Игра в лево - право (ЛП)
Блюджей (рация): Принеси мне блядский ключ, Алиса.
Моё сердце ушло в пятки. Теперь стало ясно, почему Блюджей не дежурила возле Вранглера. Она подслушала разговор и затем, вместо того, чтобы ждать, пока я поднимусь обратно на вершину холма, пошла за Лилит. Несмотря на все мои усилия, все мои добрые намерения, я привела Блюджей прямо к ней.
АШ: Блюджей, где Лилит?
Блюджей (рация): Она здесь.
Я услышала тихие всхлипы на заднем плане, и ещё — как Лилит кротко зовёт меня по имени.
АШ: Ладно… ладно, дай мне поговорить с ней.
Блюджей (рация): Ха! Чего? Нет-нет-нет. Ещё раз это у тебя не выйдет, Алиса. Я не дам вам сговориться. Ты принесёшь мне ключи от моей ёбаной машины, и тогда вы пошлёпаете себе домой. А теперь скажи-ка — что из этого ты хотела бы, блядь, обсудить?
АШ: Блюджей, это безу… Мы тебе не враги, Дениз, пойми! Пожалуйста… пожалуйста, ты должна мне пове…
Блюджей (рация): Думаешь, я поверю хоть одному твоему слову? Неси мне ссаные ключи, а если ты ещё хоть ЧТО-ТО выкинешь, я всажу пулю в твою блядскую башку. Что, не веришь?
Она терпеливо ждала моего ответа. Внезапно я почувствовала, словно мы оказались в совершенно новом мире. Все козыри были на руках у Блюджей, и под угрозой грозных, невообразимых последствий мы оказались затянуты в её реальность. Разум, дипломатия и здравый смысл больше ни на что не влияли. Пока она держала Лилит на мушке ружья, я должна была подчиняться её безумию.
АШ: Хорошо. Ладно. Я иду.
Блюджей (рация): Прекрасно. И помни, Алиса: я ничего этого не хотела. Меня вынудили вы.
Блюджей отпустила кнопку связи, вернув меня к привычной тишине. Если я не отдам ей ключи, Лилит останется в её власти, и, хоть Блюджей не может позволить себе убить свой главный козырь, я не сомневалась, что она сделает ей так больно, как будет нужно, чтобы вынудить меня делать что велено. Впрочем, если я дам ей забрать Вранглер, мы — трупы в любом случае.
Я на минуту задумалась о своих возможностях. Это было быстро. Не так уж много их осталось.
Путь через лес был неуютен и полон тревожного ощущения, что всё идёт к концу. Словно нашкодившего ребёнка, бредущего навстречу неизбежной расплате, меня одолевал всепроникающий страх, что усиливался с каждым шаркающим шагом. Я делала всё возможное, чтобы держать Вранглер прямо позади меня, двигаясь по прямой линии через чащу. В целом, прошло меньше пяти минут прежде, чем я вышла на поляну.
Блюджей стояла в самом центре большой прогалины, вокруг неё во всех направлениях оставалось слишком много ничем не прикрытой земли, чтобы я могла хотя бы раздумывать о внезапном нападении. Фонарь Роба лежал у её ног, а в руках она уверенно сжимала ружьё. Лилит стояла на коленях подле неё, ствол ружья целился прямо ей в висок, и её залитое слезами лицо было искажено отчаянием и желчной злобой. Её руки покоились на коленях, связанные точно таким же медицинским жгутом-стяжкой, каким я связывала Бонни. Легко представить, какими идеями поэтического возмездия упивалась Блюджей, приказывая Лилит застегнуть его на запястьях.
Они обе увидели меня, как только я вышла из тени деревьев.
Блюджей: Чего так долго?
АШ: Заплутала. Лилит, как ты?
Блюджей: Стоять. Стоять, тебе говорят!
Блюджей крепче сжала ружьё, без слов давая мне совет из тех, к которым принято прислушиваться. Она держала меня на приличном расстоянии. Знала, что на перезарядку уйдёт пара секунд, и хотела держать меня достаточно далеко, чтобы успеть сделать как минимум два выстрела один за другим. Всё, что она делала, каждое движение — всё говорило о готовности мигом разобраться с нами обеими, случись нам выкинуть что-то нежелательное.
АШ: Лилит, как ты?
Лилит: Я… я в норме. Всё хорошо.
Блюджей: Давай ключи, Алиса.
