — Резников Жизнедар, — охотно объяснила Вася за обедом. — В аврорской среде у него кличка “Жизнетяг”. Способен вынести мозг, не повышая голос и без каких-либо угроз. Видимо, решили сразу пригласить лучшего, чтобы потом снова не допрашивать школьников.
— Почему не использовать легилимента или сыворотку правды? — поморщилась Катя. — Предположим, сыворотка имеет кучу осложнений, да и дозировку подобрать сложно. А легилименты?
— Кто-то вроде нашего Макса за пару минут будет знать о человеке вообще все. Абсолютно, — объяснил Богдан. — А если человек не виновен? А если тот, кто ведет допрос, затем использует информацию против подозреваемого? Легилимента приглашают только в самых крайних случаях.
Вася продолжила, все равно еда на столах еще не появилась:
— Скорее, лишь по личному согласию. На службе в аврорате даже штатной должности легилимента нет. Если кого-то подозревают, то скорее допросят с сывороткой правды. Иногда молодые девушки добровольно соглашаются на легилимента, а остальные предпочитают рискнуть здоровьем, но сохранить грязные секретики.