Другая сказка про Золушку (СИ)
– А Реджина?
– Король Ричард счел поступок своей супруги предательством и приговорил ее к смерти. Перед казнью мне удалось с ней встретиться и пообещать заботиться о ее потомках, сначала о дочери, потом о внуке, затем о правнучке. Мною руководило чувство вины, ведь королева, как ни крути, помогла мне отыскать сестру.
– Ясно, – усмехнулась я, чувствуя, как холод ползет по позвоночнику. – Предсмертное обещание. Ее казнили?
– А что говорится об этом в вашей версии истории? – ответил Эрик. – Скажем так, я сделал, что мог для ее спасения. Даже снял проклятье с Белоснежки. Осталось лишь одно условие – поцелуй вечной любви. Но и здесь все совпало идеально, красота принцессы с первого взгляда пленила сердце юного Ульриха, и они действительно в итоге образовали нерушимый союз.
– Это всегда должен быть поцелуй? – спросила я.
– Вовсе нет. Лорелея, например, пробудилась сама, когда пришло время. Но, возможно, если бы ее дракон нашелся раньше, кто знает…
Фей в задумчивости потер подбородок.
Значит, все это время он просто исполнял обещание, данное Реджине. Я должна была догадаться, что существует очень веская причина, почему герцог притворяется конюхом в захудалом баронстве.
– Как вы узнаете своих истинных? – в открытое окно ворвался ветер, взметнул занавески и погасил часть свечей. Я обхватила себя руками, хотя холодно не было, просто вся решимость улетучилась окончательно.
– По-разному, – крестный снова смотрел на меня. – Иногда это как вспышка осознания, а иногда долгая дружба, перерастающая в нечто большее.
Смею ли я надеяться?
– Спасибо, что рассказал мне, – мой голос прозвучал едва слышно. – Мне важно было это знать.
Так, наверное, будет легче принять расставание.
– Я ни о чем не жалею, – фей шагнул ко мне и встал так близко, что я могла слышать его дыхание. – Ни об одном дне, что провел в замке Кристофф.
Он сейчас скажет что угодно, лишь бы мне было легче. Но боль становилась лишь сильнее, распирала грудь и драла сердце острыми когтями.
– Элис, – он взял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза. – Почему ты плачешь?
А я плачу? Опять? О, Бездна! Щеки действительно мокрые, а глаза печет так, будто в них насыпали песку.
– Потому что, – мой голос дрожал. – Потому что я верила, что все это по-настоящему. Понимаешь? Думала, ты действительно мой крестный фей. До недавнего времени. Была уверена, что ты тот, кто всегда будет рядом. Ты был моим якорем, моей точкой опоры, лишь в тебе я никогда не сомневалась. Ты видел меня всякой, и ни разу не отвернулся, и я думала…
– Думала что? – подтолкнул меня он.
– Что ты останешься, Эрик. – слезы продолжали течь и крупными каплями падать на пол. Я некрасиво всхлипывала, но мне больше не хотелось отвернуться. Это же мой фей, он видел такое не раз.
– Интересно, что бы на это сказал принц, – хмыкнул мужчина.
– Да чего вы заладили все с этим принцем? – разозлилась я. – Понимаешь, один факт его происхождения не делает его идеальным. И если чтобы узнать это, мне нужна была личная встреча… Пойми, Эрик, наследник вовсе не тот, кого бы я хотела видеть рядом с собой.
– А кого бы ты хотела?
Хочет услышать четкое признание? Пожалуйста, я уже достаточно отчаялась, чтобы пойти на это.
– Тебя, Эрик, – выдохнула я. – И вовсе не потому, что ты герцог. Даже если бы ты был простым конюхом, мне было бы все равно. И знаешь…
– Знаю, – он склонился к моему лицу, и его губы встретились с моими.
Закрыв глаза, я с чувством сумасшедшей радости отдалась поцелую, почему-то уверенная, что он далеко не последний, и это только начало.
От Эрика исходил жар, и мои руки непроизвольно потянулись к его телу. Потрогать, почувствовать, убедиться. Сквозняк окончательно задул свечи, и в воцарившейся темноте было слышно наше рваное дыхание, которого едва хватало после того, как мы вынырнули из сумасшедшего поцелуя.
– Тебе нужно идти, – губы фея скользнули по моей скуле. Он глубоко втянул в себя воздух и уткнулся носом в мой висок. Ноги стали ватными, поэтому я, едва осознавая это, двумя руками держалась за него.
