Второй шанс (СИ)
— Сложно сказать. Но если бы мне нужно было представить себе портал, именно таким я его и вообразила бы. А еще ходят слухи, что они переносят обратно на Землю. Некоторые даже клянутся, мол, в тот самый миг, когда сюда и угодил. Получается, что в прошлое. И потому ни у кого не остается никаких воспоминаний о его пребывании здесь.
— Что-то с трудом верится, — заявил Виталий. — Но даже если портал действительно переносит снова на Землю, оттуда не позвонишь — «Так мол и так, добрался удачно, пойду теперь выпью пивка. А вы, главное, держитесь там! И про порталы не забывайте — верный путь домой!» И потому откуда нам знать, что кто-то вернулся домой? Насчет забытых воспоминаний вообще смешно. Скорее всего какое-нибудь необычное природное явление. Типа шаровой молнии на местный лад, а исчезнувшие пули — не доказательство.
— Не знаю, что там насчет Земли, но лично наблюдал на Островах, как в один из таких залетела целая стая птеров, — не выдержал я.
— Палеными перьями не завоняло? — с иронией спросил Бобер.
— Птеры попросту исчезли. Причем все выглядело так, как будто дело для них привычное — в порталы нырять.
— А я еще историю слышала.
— Какую именно? Опять про Землю? — вопрос Ларисе задал Бобер, но мне тоже было интересно.
— Нет. Как будто бы один человек специально в него бросился, и мало того, что выжил, так еще и вылечился.
— От наркомании? — не скрываясь, фыркнул Бобер. — Не удивлюсь!
Любая другая девушка могла и обидеться. Но не Лариса после того что ей пришлось пережить.
— У него что-то серьезное было. Гнил он весь, с ног до головы. Слышал же, что буквально за пару дней человек сгнивает от какой-то местной заразы? Понятно, что все от него старались держаться как можно дальше: вдруг перейдет? От боли жадры конечно же ему помогали, но в остальном толку-то от них? Потом жадры закончились, тогда он в портал и бросился. От отчаяния. И еще в расчете, что окажется на Земле, а там медицина.
— И что?
— Говорят, через какое-то время в поселение вернулся. Живой, улыбается, и абсолютно здоровый. И еще весь таинственный из себя: «Сейчас я вам такое, мол, расскажу!»
Лариса замолкла.
— Так что дальше-то было?! — не выдержал Бобер. — Что он рассказал?
— Не знаю.
— Как не знаешь? На самом интересном месте!
— Честно не знаю. Вроде бы не успел: убили его не вовремя.
— Кто убил? — продолжал допытываться Бобер, словно от рассказа девушка зависело что-то серьезное. Заставив ее взмолиться.
— Ну не знаю я! Зато я другое знаю. Если у меня будет выбор — в портал, или назад к перквизиторам, даже раздумывать не стану!
— Если он у меня будет таким же, то и я не стану. А заодно, глядишь и от чирьев на заднице излечусь, — Виталий хохотнул. Затем посерьезнел. — Ладно, на порталы надежды мало, нам бы до темноты здесь отсидеться. Или туманчик погуще, черт бы его побрал!
Не прошло и часа, как туман в долину все-таки пришел. Густой настолько, что хоть руками его разгребай. Непроглядный туман, словом, мечта беглеца. Некоторое время мы выжидали. Он заполнил долину в течение нескольких минут, а потому не было никакой уверенности, что также быстро и не исчезнет. Лариса на мой вопрос ничего определенного сказать не смогла.
— Ну так что, Теоретик, пытаемся? — спустя какое-то время поинтересовался Виталий. — Вдруг, это наш единственный шанс? Туман уйдет, а время к тому, что вскоре появится портал, и тогда точно этих козлов в гости ждать.
Раздумывал я недолго.
— Выходим.
— Может тогда глушитель на место прикрутишь? Это недолго.
— Сам прикрутишь, потом.
В нем я не видел смысла. Мне куда важнее была развесовка оружия, которая с этой бандурой на конце ствола становилась ужасной, и, если мы внезапно наткнёмся на перквизиторов, этот фактор практически наверняка сыграет против нас. К тому же глушитель полностью грохот от выстрела не уберет, а в тумане любые звуки становятся громче.
— И вообще, постараемся без стрельбы.
— Мне ничего не дадите? — без всякой надежды спросила Лариса.
