Купец. Поморский авантюрист (СИ)

Впрочем, как бы ни шептались купчики, но нет-нет, а голос повышали. Да и Митька слухом обладал отменным, поэтому слышал все сказанное, пусть и не с начала. Сейчас вот купцы смеялись, особенно усердствовал тот самый пузач Иван, знать бы с чего. Что такого смешного сказано было?
Купец хотел сказать что-то еще, но в этот момент рыжий заприметил Митьку в дверях. Он внушительно кашлянул, кивком указывая Ивану на то, чтобы тот обернулся. Пузач замолчал, обернулся, увидел Митьку в дверном проеме.
— Капитан!
— Угу…
— Не думали, что ты так скоро.
Купец расплылся в дружелюбной улыбке.
Митька ответил тем же, хотя пришлось немало постараться, чтобы улыбка это не выглядела фальшивой и не выдала беспокойство. Беспокоиться, право, было, о чем — хотелось до конца дослушать прерванный разговор. А что пузач Иван не договорил, у Митьки сомнений не было. Однако, ясное дело, разговаривать при нем никто не будет.
— Так думать особо не о чем, вот и разговор складный получился, — ответил Митька.
— Складный, говорите? И что же надумали? — спросил рыжий.
— Что решили? — не выдержал Иван, повторил вопрос.
— Переговорили. Я предложение ваше передал. Все с ним согласные. Торг с вами, купчики, вести будем. Решили единогласно, — ответил Митька, стараясь говорить так, чтобы его слова звучали непринужденно.
— Любо, — внушительно кивнул Иван.
— Детали бы выслушать вашего предложения, — ввернул Митька.
— Это запросто, детали мы обговорим.
— А почему так решили, любезные? — встрял рыжий. — Почему с нами торговать, а не…
Рыжий купец не успел договорить, как ему в бок впечатался незаметный, но от этого не менее чувствительный удар от пузача Ивана.
— Ой…
Не договорив, рыжий запнулся и замолчал. Внушение оказалось более чем действенным.
Митька встретился с глазами с Иваном, который в очередной раз расплылся в обезоруживающей улыбке. Покосился на рыжего, потирающего бок. Наверное, на вопрос все же стоило ответить. Пусть пузач и дал четко понять, что ответа не ждет, но недомолвок быть не должно. По крайней мере, настолько, насколько это представлялось возможным сейчас.
— Я отвечу, — мягко сказал Митька. — Мы в Русь приехали не с пустыми руками, а с товаром. Делом заниматься. Торг вести из Англии. Вы же люди деловые, оно сразу видно. Из тех, что торг наш на Руси наладить помогут, организовать.
Иван явно удовлетворился ответом, что отчетливо читалось по его самодовольной роже. Митька не стал развивать тему, поэтому тут же переключил ее:
— Что там по торгу-то? Расскажете?
— Расскажем, уважаемый капитан, — живо согласился пузач и указал на стол, на которым совсем недавно «сидел» труп одного из членов экипажа. — Присядем? Как ведь на Руси у нас говорят — в ногах правды нет. Присядем и потолкуем как следует.
Он указал на скамью вполне хозяйским жестом, как будто это он, Иван, был капитаном «Доброй Надежды». Не то чтобы Митьку это зацепило, ведь англичанином он на самом деле не был. Но вот Иван вроде как за такового Митьку принимал, поэтому следовало насторожиться — так себе «гостеприимство». Разумеется, от предложения присесть Митька не отказался. Сел, положил руки на стол, дождался, пока Иван сядет напротив. Остальные купцы остались стоять, включая проныру рыжего.
С минуту сидели молча, смотря на друг друга, будто не зная, с чего начать. Митька не торопился, ждал, когда Иван выскажет свое предложение.
— Чего твои люди в каюту-то не воротились? — наконец спросил пузач, подбираясь издалека.
— Чего-то худо им, решили свежим воздухом подышать. — Митька соврал, но соврал лишь отчасти. Рыбакам действительно было дурно, но скорее от всей ситуации, чем от удушливости в каюте. К этому моменту помещение вполне проветрилось. — Ну так моего слова хватит, поэтому слушаю, давай к делу ближе. Повторю, я человек новый на Руси и помощью в торговых делах не погнушаюсь. Со своей стороны отблагодарю.
Митька, конечно, помнил, как делались торговые дела при отце в Пскове, и мотал на ус. Сейчас знания от былых лет никуда не ушли. Однако за то время, что отец Митьки был не у дел, многое могло измениться. Да и знания его были каплей в море, тут тоже не стоило кривить душой. Все, чем они могли сейчас помочь, — не потеряться и не растеряться в потоке новой информации, которая могла свалиться на него в этот день. Он уселся поудобней, поставил локти на стол и приготовился слушать пузача.
 
