Ошибки богов. Тетралогия (СИ)

– Стоило завершить начатое! – рыкнула она. – Госпожа отлеживается после ночи, и мне никто не помешает прикончить тебя здесь и сейчас! С ней я сама потом разберусь!
Служанки только тихо пищали, не имея сил и смелости помешать ей, Я автоматически поднял руки, понимая, что от удара ее дубиной меня не защитил бы и доспех Думгая. Орчиха, оскалившись, подняла оружие, чтобы размазать меня по грязи, как вдруг сзади кто‑то решил вмешаться.
– Остынь, Шайса! – раздался голос, больше похожий на рычание льва. Орчиха замерла, едва услышала его. Повернувшись всем телом, будто заржавевший манекен, она, не веря своим ушам, переспросила:
– Что… Что ты сказал… Отец?!
– Я повторю один раз, Шайса! – прорычал тот же голос. – Оставь хуманса! Или, клянусь Горком и Морком, сломаю эти колодки! Я тебя породил – я тебя и убью! Не заставляй меня нарушать Обет!
На Бесстрашную было больно смотреть. Она мелко затряслась, выронила дубину и рухнула на колени, не обращая внимания, что грязь вокруг помоста смешалась с нечистотами.
– Отец… Отец… – пробормотала она, – но как же… Ведь это всего лишь несчастный хуманс, к тому же потерявший память!
– Это не просто хуманс, даже я чувствую это! – рявкнул голос. – Я, бывший вождь без магии, и то ощущаю силу его Духа! И сострадания у него больше, чем у кого‑либо в этом жалком замке!
Кое‑как подлечившись, я встал и с недоумением уставился на говорящего. Это был тот самый краснокожий Халк, который смотрел прямо на меня. Отец Бесстрашной?! Бывший вождь?! В колодках?!!
  
Глава 31 «Отсыпь на забив. – Пятнашка баксов, чувачок! Гони в лапу пятачок!»
 
– А ты далеко не так‑то прост! – кашляя, произнес я. Орк же почему‑то нахмурился и снова опустил голову. Через несколько секунд он все же ответил, но слова предназначались не мне:
– Спящий должен проснуться. Если сам не смог, то его нужно растолкать. Шайса!
– Да, отец! – встрепенулась замершая орчиха.
– Отведи его к шаману! – скорее приказала, чем попросила глыба из мускулов. – Спящий должен проснуться!
– Вы обо мне? – сплевывая кровавую слюну, переспросил я. Лечение работало гораздо медленнее, чем обычно. Но, все‑таки, лучше, чем совсем ничего. Но Халк больше ничего не сказал. Зато я ощутил на себе тяжелый взгляд Бесстрашной.
– Сейчас ты идешь со мной в замок, – нехотя роняя слова, сказала она, поигрывая дубиной. – Госпожа приказала доставить тебя к ней. А потом я отведу тебя к шаману. Все понятно, пацан?
Я кивнул.
– Что касается вас, – посмотрев в сторону служанок, добавила орчиха, – зайдите к кузнецу за заказом, а заодно проверьте поставки фермеров.
Сгорбившись и тяжело ступая, она молча пошла обратно в замок, не оставляя мне другого выхода, кроме как последовать за ней. Окинув напоследок взором настил с осужденными, я поймал устремленный на меня взгляд эльфийки. Кроме некоей надежды, там был изучающий интерес, словно я был редким мотыльком в недостижимой для нее коллекции. Махнув рукой, я двинулся за Бесстрашной.
И снова повстречались с Эммануэль. На этот раз девица вела себя совершенно иначе. Ступая ровно и высоко держа голову, она преградила Бесстрашной путь, словно имела на это полное и безоговорочное право. Впрочем, орчиха так не думала и попыталась обойти эльфийку, а когда это не вышло, то отодвинуть ее с пути. Но та, даром, что тщедушная на вид, а не подвинулась. Тогда Бесстрашная прибегла к последнему средству:
– Чего надо, блаженная? – угрюмо спросила она спортсменку, причем не предпринимая никаких угрожающих действий. Наверное, Эмма и в самом деле что‑то значила для Изольды.
– Пропусти меня к Избранному! – гордо заявила та. – Я должна выполнить пророчество! Мне предстоит стать Первой матерью будущего пророка, что освободит наш народ!
Мы с Бесстрашной выпали в осадок, переглянулись и одновременно заржали.
Орчиха, вытирая слезы умиления, все же нашла в себе силы задать вопрос, пока я валялся от хохота:
 