— Держи, — и я протянул девушке мизерикорд.
Только по той причине, что выбрасывать его было жалко, а сам он мешал.
Нам удалось прокрасться почти до входа в долину. Двигаясь вдоль самой стеночки, когда точно знаешь, что слева от тебя никого нет. По дороге едва не наткнувшись на патруль, и только каким-то чудом нас не заметили. Ну а затем пришло время стрелять, ведь иного выхода не оставалось. Туман, который служил нам надежным прикрытием, отлично прикрывал и нашего врага. И потому мы наткнулись на целую группу едва ли не носом к носу. Наверное, нас спасло лишь то, что на какой-то миг они замешкались. Им предстояло определить — кто перед ними, в то время как нам точно было известно — вокруг нас одни враги. И как следствие — стрелять я начал не задумываясь, бегло перенося огонь с одной смутной фигуры на другую. Рядом и чуть левее палил с обеих рук Виталий — из собственного макарова, и моего револьвера, который поневоле пришлось ему одолжить.
— Уходим! — прорычал он, когда зазвучали ответные выстрелы, заставившие рухнуть на землю. — Теперь уже не прорваться.
— Ларису береги!
Мой собственный голос больше походил на стон. Или даже тоскливый вой. Вот он — выход к свободе, оставалось преодолеть какую-то сотню шагов, и надо же такому случиться!
Азартных криков со стороны преследователей не было ни единого. Где-то там, за нашими спинами, изредка раздавались приказы, иногда чья-то приглушенная ругань, но шли они осторожно. Что дало нам шанс оторваться. И еще помогал туман. Он по-прежнему был непроглядный, и стоило отдалиться от скальной стены, ориентироваться можно было только по звукам погони.
— Лариса, что у тебя с ногой?
Под самый конец девушку пришлось нести на руках: у нее постоянно подгибалась нога. А собственное плечо, которым подталкивал Ларису на лестнице, пропиталось кровью.
— В меня пулей попали, — пожаловалась она.
Голос у нее был самым обычным, что давало надежду — все не так плохо.
— Бобер, посмотри! Раны перевязывать умеешь?
— Приходилось, — буркнул он. И, обращаясь к девушке. — Лариса, сейчас мы тебе штанишки снимем.
Лариса не обманывала: чуть выше коленки виднелось входное отверстие, которое кровоточило. Еще хуже дело обстояло с обратной стороной бедра: вероятно, перед тем как вылететь наружу, пуля успела кувыркнуться. Вполне возможно, по дороге срикошетировав от кости. Или даже ее повредив.
— Эх, не в такой ситуации я мечтал тебе ножки раздвинуть! — бормотал Бобер, бинтуя рану. — Жадр, кстати, у тебя есть?
— Откуда?!
— Тогда держи.
После ее ответа, оставалось только поразиться мужеству этой девушки. Ранение тяжелое, наверняка испытывает сильнейшую боль, и хоть бы раз простонала! Только губу закусила так, что по подбородку текла струйка крови.
— Вы теперь меня бросите?! — было первым, что сказала Лариса, как только жадр снял болевые симптомы.
— Не говори ерунды! Как ты вообще могла такое подумать?! — возмутился Бобер. — Хочешь попить?
— Спасибо, нет, — отказалась девушка, чтобы вцепиться ему в руку. — Виталий, обещай, что пристрелишь, если по-другому уже будет никак. Обещаешь?!
— Не говори ерунды! — повторился он.
— А если не сможешь, пистолет мне дашь? — не успокаивалась Лариса. — Я сама все сделаю. Лучше уж смерть, чем снова к ним.
— Туман расходится, — констатируя, и явно желая перевести разговор на другую тему, сказал Бобер. И, обращаясь уже ко мне. — Теперь я понимаю, зачем ты у меня ствол забрал. Чего уж там, впечатлило!
В ответ я лишь пожал плечами: а толку-то? Их здесь сотни, и для каждого из них у нас попросту не хватит патронов. Даже из расчета; один выстрел — один труп. К тому же существует немалый шанс получить в ответ гранату. Навесом не получится: мы находимся в нише, и сверху нас прикрывает многометровый каменный слой, но ее ведь можно и напрямую зашвырнуть. Правда, для этого необходимо приблизиться достаточно близко, а потому наша главная задача — не подпустить. Если у них не найдется что-нибудь наподобие РПГ.