— Да, к делу, — спохватился купец, в свою очередь усаживаясь поудобнее. — Правда, сейчас говорить-то особо не о чем, капитан. Я человек из общины купеческой, от нашей Ивановской, в Новгороде торг веду и в рядах ее состою не первый год. Хотя, что я вам говорю, у вас ведь оно в Англии наверняка так же?
— Так, так.
Митька понятия не имел, как все устроено в Англии, но не заострять же на этом внимание, проще согласиться. Хочет Иван общины английские — будут.
— Так вот, действуя от лица общины, ее интересы представляя, я предлагаю всем нам немедленно выехать в Новгород, а там и решим.
— Так, — протянул Митька, делая вид, что взвешивает слова Ивана.
— Вы ж, капитан, понимаете, мы там в Новгороде с нужными людьми повидаемся. Пир устроим, о делах поговорим и о торге договоримся, — спокойно выдал весь расклад купец.
— Ой ли? — Митька приподнял бровь. — А если эти нужные люди дел не захотят со мной иметь? Зря, что ли, поедем в ваш Новгород?
Иван от этого вопроса аж подобрался, пытаясь понять, где сболтнул что-то не то. На самом деле вопрос был больно неудобный, с какой стороны ни глянь.
— Ну так вопрос точно ставить не следует, — фальшиво хохотнул он. — Захотят. Кто ж в своем уме-разуме от торга с купчиком немецким откажется? Мало что благословенного Царем вашим. Тут, капитан, беспокоиться не о чем, гарантирую, слово купеческое даю.
— Мало ли, — пожал плечами Митька. — Оно ведь по-разному бывает. Я больше на бережке привык договариваться.
— Бывает, но потому говорю, капитан… — Иван чуть подался вперед, переходя на шепот. — Ладно бы дело не государственное…
— Государственное, как есть, правильно подмечаешь, Иван, — согласился Митька и уверенно, чтобы у купца не возникло сомнений, добавил: — Самому Иоанну Васильевичу везем товар ко двору.
Ивану явно по душе пришлось данное заверение. Он положил руки на столешницу, провел туда-сюда ладонями, будто вытирая пыль, а на самом деле собираясь духом. Вновь взглянул на Митьку.
— Грамотка, где оная? — изрек он. — Та самая, что для Иоанна Васильевича уготована?
Митька не сдержался — поперхнулся да кашлянул в кулак, настолько неожиданными пришлись слова купца. Грамота… а вот грамотки оной у него и не было. Разумеется, что посольство из Англии, тем более при поддержке монаршеской особы, не могло явиться ко двору русского Царя без должного документа. Следовало срочно выходить из положения. Митька насупился, подался вперед, приподнимаясь над столом, и строго посмотрел на купца.
— Ты уж извини, любезный, не твое это дело, грамоткой оной интересоваться, — сказал он.
Купец выдержал, взгляда не отвел.
— Точно… — протянул он. — Не мое. Не моего ума дело, знаете, как у нас на Руси говорится. По грамотке вы, небось, в Новгороде обсудите?
— Разберемся, — не смягчая тон, ответил Митька, но расслабился, уселся обратно на скамью, показывая, что остался удовлетворенным ответом. — Как до Новгорода доберемся, там и видно будет.
— Мое дело маленькое, — продолжил Иван. — Вас сопроводить, так сказать, доставить в целостности и сохранности.
— Доставите?
— Это мы можем.
— Вот и сговорились.
 
Купец смотрел на Митьку, улыбаясь своей довольной ушлой рожей. Крепко ухватился, бесеныш. Согласится на все что угодно. Так сладко талдычит про «маленькое дело», что и поверишь. Если пузач сунулся в Поморскую землю, так это еще не значит, что денег у него нет. На рыбе деньжищи подымают будь здоров. Накручивают в разы.
— Э-э… Достопочтенный капитан имя свое не вспомнил? — спросил Иван.