– Вряд ли я смогу, – губы, припухшие после поцелуя, едва слушались. Сердце колотилось, как сумасшедшее, и меньше всего мне хотелось сейчас куда-то идти.
– Элис, – его голос прозвучал чуть хрипло. – Я ведь не железный.
– Знаю, – я крепче прижалась к его телу, уверенная, что уже вряд ли смогу отпустить. – Никто не железный.
Он тихо рассмеялся, и его дыхание обожгло мне кожу.
– Ты не понимаешь, – рука, обнимающая меня, спустилась чуть ниже, но я, вместо того, чтобы отпрянуть, подалась навстречу. Ответом мне стал прерывистый выдох. Так жаль, что в темноте я не могу видеть ни его глаза, ни выражение лица.
– Понимаю, – улыбнулась я. – Я не могу потерять тебя, Эрик. Ответь только на один вопрос.
– Спрашивай.
– Твоя истинная. Ты уже встретил ее?
Фей молчал, и мое сердце болезненно сжалось от осознания. Встретил. Может, именно поэтому он так хотел отправиться в Семигорье? Или опять я что-то напридумывала в своей голове? Каин не может быть так жесток, чтобы подтолкнуть меня к мужчине, сердце которого занято другой.
– У тебя тоже уже есть принц, – усмехнулся фей мне в волосы.
– Да как вы все не понимаете, – на этот раз злость имела горький привкус. – Кристиан Артаур не герой моего романа. Да, я хотела привлечь его внимание, но лишь чтобы насолить сестрам. Он мне понравился, но как человек. Никогда, ни в каких даже самых смелых фантазиях я не могу представить себя его невестой.
– Зато он тебя может. Ищет упорно, вон, даже от феи отказался ради своей незнакомки в алом.
– Правда? – чувствуя себя невероятно неловко, спросила я.
– Правда. Утром он вернется в Алоран, и завтра, возможно, будет присутствовать на королевской аудиенции.
– Тем лучше, – я почему-то почувствовала облегчение. – Я ему завтра же во всем признаюсь.
– Во всем? – глухо переспросил фей, и его рука соскользнула с моей талии.
Нет, пожалуйста. Что опять не так?
– Наверное, только в том, что я и есть его незнакомка в алом.
– И в том, что все это было ошибкой, – добавила я поспешно. – Потому что я не испытываю к нему и доли тех чувств, которые должна.
– Ты ничего ему не должна, – Эрик снова притянул меня к себе, но на этот раз я уперлась ладошкой ему в грудь, удерживая от более тесного сближения.
– Эрик, – я затаила дыхание, а потом слова полились из меня нескончаемым потоком. – Поверь. Мне бесконечно жаль, что все это время я относилась к твоему присутствию рядом как к чему-то обычному, привычному. Я только недавно задумалась о причинах, и, узнав их, испытываю такую благодарность, которую не в состоянии выразить словами. Но еще больше мне жаль потерянного времени. Все те минуты, что я тратила на мелкие пакости и завоевание принца, я могла бы провести с тобой, если бы ты, конечно, мне это позволил. Занятая своими проблемами, я даже не замечала, что ты все это время был рядом, помогал, поддерживал, утешал. Без тебя у меня бы никогда ничего не получилось. И ты не думай, это не в знак благодарности… И не из какого-то чувства стыда. Я так зла на себя, что была слепа. Но теперь это только моя проблема, ты не обязан с ней разбираться, только…
– Говори уже, – хрипло поторопил меня фей, прерывая мои сумбурные излияния.
Я замолчала, смущенная тем, о чем собиралась попросить. Бездна, что я творю? Что он обо мне подумает? Безумие. Наверное, я окончательно потеряла голову.
– Все это время я не замечала, не подозревала, что тот, кто мне действительно нужен, уже рядом. Это окончательное решение моего сердца, и даже если у нас нет будущего…
Да что я несу?
Он же поцеловал меня. Разве это не значит, что я ему, как минимум, нравлюсь? Может, самое время мне замолчать и начать действовать?
Приподнявшись на цыпочки, я всем телом потянулась к Эрику и безошибочно нашла в темноте его губы, теплые, мягкие, но при этом удивительно настойчивые. Объятия стали крепче, а мои руки непроизвольно заскользили по широкой спине вверх, чтобы зарыться пальцами в густых мягких волосах. Дыхания стало не хватать, и я с сожалением отстранилась и уткнулась лбом в грудь фея.