Стефан в гостях у ведьмы (СИ)
— Она в безопасности! — подлетел к нему Стефан.
— Да я ему об том уж устал талдычить, — пробасил Михась, уворачиваясь от побоев старика, — говорю же, что там не было никого.
— Где она?!! — обезумившие от страха глаза уставились на Стефана.
— У себя в тайнике была, я велел ей вниз спускаться, — мягко проговорил Стефан.
— Из-за тебя все! — заорал Адамусь. — Свечи перед сном надобно гасить, тут тебе не Дарница! Одни беды от тебя!
Стефан не злился, он приобнял Адамуся, пытаясь увести от пожара.
— Пойдем, пойдем к Марии, внизу она, — потянул он старика за собой.
— Я гляжу у вас тут весело живется, — тоже по пояс обнаженный и заспанный у лестницы появился Георгий. — Чего горит-то?
— Спальня хозяина горит, — принялся объяснять Михась, — свеча должно от сквозняка на постель опрокинулась. Охрана заметила поздно, когда уж кровать и балдахин пылали.
— Малыш, ты не обгорел? — беспокойно принялся разглядывать брата Юрась.
— Меня там не было, — отмахнулся Стефан, продолжая тянуть за рукав Адамуся. — Пан Липник, да хватит уже упираться, пошли вниз, мы только тушить мешаем.
— Это верно, ты здесь всем мешаешь, — раздраженно крикнул Адамусь, но все же позволил себя вести.
— Михась, вели лестницы к окнам ставить, — обернулся Стефан к денщику, — с улицы заливать нужно.
— Я уже велел, — по-деловому сообщил Георгий, — ты веди его отсюда, а я пригляжу за всем.
— Да уж почти погасили, — успокоил и Михась.
— Вот, настоящий хозяин пришел, не то, что некоторые, — продолжал ворчать Адамусь, шаркая ногами уже по крытой галерее.
— Может хватит меня пилить? — раздраженно фыркнул Стефан, отпуская руку старика. «Теперь и сам дойдет, не развалится».
— Если ты неизвестно где ночуешь, — прошипел Адамусь, — как кот мартовский из постели в постель прыгая, то хотя бы вели слугам свечей горящих в опочивальне не оставлять. А может ты это специально сделал? — филин резко развернулся к зятю. — Раз теперь не твое, так пусть и другим не достанется.
— Прибежишь мириться, так я тебе, старый сыч, все припомню, еще побегаешь вокруг меня, а я этак ворчать стану да всякие грехи без разбору на тебя вешать, — Стефан понимал, что этот сладкий момент торжества может никогда и не наступить, но дернуть старикана очень хотелось.
— Погрози мне еще, погрози, — насупился Адамусь, но раздражение поумерил.
Теперь они шли молча, каждый погруженный в свои мысли, а мимо все бежали и бежали люди с ведрами.
«Случайность? — размышлял Стефан. — Ну, допустим. Слуги на ночь, как всегда, постель расстелили, свечи зажгли, караул к двери встал, а я не пришел. Окно было открыто, ветер дунул, свеча из канделябра выпала и подожгла одеяло. Разве не могло такое произойти? Вполне могло. Через охрану враг проскочить не сумел бы, караульные проверенные. В окно? Высоко… Но можно кинуть горящий трут и через окно, а можно пройти тайным ходом, который я, влюбленный дурак, снова отворил, в надежде, что через него ко мне придет мириться Маричка. Про ходы здесь многие знают. Случайность, но так вовремя. С другой стороны, кому я теперь нужен, опальный королевич? Зачем меня убивать? Может охотились на Георгия? — по венам побежало волнение. — Спальня для господаря, а господарь теперь он! Надо предупредить брата. Все ему рассказать».
Навстречу им выбежала Маричка, немного растрепанная, взволнованная. Пробежала по дядьке и мужу взглядом, задала немой вопрос.
— Все живы, — кисло улыбнулся Стефан.
— Жалеешь его, а он нам чуть замок не поджег, — принялся за старое Адамусь, придавая голосу судейской обличительности. — Свеча на постель упала, а он всю ночь бродил неизвестно где.
— Он был со мной, — спокойным тоном без стыдливости проговорила Мария. И как тут не принять ее за Яворонку — осанка, полет бровей, горделивый взгляд?
Филин недовольно поморщился.
— И свеча не могла сама упасть, — нахмурилась Мария. — Я велела свеч в опочивальне не зажигать, а окна затворить, дождь ведь с вечера хлестал, полы намочить мог.
