Скворцы и Проклятые самоцветы (СИ)
Макс вроде и хотел бы возразить, но было как-то боязно. Нет, не за себя. И возражать он хотел вовсе не тому, что его старушка запрягла печку топить. Просто его жутко беспокоила судьба Васи. Но он покорно уложил ее на широкую лавку. Поверх досок там лежал тоненький матрас веселенькой цветочной расцветки, а под голову он ей положил одну из думок – небольших подушек с искусной вышивкой.
За указанной дверью оказался склад. Тут и дрова, и пучки трав под потолком, и какие-то коробки на полу, и вполне сказочная ступа, в которой, по легенде, летает Яга. Сколько дров нужно, чтобы затопить русскую печь? Макс не знал. Видел примерное устройство печи и принцип ее работы – все же народное наследие, но вот топить ее ему не приходилось. Поэтому он просто набрал побольше поленьев – сколько смог унести. Когда зашел обратно в большую комнату, Яга уже суетилась у печки. На соседней с Васей лавке лежала и Мирослава. Обе – бледные, словно спят.
– Давай сюда бревна. Да не жалей ты их, пихай сильнее! – командовала Яга опешившему Максу. – Вот так. Гори огонь!
После последней ее фразы бревна разом вспыхнули, что заставило Макса даже отшатнуться. Задвижка тут же была захлопнута, а в доме буквально сразу стало теплее. Бойкая старушка же пихнула Максу в руки бидон – по виду тоже магловский, с советским Винни-Пухом на боку.
– Сходи за водой. Черныш тебя проводит. Эй, Черныш! Своди княжича за водой!
С печи спрыгнул огромный черный кот, и тут Макс уже не выдержал:
– Объясните мне уже, что происходит? С Васей все в порядке?
– Не беги вперед телеги! – сердито буркнула Яга. – Стала бы я их оттуда тягать, если бы спасти не могла? Давай, топай за водой. Нужно зелье сварить, а магловская вода не подойдет.
И Яга кивнула в сторону двери. Бойлер с водой, что стоял у дверей, и правда был вполне магловский, пусть и самый простой, без подогрева и охлаждения, до безобразия лишний в этой комнате с печкой, лавками и старухой-Ягой.
– Давай, давай. Не стой столбом, иди за водой.
Макс, еще раз оглянувшись на Ягу, пошел к двери за котом. Спускаясь по лестнице вниз, он поразился, в насколько бредовую ситуацию попал. Находится в мире Навь, идет за черным котом, чтобы набрать воды и сварить какое-то зелье. В доме Яги. Том самом, с куриными ногами.
За водой пришлось идти через густой туман, в котором едва различался хвост ученого кота. Впрочем, родник оказался недалеко от избушки. Небольшая каменная сопка, из-под нее течет тонкий ручеек. Макс приставил бидон к дырке между двух валунов. Вскоре бидон бы полон, а огромный кот, встав на задние лапы, требовательно мяукнул Максу.
– Тебя на руки? – на удивление легко понял животное Воронцов.
Кот снова мяукнул и боднул его головой в колено. Макс, снова удивляясь странности ситуации, взял тяжелую животинку на руки, поднял с земли бидон и побрел обратно к избушке. Благо, маг разума не заблудится. Даже сквозь сплошной туман он мог безошибочно угадать нужное направление.
Избушка по-прежнему сидела на попе (полу?), не показывая свои куриные ноги. Внутри стало жарко. Невероятным образом за те пятнадцать минут, что Макс ходил за водой, печка растопилась просто до невероятной температуры.
– Наконец-то! – ворчливо поприветствовала Макса Яга. – Ходишь медленнее хромой старушки. Давай сюда воду. Лей-лей, не жалей!
Вода вылилась в замазанный сажей котелок, куда тотчас полетели всякие травы. Причем даже не нарезанные – целыми пучками, горсти ягод, целое яблоко, а в довершение странного рецепта Яга еще и сыпанула туда половину сахарницы. Макс обеспокоенно смотрел на это безобразие – это вообще зелье? С сахаром?
– Открой мне затворку! – потребовала Яга.
