Второй шанс (СИ)

— Лариса, как себя чувствуешь?
Я осторожно наблюдал за окрестностями, благо что мою загоревшую почти до черноты физиономию не так-то легко увидеть: скала за спиной, к счастью была не белоснежного мрамора.
— Голова кружится, — слабым, едва слышным голосом, ответила она.
Конечно же, боль жадр снял полностью, но все остальные эффекты тяжелого ранения убрать ему не под силу.
— Потерпи, девочка, потерпи.
— Потерпеть до чего?
Тот вопрос, на который при всем желании у меня не нашлось бы ответа. И все-таки я ответил. Вернее, солгал.
— По времени вскоре наши должны подойти. Может сегодня и не успеют, но завтра точно придут.
— Ну и откуда они возьмутся? — обоснованно засомневалась она. — Игорь, я слышала и ваш разговор, и то, что говорили эти гады. Неоткуда теперь помощи взяться.
И тогда мне пришлось солгать еще раз.
— Фил должен прийти, а бойцов у него!..
Фил был мертвее мертвых уже несколько дней. Да и народу у него никогда не было много — в лучшем случае человек тридцать. И если бы вдруг ожил и сам, и его люди, ничегошеньки бы он сделать не смог. Но как же мне хотелось дать ей хоть какую-то надежду! Симпатичной молодой девчонке с поломанной жизнью, жить которой осталось каких-то несколько часов в лучшем случае. И желая прекратить неприятный разговор:
— Бобер, от брикета что-нибудь осталось?
— Есть еще немного.
— Лариса, пожуй через силу, и водичкой запей. Да побольше ее выпей, ты много крови потеряла.
— Себе оставьте, вам может пригодиться.
Пришлось повысить голос.
— Ешь, я сказал! Бобер, что у нас там с магазинами?
Мой приказной тон не дал ничего.
— Смотрю я на вас, парни, и думаю. Ну почему мне так не повезло угодить к этим мерзавцам?! Считала, здесь вообще нормальных людей нет, одни только такие и есть. Нет, вы же совсем другие!
— Лариса, когда отсюда выберемся, не забудь, что сейчас говоришь, — сказал Виталий.
— Что именно?
— Что мы хорошие. На Теоретика можешь даже не глядеть — у него Валерия есть. Но обо мне точно не забудь: знаешь, какие я на тебя виды имею!
— После всего того что со мной было?! Иногда кажется — я настолько в грязи, что ее уже и не отмыть никогда.
— Глупостей не говори. В чем ты виновата? В том, что перенесло в Центр, а не в любое другое место? Держи, Теоретик. Вот в этом магазине патронов не хватает пять штук, так что имей ввиду.
— Теоретик, спускайся! — голос, заставивший от неожиданности всех нас вздрогнуть, принадлежал Кондею, и был он приторно-сладким словно вкус местной ягоды кайала. — И Ларочку обязательно с собой прихвати, дел у нее теперь значительно прибавится! — вынудив девушку сжаться, и даже зажмурить глаза. — А того хмыря, который с тобой в компании, можешь там и оставить. Дохлым, конечно же, глядишь, тебе и зачтется.
Сам Кондей благоразумно прятался за огромным валуном, которых внизу хватало достаточно. Не один, безусловно: перквизиторов там наверняка хватает и без него. Слишком удобен подход к этой каменной груде, которая когда-то была частью нависающей над нами скалы.
Что было скверным — подходы к ней не просматривались, а, следовательно, и не простреливались: узкая то ли промоина, то ли трещина в земле, которая тянулась чуть ли не к самому выходу из долины. Ну разве что частью, если встать в полный рост, чего категорически делать нельзя.
— Слышишь меня?
— Что хотел-то? — отмалчиваться не было смысла.
— Честно? Кишки тебе выпустить как можно скорее. А пока Гардиан желает с тобой пообщаться.
После чего сразу же голос Гардиана и раздался.
— Вот скажи, Теоретик, ну чего тебе не хватало? Мы к тебе со всей душой, все лучшее, как дорогому гостю, а ты что в ответ? Но я человек отходчивый, и потому даю тебе еще один шанс. Спускайся, и останешься в живых. Конечно же, отношение к тебе изменится, но ты будешь жив, а это главное. Если разобраться, жизнь — это по-настоящему единственная ценность, которая у нас есть.
«То-то так легко ты распоряжаешься чужими», — но я промолчал.
— Ты только вдумайся, Игорь. Через час, ну ладно, пусть будет через два, или даже сутки, тебя не станет, и ничего уже изменить не получится. Ничего и никогда! Ну не выбраться тебе уже отсюда! Да и какой смысл? Куда тебе идти, и кто тебя ждет? Знаешь, я не был с тобой до конца откровенен — нету нашей Лерочки в живых! Согласен, есть в ее смерти и часть моей вины, ну так кто заставлял ее лезть в болото?! Нашли мы ее, Теоретик, мертвой. Но жизнь-то продолжается! Слышишь меня?
 
