Скворцы и Проклятые самоцветы (СИ)

Катя кивнула. Одно из самых известных последствий сыворотки правды — женское бесплодие. Процент такого осложнения невелик, но боятся его больше, чем временного паралича и расстройства сна. Последние, по крайней мере, проходят со временем.
— А откуда ты знаешь, что работает Жизнетяг? — спросил Ратмир. — Нам не оглашали состав следственного комитета.
— У меня большие связи, — улыбнулась Вася, с наслаждением вдыхая запах утки по-китайски.
Как и любой анимаг, она переняла часть особенностей своей звериной ипостаси. Обоняние и слух стали лучше, хотя до возможностей Богдана ей далеко. Но запах пряной пищи ей особенно нравился. А восточная кухня всегда просто невероятно вкусно пахнет.
— Как твои связи могут быть лучше, чем мои? — удивился Богдан.
Его отец сейчас возглавляет аврорат, так что связи у Волкова и правда невероятны. Но Вася в ответ расхохоталась:
— Мои братья пишут мне как минимум раз в неделю. И Жизнетяг — начальник моего среднего братца. Кирилл, увы, в оперативную группу не вошел и сидит за бумагами в Москве. Вот и жаловался.
— За бумагами? — удивился Богдан. — Обычно это за провинность.
Вася снова улыбнулась:
— Да, за провинность. Он на последнем оперативном задании побежал за преступником по крышам магического квартала в Петербурге и упал во внутренний двор салона красоты. Очень дорогого салона. В Императорские Купальни.
За столом тут же начали смеяться. Пока остальные боролись со смехом, Ярослав спокойно объяснил Кате, что Императорские Купальни — бывшие женские бани, а сейчас практически магический спа-салон. Представляет собой нечто вроде закрытого клуба, куда могут попасть только очень богатые аристократки, проживающие в окрестностях Петербурга.
— В общем, там по внутреннему дворику прогуливаются леди в одних шелковых пеньюарах, а тут прямо в декоративный водопад у стены падает преступник в обнимку с Кириллом. Преступника-то в тюрьму, а Кирилла в офис отчеты писать. Чтобы в следующий раз падал в нужную сторону, — рассказала Вася.
— То есть на улицу, а не во внутренний двор? — смеясь, уточнил Богдан.
— Именно. Потому что настоящий аврор должен уметь падать в правильную сторону, — подтвердила Вася.
В столовой всегда было довольно шумно. Здесь и школьники, и магистранты, за обедом появлялись и учителя. Часть преподавателей проживали не в Колдовстворце, поэтому ужинали они уже дома, а вот дневной прием пищи был самым шумным событием. Перерыв на обед — полтора часа, все это время народ приходил и уходил, люди за столами разговаривали и смеялись, вкусно пахло едой. Ставить чары против подслушивания за обедом считалась некультурным. Вроде как за едой принято говорить только о приятном, а приятное от посторонних не скрывают. Этот коктейль общественной столовой и изысканного ресторана казался странно гармоничным. Здесь вообще многое выглядело именно так.
Здания, обстановка комнат — все это было шикарным. Но при этом подростки остаются подростками, и никакие аристократические требования не способны это изменить. Здесь, как и в любой школе, громко смеются, бесятся на переменах, носятся по коридорам, и все так же учителя требуют: “Громко не смеяться, не беситься, не носиться!”. И все так же замолкают на полминутки, дожидаются, пока учитель исчезнет за углом, и так же продолжают делать то же самое.
— Как думаете, что это за проклятье? — спросила Вася. — Обе девочки воспитаны в магических традициях, навести проклятье через волосы или кровь было бы сложно.
— Это бесполезный разговор, — недовольно заметил Ратмир. — Потому что даже полная оперативная группа авроров с криминалистами не смогли определить способ наложения проклятья, а ты хочешь вычислить убийцу просто теоретически?
— Ну а почему нет? — пожала плечами Вася, потянувшись за компотом в высоком хрустальном бокале. — У нас из семи человек трое собираются в аврорат, один на криминалиста, а еще есть один потенциальный начальник всех и вся.
— Спасибо, — недовольно буркнул Макс. — Но нет гарантий, что я займу места отца.
 