Макс послушно подбежал к печи, нацепил на руку перчатку и открыл дверцу. Яга, ловко подцепив котелок ухватом, отправила его внутрь. Макс закрыл створку и уставился на Ягу. До этого он даже и не рассмотрел ее толком. В легендах пишут, что это страшная старуха. Но нет, самая обычная старушка. Морщинистое лицо, тонкие губы, седые пушистые волосы торчат из-под повязанной косынки. Разве что нос – длинный и немного крючком, но это явно просто семейная черта. У Мирославы нос пока не крючком, но точно длинный и тонкий. А вот одета Яга совсем не как страшная старуха-некромантка, и это явно не тот образ, что создает Навь, когда ты попадаешь в этот мир. На голове – яркая косынка. На красном фоне радостно скалятся магловские черепа в пиратских шляпах. Сама старушка в цветастой ситцевой юбке, белой вышитой блузе – чуть ли не единственный этнический элемент в ее облике, на поясе повязана магловская шаль, а на плечах – вязаная безрукавка. И домашние тапки с розочками. Как обычная деревенская бабуля из магловского кино, за исключением разве что косынки. Заметив взгляд Макса, старушка весело пояснила:
– Правнучки подарили косынку. Крутая, да? Что так смотришь на меня? Мне уже сто пятьдесят с лишним лет, но это не значит, что чувство юмора у меня уже умерло. Садись за стол, княжич. Тебя Томка сюда отправила?
Макс кивнул, и уже раскрыл рот, чтобы спросить: что будет с Васей, но успел лишь бестолково акнуть. Яга его прервала:
– Да нормально все с ними будет. Сейчас отварчиком напою, они оклемаются и вы вместе в Явь вернетесь. Только тебе их тащить придется. Сдюжишь? Вот и молодец. Тебя как зовут-то, Воронцов?
– Макс…имилиан, - запнулся он на своем имени.
– Как будто не могли Володькой назвать, – покачала головой Яга. – Что за имя? Да не отвечай ты, это я так, возмущаюсь. И мои туда же. Эх, молодежь. Чай будешь? У меня мед есть. Липовый. Нет? Еще есть настоечка вишневая, а? Что? Зато какое достижение: с Ягой в Нави настойку пил. Нет? Ну и дурак.
Макс пораженно смотрел за перемещениями Яги по комнате. Несмотря на то, что он отказался от чая, перед ним на стол выставили деревянную кружку, откуда сладко пахло травами и медом, а в руки пихнули кусок хлеба. Вторую часть этого куска держала Яга. Макс все понял без уточнений. Наклонил голову, кланяясь, а потом принялся есть. Разделить вместе хлеб и воду – это как дать гарантии о ненападении. Такой мирный договор. Хлеб может быть сдобной булкой, а вода – чаем или даже водкой, главное вместе съесть это за одним столом. Хлеб пришлось дожевывать, хотя кусок буквально в горло не лез. Макс жутко волновался.
– Че приуныл, княжич? Неужто влюблен? Что, правда?
– Не влюблен, – качнул головой Макс. – Люблю.
– Молод ты еще такими словами разбрасываться, – легкомысленно махнула на него рукой Яга. – Еще столько раз влюбляться будешь.
– Не буду, – честно признался Макс.
Толку что-то скрывать, если он буквально сидит в гостях у самой могущественной из всех женщин?
– С чего это? – недоверчиво возмутилась Яга. – Можно подумать, княжеская кровь тебя делает не-человеком.
– А волчье проклятье делает мужчин моего рода однолюбами, – просто ответил Макс.
Он уже не смотрел на Ягу. Он отсчитывал минуты в Нави. Прошло уже полчаса. Он сам может находиться здесь до восьми часов, а Вася? Она зашла раньше, как минимум на полчаса – он примерно столько добирался от мужского общежития до комнаты Тамары. Все будет нормально? С ней ничего не случится? То, что она читала заклятье и попала под проклятье, никак не скажется на ее разуме? Смутьянова говорила, что можно защитить разум другого человека в Нави. Но не учила этому. Как это делается? Магия разума – логична и понятна, он вполне сможет и сам придумать как можно сделать это.
– Эй! Земля говорит Космосу, – тряхнула его за плечо Яга. – Так что, проклятье Волковых на вас перекинулось?
– Да, – ответил Макс и тут же спросил: – С ними точно все в порядке будет? Сколько Вася может в Нави находится?
– Успокойся. И за сутки с ней ничего не случится, – отмахнулась старушка. – Насчет проклятья-то…
Макс обернулся к ней:
– Этим летом будет ровно четыреста сорок четыре года с того дня, как наложили проклятье на Волковых. Неужели мы за это время могли бы не заметить, что любим лишь единожды?