Все трое переглянулись. Враг опять в замке, теперь никаких сомнений. «Невесский! Кто же еще?»
— Мне надо проверить кое-что? — махнул жене Стефан. — Одна не оставайся.
И не обращая внимание на старого филина, Стефан побежал к комнате Невесского. «Да, он не Вепрь, Мария это подтвердила, и с местной разбойной шайкой он не связан, но Генусь оболгал меня перед отцом, больше некому. У этого проныры своя игра. Он слышал, что Георгий отказался от опочивальни, не мог не слышать, все за столом происходило, а значит сжечь хотел именно меня. Если сумею попасть в Дарницу к отцу, вскроется его обман, конечно, меня лучше убить, чтобы я замолчал. Кинул свечу на кровать, не глянув в спешке, что она пуста, и убежал. Как ход нашел? Все тайные ходы этот проныра давно изучил лучше меня. Ну, держись!»
Стефан, стиснув зубы и вынув саблю, резко распахнул дверь. Пышнотелая служанка вскрикнула, шарахаясь в угол. Кроме нее в комнате никого не было.
— Ты что здесь делаешь? — задал глупый вопрос Стефан.
— Постель меняю, — проблеяла служанка, испуганно тараща глаза на обнаженную саблю, — я тогда не нарочно, меня пан Липник заставил, честно, не нарочно, — замотала она головой.
— Где Невесский? — подбородком указал Стефан на пустую кровать.
— Так еще с вечера уехал, — пробормотала пышнотелая.
— Куда уехал?! — рявкнул Стефан.
— Домой уехал. Сказал, что ему пора уж домой уезжать, — кисло улыбнулась служанка.
«Удрал сволочь!» — сжал кулаки Стефан. Медленно развернувшись, он вложил саблю в ножны и побрел к выходу.
— Господарь, — робко позвала его служанка.
Стефа нехотя обернулся.
— Я не со зла, работу так сложно найти сейчас, — виновато втянула она голову в плечи.
Стефан отмахнулся, дескать, прощаю.
— Пан Невесский вам записочку оставил. Велел с глазу на глаз, чтоб никто не видел, передать, — тревожно оглядываясь, зашептала служанка, — вот, — и она, подбежав к Стефану, всунула ему в руку свернутый в несколько раз клочок бумаги.
Стефан молча взял послание, но не кинулся сразу читать, а сжал в руке. «Что там может написать предатель?» — раздраженно подумал он.
Уже в коридоре навстречу ему с перемазанным сажей лицом выскочил брат. Показывая в белой улыбке крепкие зубы, Георгий радостно сообщил:
— Все потушили, опочивальни у тебя больше нет. Но вижу, ты и без нее знаешь, где заночевать.
— Да уж найду, — тоже улыбнулся Стефан, он хотел показать Юрасю записку, но какая-то сила останавливала его. «Сначала попробую разобраться сам», — очень не хотелось быть беспомощным малышом.
— Отобедаем и покажешь мне свой город? — предложил Георгий.
Брат упорно делал вид, что приехал в гости, а не занять место Стефана, такая деликатность была приятна, хоть и отдавала горечью.
— Покажу, — согласился Стефан. — Пойду оденусь, а то бегаю по замку голышом.
— Да я и сам такой, — стер сажу с лица Юрась. — Встретил тут твою женку, так засмущал, — и опять этот насмешливый взгляд карих глаз с прищуром.
— Давай сразу все решим, — перегородил брату дорогу Стефан, — что бы тебе не пел пан Липник, мы с женой помирились и разводиться не собираемся.
— Так ты у нее ночку провел? — мурлыкнул Юрась.
— То мое дело, где я ночую, — раздраженно кинул Стефан.
— Ну, так не будем из-за бабы ссориться, — похлопал старший брат его по плечу, — даже из-за такой красивой. Но будешь дуться, так передумаю, — тут же добавил он, не давая Стефану расслабиться.
Считав плохо скрываемую ревность, Юрась расхохотался, и побрел прочь. Злой Стефан пошел переодеваться.
Вчерашняя одежда висела над камином в комнате Марички. Жупан так и не высох в рукавах, к тому же был грязным, так как вчера хозяин в порыве страсти с удовольствием повалялся в нем по полу караульной башни. Стефан повернул было к себе, но вспомнил, что его комната вместе со всем добром сгорела, и предчувствуя как будет измываться над ним тесть, все же завернул к чулану, чтобы надеть на себя наследство покойного Яворона. Скомканный лист так и лежал в ладони, зажатый пальцами.