– То есть, я правильно поняла, – ты хочешь отдаться этому пацану во имя исполнения ваших пророчеств, залететь от него и родить?!
– В переводе на ваш грубый язык, все именно так и обстоит! – кивнула незаконнорожденная принцесса.
– Тогда становись в очередь! – уже серьезнее произнесла Бесстрашная, кивая мне, что шоу окончено. – Парень – собственность госпожи. Заявляешь на него права – иди к ней на поклон. Говорить больше не о чем.
Отодвинув с пути обескураженную эльфийку, мы продолжили путь.
Собственно, в замке ничего не изменилось. Изольда всего лишь хотела повторить массаж. Быстро управившись, я вышел в горницу, где был немедленно перехвачен орчихой.
– Идешь со мной! – не давая мне и слова вставить, выпалила она. Видно было, что ей самой хочется побыстрее избавиться от меня. Да и предстоящий поход к шаману ее не слишком радовал. – В лагере держись рядом. Никому не отвечай, ни на что не реагируй, смотри в землю. Да хранит нас Гор и Морк! – внезапно вздохнула она. – Не любят у нас вашего брата! Если что, готовься бежать! – Она злобно взглянула на меня. – Бежать быстро, если тебе дорога жизнь! За пределами лагеря тебя не тронут!
Так мы и вышли, сопровождаемые сочувственными взглядами местных к лагерю орков. Я послушно семенил рядом, стараясь смотреть под ноги.
Так мы и прошли в неохраняемый городок. Бесстрашная повела меня окольными путями, очевидно, выбирая безопасные пути. Но удача была не на нашей стороне, а, скорее всего, Тираниилу с Кето стало скучно. В общем, вынырнув из‑за очередной палатки, мы нос к носу столкнулись с группой скучавших краснокожих гигантов. Не успел я охнуть, как один из них сгреб меня, едва не переломав ребра, а другой заслонил приятеля с новой игрушкой от Бесстрашной.
– Куда‑то спешим, цыпочка? – нахально осведомился один из них, тот, который стоял между ней и остальными. – Мы тебя так редко видим, Шайси. Нехорошо! Как насчет поразвлечься со своими старыми приятелями, как в старые добрые времена?
– Уйди с дороги, Визгун, – рыкнула та. – Совсем из ума выжил? Или решил пойти против воли той, что приютила наше племя на свое земле?!
Сжимавший меня орк усилил нажим так, что я невольно застонал, чувствуя, как трещат ребра.
– Оставьте его! – рванулась орчиха. – Это трофей Твердыни!
– Было ваше – стало наше! – издевательски дразнился первый… и вдруг закряхтел и рухнул как подкошенный. Бесстрашная, не теряя ни секунды эффекта неожиданности, прямым в нос отключила моего и выхватила меня из его рук, словно куклу.
– Терпи! – приказала она, зажав меня под мышкой, и метким ударом ноги выбив колышки ближайшего шатра, обрушив его на головы оставшихся изумленных хулиганов. С места набрав приличную спринтерскую скорость, она помчалась через весь лагерь, уже не обращая внимания на попадавшихся навстречу орков, попросту сметая их со своего пути. Добежав до конца городка, она не снижая скорости, перемахнула через изгородь и понеслась к одинокому шатру, стоявшему на небольшом отдалении от лагеря.
Я не мог повернуть голову, но отлично слышал рев разъяренных громил, кинувшихся в погоню.
– «Если догонят, то разорвут в клочья!» – отрешенно думал я, практически прощаясь с жизнью. Способов защиты от орков у меня не было.
Внезапно Бесстрашная резко затормозила, без особой нежности бросая меня на землю. Когда небо оказалось сверху, а земля снизу, я увидел перед собой чьи‑то зеленые морщинистые ноги.
– Кого ты притащила сюда, дочь Отрекшегося? – раздался над головой чей‑то скрипучий голос. – Хуманс? Обыкновенный хуманс? И что там за крики?
 
– Отец послал его к вам, о Великий Зел’Нур! Говорит, это необычный хуманс! – прогудела Бесстрашная. Крики приближались.
Кто‑то схватил меня за длинные волосы, поднимая на ноги. Сколько раз я уже хотел подстричься?!
– Больно же, мать твою! – выкрикнул я в лицо… орку‑старичку. Реально, высохший древний дед, опиравшийся на клюку и, тем не менее, легко державший меня за кудри.