АШ: Блюджей, возьми её с собой. Прошу тебя. Я не прошу, чтобы ты… Ты можешь просто сдать её в полицейский участок, когда вы вернётесь домой. Только… Только увези её отсюда.
Блюджей: Давай, блядь, сюда ключи.
АШ: …Хорошо. Они у меня в рюкзаке, дай мне…
Блюджей: Эй, ЭЙ! Что это ты удумала?
Блюджей рявкнула на меня, едва я полезла к рюкзаку, демонстративно толкнув Лилит ружьём. Лилит зашлась нервными рыданиями, чувствуя виском тычки ружейного ствола. Я убрала руку от рюкзака и медленно сняла его с плеча. Каждый мой шаг сейчас мог быть расценен как потенциальная уловка.
АШ: Хорошо. Хорошо. Держи.
Я немного раскачала рюкзак и бросила его Блюджей. Он приземлился в мокрую грязь в метре от неё.
Блюджей: Так-то лучше.
Блюджей шагнула вперёд, на миг отдалив ружейный ствол от виска Лилит. Затем она быстро нагнулась и надела лямку рюкзака на плечо, залезла в него, достала ключи от Вранглера и положила в карман куртки. Всё это на один короткий миг отвлекло её — и в этот самый миг Лилит подняла руки над головой и повела локтями вниз и в стороны одним быстрым движением.
Застёжка жгута расстегнулась, и Лилит, не теряя ни секунды, бросилась на Блюджей, схватила её поперёк туловища и попыталась повалить. В шоке от внезапности всего этого, но сознавая в то же время, что это может быть наш последний шанс, я со всех ног рванула к ним.
Нападение Лилит застало Блюджей врасплох, но она вмиг адаптировалась. Выставив вперёд ногу, чтобы побороть неожиданно полученное ускорение, она не дала себя уронить. В это же время она махнула прикладом ружья вниз и в сторону — и он с болезненным хрустом встретился с лицом Лилит.
Блюджей: Ах ты, ёбаная тварь!
Лилит повалилась на спину, как подкошенная. Без промедления Блюджей опустила ружьё и выстрелила ей в живот.
Реальность застыла вокруг меня на мгновение, поразившись безумию того, что случилось перед ним, и забыв, что должно идти после. Выстрел прокатился по моему сознанию раскатом грома — и в то же время он прозвучал словно из другой вселенной. Я онемела, мои губы беззвучно раскрылись, и тогда воздух прорезал беспрерывный, судорожный крик Лилит.
АШ: Что ты натворила… Что ты…
Блюджей моментально отошла от Лилит, увеличивая разрыв между нами в попытке перезарядиться. Она была права, держа меня на расстоянии ранее — теперь у неё было предостаточно времени, чтобы дослать новый патрон в патронник и запереть затвор.
Блюджей: Хватит с меня твоих фокусов, Алиса.
Ещё не сознавая этого, я сорвалась в последний отчаянный забег к спасительной тени деревьев, выбрасывая фонтаны грязи из-под ног. В мыслях я уже видела, как Блюджей выравнивает ружьё и всматривается в прицел.
Новый выстрел эхом раскатился в морозном воздухе, разлетелся по окрестностям и раскололся на далёкие дробные отголоски. Добежав до края прогалины, я отскочила за толстый ствол ближайшего дерева. Прижавшись спиной к грубой коре, я вслушивалась в каждый шорох позади себя.
Сучья захрустели под ногами Блюджей — она шагала в мою сторону.
Блюджей: Вы сами до этого довели! Своим враньём, своими фокусами и своими ебучими играми. Играть я больше НИХУЯ не собираюсь!
Пуля оцарапала кору и отскочила куда-то в чащу. Я слышала, как Блюджей обходит меня, приготовившись выстрелить сразу, как только я окажусь на линии огня.
Блюджей: Ты продолжала врать до самого конца. Всё, что ты делала, всё, вся ты — ты просто ёбаное чудовище! Я пристрелю тебя, и ничегошеньки, блядь, не почувствую!!
С того момента, как Блюджей впервые раскрыла рот, изливая на нас свой желчный, узколобый цинизм, я всё ждала, когда же она признает, что ошибалась. Время от времени, в минуты затишья, я ловила себя за попытками вообразить столь вопиюще мистический феномен, что он наконец заставил бы её замолчать и принять истину. Но теперь я поняла, что такой момент никогда не настал бы. За этой прочной стеной самообмана не было ничего. Она была навсегда потеряна и для нас, и для дороги — безумная женщина, сведённая с ума своим собственным рационализмом.