Немая смерть (СИ)

Зато подработку взяли. Бинсо, попутная посылка, представляющая собой запечатанный свиток с вещичками. Приработок генинам, на булавки чунинам.
Возжелавший обеспечить охрану себе и своим людям Такеда Аки-доно принадлежал к знатному самурайскому роду, чья древность несколько превосходила его финансовые возможности. Бедняками Такеда не были, упаси ками, просто дальше границ провинции их влияние не распространялось. Вот с целью исправить исторически сложившуюся несправедливость, Аки-доно намеревался купить кусок земли поблизости от Куромо, чтобы построить там поместье, обзавестись связями с местными предводителями, удачно пристроить дочку и всё в таком духе. Относительная близость столицы тоже влияла на принятое решение.
Несколько необычно видеть самурая, нанимающего шиноби для защиты себя, любимого. Обычно для детишек сопровождение заказывают или для жен.
— Так оно и есть, Кушина-химе-сама, — с поклоном ответил тот. — Однако с тех пор, как во время одной из поездок я потерял половину слуг в бою с нукенином Ивы, мой взгляд на некоторые вещи изменился.
— В Кейши многие бы не согласились с вами, — заметила я.
— Нам, скромным провинциалам, далеко до возвышенных устремлений приближенных к Пурпурному Трону, — снова поклонился мужчина, пожав плечами.
Чувствовал он себя не в своей тарелке. По социальному статусу шиноби как бы стояли вне сословной лестницы, в силу чего наши отношения с правящими классами отличались изрядной запутанностью. Тем не менее, будучи принцессой великого клана, я имела право на всякие занимательные привилегии вроде личной аудиенции у даймё или свободного доступа во дворец правителя, то есть фактически приравнивалась к членам знатнейших аристократических фамилий. Иными словами, находилась намного выше «скромного самурая», согласно заключенному договору считавшегося моим временным господином.
В общем, отдавать приказы он мне избегал и общался, используя исключительно вежливые формы речи. Бедняга.
— Вы могли бы заказать миссию в представительстве Конохагакуре, почему же обратились к нам? Не поймите неправильно, мне просто интересны мотивы.
— Репутация Узумаки ичизоку высока, словно небо, и столь же чиста, — опять поклон. — Неизвестны мне случаи, когда великий клан подводил заказчиков. Не могу сказать то же про шиноби Листа — месяц назад нанятая моим соседом команда не справилась с заданием. Другой сосед полгода назад жаловался, что нанятые им шиноби Конохагакуре не смогли ликвидировать бесчинствовавшую на его землях банду. Правда, ему бесплатно предоставили вторую команду, и вот они с заданием справились. Поэтому я предпочту заплатить подороже, зато нанять хороших специалистов.
— Дорого, но мило, дешево, да гнило?
— Прекрасно сказано, Кушина-химе-сама.
— Тем не менее, Лист не знает недостатка в заказах.
— Купцы слабо разбираются в воинских делах, — с презрением фыркнул самурай. — Они смотрят только на цену.
Аки-доно принадлежал к моему любимому типу клиентов. К советам прислушивался (возможно, даже слишком внимательно), показать собственную значимость не пытался, обоз под его командованием шел ходко, нигде не задерживаясь. Ну так всего четыре крытых фургона и десяток телег с вещичками, для феодала со свитой это редкостный минимализм на грани жесткой аскезы. Повозками управляли слуги, воины ехали верхом на лошадях и с привычным удивлением поглядывали на идущих рядом шиноби. Генины двигались вроде бы нешироким шагом, без малейших признаков усталости, не торопясь, однако уверенно держали общий темп и отставать не собирались.
Мы с Сачико-чан шли в середине колонны, мальчишки с клонами спереди и сзади, меняясь после каждого привала. Поднятая колесами и копытами пыль — гадость редкая, проникает даже сквозь барьеры. Детишки с тоской вспоминали первую часть путешествия, проходившую по воде, на принадлежащей роду Такэда барже, где нам выделили целых две каюты и трижды в день кормили изысканной пищей. В принципе, неплохо кормили и сейчас, но с корабельными вкусняшками сваренную на привале кашу не сравнить.
 