— Не важно, — тряхнула головой Вася. — Давайте хоть порассуждаем.
— Любое зелье начинает действовать сразу, — произнесла Эля. — Она должна была выпить или втереть что-то в кожу незадолго до случившегося.
Эля расправилась с супом, поэтому осторожно промокнула губы салфеткой и потянулась за меню — выбрать второе блюдо.
— А еще зелье могли на нее брызнуть, — ворчливо заметил Ратмир. — И всех, кто хотя бы ходил в одном коридоре с Солнцевой, уже сто раз опросили. И передача проклятья через артефакт — тоже отпадает. Просто потому что от артефакта шел бы сильный магический фон. Остается только наведенное, но и это невозможно. Обсудили?
Вася недовольно посмотрела на Ратмира:
— А что ты злой такой сегодня?
— У них старший наследник отказался от права наследования, — хихикнул Богдан. — Наш Ратмир из четвертого стал третьим. А если учесть кто сейчас второй…
Вася сочувственно посмотрела на Ратмира, тот в ответ лишь недовольно поморщился. В аристократических семьях редко воспитывали только одного наследника. Справедливо опасались форс-мажорных обстоятельств. Болезни, убийства, побеги из дома — все это не единожды становилось причиной вынужденной замены. А хороший глава рода должен с самого детства готовиться к своей должности. Появилась традиция давать одинаковое образование трем-четырем парням. Обычно это сыновья и племянники главы Рода, но по-настоящему муштровали только старшего. Первого наследника.
Отец Ратмира был родным братом сегодняшнего главы рода Новгородцевых. И даже в своей семье Ратмир был не самым старшим: у него был брат Остромир. Вот только у Остромира Новгородцева даже прозвище было: Непутевый. Повеса, бабник, он лишь чудом закончил обучение и сейчас прожигает свое собственное наследство. Поэтому, если что случится со вторым сыном главы Новгородцевых, Ратмиру придется принимать на себя обязанности Наследника.
Но обучение предполагало, в большей степени, изучение правил, законов, знакомство с делами рода. Свободы у “запасных” наследников всегда было больше, чем у старшего из них. Ратмир не бывал на аристократических вечерах для детей, не учился в Китеже, не знакомился лично со всеми деловыми партнерами. На самом деле, мало кто вообще в шестнадцать лет мечтает реально наследовать род. Проблем от этого больше, чем привилегий.
— Концентрируйся на позитивном, — посоветовала Эля. — Например: твой рейтинг в списке лучших женихов Колдовстворца стал еще выше. Скоро девчонки сами начнут тебя на свидания приглашать.
Все снова засмеялись, лишь Ратмир недовольно посмотрел на Элю. Дядя уже прислал письмо, требуя племянника подналечь на экономику. Впору тратить свое состояние, чтобы накупить побольше амулетов для Славомира Новгородцева, нынешнего наследника. И охрану нанять, чтобы уж наверняка.
========== Глава 8. Страшные сказки о любви ==========
Вечерами, после уроков и факультативов, многие продолжали учиться. Кого-то за уши не оттащишь от лаборатории, кто-то в огромной пятиэтажной библиотеке ориентируется лучше, чем в собственном доме, а кто-то по вечерам проводит индивидуальные тренировки в спортзалах. Спортивный корпус — одно из самых крупных строений на территории Колдовстворца, и залов для тренировок внутри несколько. Можно под запись зарезервировать себе один из них на вечер, когда уроки там окончены. Вася тренировалась со старым знакомым – Нариманом Темировым. Он учится на третьем курсе, и учителем был по-настоящему эксклюзивным. Васе бы не удалось получить от него даже нескольких уроков, если бы не Дильназ.
 
Дильназ — бывшая одноклассница Васи, младшая сестра Наримана и невеста Тимофея, младшего из братьев Рудецких. Когда-то Вася защищала скромную девочку от шуток одноклассников, тогда им было всего-то по одиннадцать. Но Дильназ рассказала старшему брату о замечательной девчонке, за что Рудецкая и получила эксклюзивное право обучаться китайскому магическому стилю боя. Нариман и сам бы далеко не экспертом, но посторонних этому попросту не обучают, а у Темирова были свои связи в Китае.