— Слышу.
Гардиан мог и лгать.
— А чтобы у тебя не осталось никаких сомнений, смотри! Узнаешь?
Узнаю. Незатейливые ярко-красного цвета бусы, и они хорошо были видны на фоне светлого, почти белого песка. Сам я их для Валерии и сделал. Из плодов какого-то дерева, так похожих на зернышки граната, но куда крупнее в размерах, и твердых почти как кость. Мне понадобилось много усилий и времени, чтобы проделать отверстие в каждом из них. Но как она радовалась, когда получила бусы в подарок! Как будто не обычную поделку из неровно проткнутых зерен, а бриллиантовое колье.
— Ну и вот это еще.
На песок рядом с бусами упало оружие Леры. Револьвер, к которому местный умелец приделал деревянный приклад. От приклада мало что оставалось, измочаленное зубами какого-то хищника.
— Короче, на раздумье даю тебе ровно пять минут. Потом не обессудь: всему есть предел!
— Теоретик, не верь ему! — зашептал Бобер. — Ну, браслет, ну ствол, и что?! Вполне возможно, что Лера сама их потеряла. А значит есть надежда, есть! Теоретик… — ткнув кулаком в плечо начал было Бобер, чтобы дернуться всем телом и застыть. И только затем пришел звук от выстрела откуда-то издалека.
— Ой! — тоненько так и жалобно вдруг пропищала Лариса.
А когда я обернулся, то увидел мертвой и ее. Судя по вспышке, стреляли с другой стороны реки, откуда-то свысока. Из чего-то мощного, и непременно с оптикой, поскольку дистанция была почти огромна.
— Неожиданно, да? — донеслось снизу. — Но ведь ты еще цел? И чего мне стоит отдать приказ, чтобы выстрелов было три? Но я ведь обещал тебе жизнь!
Спуститься, чтобы его убить? Мне не дадут. Отложить казнь на потом, выбрав подходящий момент? Но что я стану представлять собой к тому времени? Наверняка получив те самые кристаллики и навсегда расставшись со своей личностью. Когда не останется никаких собственных мыслей, желаний, и только стремление как можно быстрее исполнить очередной приказ.
Где-то за спиной, заставив вздрогнуть и обернуться, раздался громкий треск. Чем-то похожий на звук от электрошокера, но намного-намного громче и куда басовитей. В нескольких метрах от края площадки висел портал. Впервые я видел его настолько близко, и он внушал страх, если не ужас. Как все непонятное, неподдающееся логике, то, чего в нормальном мире быть не должно, и от портала так и подмывало бежать, бежать изо всех сил. Но вот же он, и внутри него бушует нечто похожее на черно-фиолетовые языки пламени.
— Ого! Теоретик, от тебя одни проблемы: эксперимент нам испортил! А если завтра портал опять не появится? Спускайся, пока не засосало!
Наверное, издевательский хохот внизу и помог мне решиться. А может, стайка птиц, которая целеустремлённо летела к порталу, и скрылась в нем в один миг. Я вскочил в полный рост, чтобы к нему броситься. До дрожи в коленях опасаясь, что портал исчезнет чуть раньше, чем в нем окажусь, лететь мне тогда вниз, на камни, и выжить с такой высоты даже крохотных шансов нет. Ударило по ушам, потемнело в глазах, тело пронзила острая боль, и на этом было все.
  
Глава 19. Эпилог
  
— Игорь, вставай! Сколько можно спать? Время обед уже скоро. Опять из клуба домой под утро приперся?
Если Лера и ожидала моей реакции на свою шутку, то наверняка не такой. Я вскочил на ноги, дико озираясь по сторонам, не понимая, где нахожусь.
— Игорь, да что с тобой?!
— Живая!