Лично мне поездка на барже тоже понравилась, но по другой причине. Речка широкая, прямая, скрытых от сенсорики лакун почти нет, следовательно, мест для засады тоже не особо много. Нет, конечно, профессионала трудности не остановят, он найдёт способ хотя бы дальнобойной техникой с берега долбануть, ну так для того печати и существуют. Превратить корабль в плавучую крепость любой мастер Узумаки сумеет. Намного меньше порадовал порт, в котором мы сходили на берег — большой, людный, круглые сутки переваливающий с кораблей и на корабли десятки тонн товаров. Придется организовывать собственную пристань, в толпе может случиться всё, что угодно…
Чтобы не терять время даром, я старалась занять учеников тренировками или давала теорию. Проще всего было с Сачико-чан — показала ей пару сенсорных техник и время от времени проверяла исполнение. Когда чакра у девочки заканчивалась, рассказывала ей о марионеточниках Суны, больших любителях швыряться чем-нибудь ядовитым. Она слушала и мотала на несуществующий ус. Намного сложнее пришлось с мальчишками, потому что они, как и все молодые Узумаки, обладали гигантских размеров шилом в заднице и постоянно отвлекались на что-то интересное. Наконец, мне это надоело, я наложила на каждого подавляющую работу очага печать (временную, конечно же), нагрузила их бревнышками и заставила так бежать. Не хотите работать головой, будете работать ногами.
В целом, путешествие проходило спокойно, за всё время пути случился только один инцидент. Точнее говоря, не случился.
Мы остановились на ночлег. Тракт являлся довольно старым и «обжитым», даже в тех местах, где по каким-то причинам не стояли гостиницы или постоялые дворы, находились особые площадки с благоустроенными кострищами, родничками и обязательными часовенками богов-покровителей дороги. Вот на такой площадке мы и заночевали. Перед рассветом я встала, тихо покинула повозку, не разбудив попутчиков, убедилась, что Хироши не спит, а бдит на посту, и тихо углубилась в лес.
Не столько движение, сколько смутное ощущение чужого присутствия заставило меня обернуться и вопрошающе склонить голову.
— Прошу прощения, Кушина-сама, — шиноби, одетый в форму Глубины, глубоко склонился, прижав правую руку к сердцу. — Мы заметили впереди отряд разбойников. Тридцать два человека, у одного чакра на уровне генина, вооружены копьями, ножами и луками. Прикажете устранить?
Не считая нас, под командованием Аки-доно десяток воинов, из них трое с хорошо развитым очагом, и полтора десятка слуг с ножами и в способных задержать скользящий удар стеганках. Так что я покачала головой, отказываясь.
— Слушаюсь, Кушина-сама.
На первых миссиях генинов стараются не допускать до схваток, неважно, с каким противником. Щенят к крови приучают постепенно. Поэтому, если завтра увижу, что бандиты собираются напасть, шугану их техникой, не доводя до драки. Только сомневаюсь я, что они нападут — ну не идиот же их предводитель? С десятком обычных бандюганов воин средней руки расправится играючи, и все это знают.
Нападения действительно не последовало. Впрочем, провалившаяся засада тоже принесла пользу, позволив проверить наблюдательность Сачико-чан. Девочка заметила выставленных бандой постовых, это ей в плюс, однако не обратила на них внимания, что минус. Ну стоят два парня в стороне от дороги и сидят, подумаешь. Опыта ей не хватает.
Одним словом, путь до Куромо приятно поразил тишиной и спокойствием, насколько вообще возможна тишина в обществе трех любопытных подростков, впервые выбравшихся за пределы деревни. Там Аки-доно с облегчением распрощался с нами, всё-таки его здорово напрягало моё общество, и наша команда легкой трусцой направилась на юг, в Гетсу.
 
— Почему мы не используем воздушные суда?
Иногда мне кажется, что общение со мной Кейтаро-саму забавляет. Проскальзывает в его тоне нечто снисходительно-дружелюбное, словно у взрослого, глядящего на попытки ребенка казаться серьёзным. Ну, если учитывать его меру ответственности за принимаемые решения и мою, то сравнение вполне корректно.