Элирм III (СИ)
Плюх!
Крюк-кошка выстрелила во всю длину и шлепнулась в воду в метре от толстяка.
— Хватайся!
Бум! Бум! Бум!
Как и в случае на болотах, я не выдержал и психанул, разразившись целой серией подводных атак, по две тысячи маны каждая. Мне казалось, что омерзительные твари уже повсюду. Впрочем, так оно и было. Стоило друзьям выдернуть Мозеса из воды, как следом за ним в воздух взвилось не менее дюжины Червей-убийц, в совокупности напомнивших мне головы Лернейской Гидры.
На этом моё терпение лопнуло окончательно. Подождав, пока Локо перемахнет через край водосборника, я материализовал подле себя руну Шан-Ти и, применив Халколиван, с силой ударил по ней телекинезом. В то же мгновение пространство вокруг осветило вспышкой молнии, и я увидел то, чего бы на самом деле предпочел не видеть: резервуар водосборника буквально кишел всевозможными тварями. Причем там были не только свалившиеся с потолка сколопендры и Черви-убийцы, но и какие-то пульсирующие чернильные кляксы и гигантские уродливые осьминоги, облюбовавшие себе гнёздышки под трубами водостоков.
Получается, что в некоторой степени Фройлин Белар оказал нам услугу. Если бы не взрыв и последующая за ним ударная волна — мы бы свалились прямо в пасть канализационного монстра. И судя по жадно шарящим по дну толстым щупальцам с широкими присосками, одолеть такого было бы ой как непросто.
— Влад, хватайся! — Герман выстрелил в меня крюк-кошкой и выдернул из воды словно поплавок.
— Спасибо — я хлопнул товарища по плечу, а затем согнулся пополам, уперев ладони в колени.
То ли стресс, то ли общая усталость, но чувствовал я себя неважно. Дыхание затруднено, ноги подкашиваются, в голове каша. При этом напарник выглядел ничуть не лучше меня. Видимо, лишенные инвольтационной подпитки, наши тела стремительно теряли силы и медленно, но верно деградировали до исходного состояния. Того, что было у нас на момент инициации системой. Хотя при этом значения параметров какими были, такими и остались. Странно.
— Шевелитесь, ленивые Ямарайаху — Гундахар схватил отдувающихся Мозеса и Эстира за шкирку и спиною вперед поволок их по направлению конвейерной ленты — Потом отдохнете.
Бум! Бум!
Генерал поочередно забросил каждого в один из вычерпывающих воду ковшей, а затем прыгнул сам. Мы последовали его примеру.
— Мне кажется, или наш рыцарь смерти начинает проявлять заботу? — задумчиво спросил Герман — Своеобразную конечно, но три недели назад он бы попросту столкнул всех в бассейн, и поминай как звали.
— Ты прав — кивнул я, стоя по пояс в воде.
На пару с танком мы оккупировали один из ковшей, больше похожий на покачивающуюся вагонетку.
Стараясь сохранить равновесие, я подался вбок и взглянул вверх. Сплошь изъеденная ржавчиной конвейерная лента жалобно стонала и скрипела, а тянущая её на поверхность огромная цепь выглядела так, словно вот-вот развалится на куски. Причем без помощи Червей-убийц, прочно присосавшихся к наиболее хрупким сегментам.
Отстрелив пустые болванки, я скормил БМИИ свежую партию инвольтационных батарей и принялся сбивать телекинезом всех, до кого был в состоянии дотянуться. Тем же занялись Илай, Мозес, Герман и даже Эстир со своей рогаткой. Локо и Гундахар временно «курили» в сторонке и терпеливо ждали окончания поездки. Ни у того, ни у другого ничего дальнобойного в арсенале не было. Впрочем, насчет последнего я не был уверен. И если у генерала как нельзя кстати оказалась при себе «редукция», то кто его знает, какие еще способности хитрый игв держит в секрете. Надо бы почаще брать с него пример и вести себя более скрытно. Тяжело сражаться с противником, когда не знаешь чего от него ожидать.
— Вайоми, хватит лупить по ним этим заклинанием! Телекинез на большом расстоянии бесполезен!
— А у тебя есть идеи получше? — проорал я, пытаясь сковырнуть очередного червя — Так будьте любезны, ваше благородие, поделитесь мудростью!
— Дай им то, отчего любая примитивная тварь тотчас же бросится бежать без оглядки.
— И что же?
— Боль — отозвалось во тьме многократно усиленным эхом.
Я хлопнул себя по лбу.
— Черт возьми, да ты гений!
— Я знаю.
Вот оно, спонтанное интеллектуальное озарение. Какой смысл сбивать этих тварей руками, когда можно сделать так, что они сами преспокойно отвалятся?
Воспользовавшись подсказкой игва, я разом сменил телекинез на «искажение» и принялся колдовать всё, что взбредет в голову. Любую иллюзию, способную заставить червей содрогнуться от ужаса и временно позабыть об обозначенной надсмотрщиками цели. Кислотные дожди, бьющие с потолка молнии, внезапно раскалившуюся докрасна цепь и даже целый рой боевых дронов с непропорционально огромными пулемётами. У этих тварей все равно нет мозгов, чтобы заметить подвох, а мне оно только на руку.
Бьющиеся в конвульсиях, обожженные и израненные они втягивали челюсти обратно в утробы, а затем отваливались и падали вниз, словно перезрелые яблоки. Там их уже встречали канализационные «кракены», что наконец-таки всплыли на поверхность и устроили себе грандиозный пир из представителей местного бестиария. Я видел, как их могучие щупальца сдавливали сколопендр с такой силой, что их панцири трещали и лопались, заливая бассейн кубометрами слизи.
— Тупые создания — прогудел Гундахар — При попадании в воду кровь сколопедр быстро превращается в разъедающую плоть кислоту. Считай, своей жадностью они буквально роют сами себе могилы.
Генерал оказался прав. Не прошло и минуты, как снизу раздался оглушительный вой. «Осьминоги» живо побросали добычу и попытались выбраться из резервуара, но их огромные тела оказались не в состоянии преодолеть силу тяжести и раз за разом скатывались вниз.
— Жесть какая! И ты их еще жрал? — ужаснулся Герман.
— Я жрал маленьких. Они не опасны. Максимум — лёгкая изжога, не более. Но это что касается игвов. А как устроены ваши желудки, я не интересовался.
— СЮДА! ОНИ НА КОНВЕЙЕРЕ! — послышался крик.
Бум!
Громко лопнули вспомогательные тросы, отчего вся конструкция опасно задребезжала и покачнулась, обрушив на землю водопад брызг.
— РВИТЕ ЦЕПИ!
Бум! Бум! Бум!
Цепь застонала под градом вражеских ударов.
— Влад — Герман обеспокоенно выглянул наружу — Ствол компрессорной станции уже совсем близко, как и огрызок монорельса. Можем прыгнуть и попробовать зацепиться крюком. Я тебя ухвачу.
— Давай — кивнул я — Гундахар!
— Понял.
Как и в прошлый раз, генерал схватил Мозеса и Эстира за шкирку, а затем поочередно швырнул их через пропасть, пробурчав напоследок нечто вроде: «И только попробуйте мне промахнуться, щенки!».
Схожая участь постигла Илая и Локо. На этот раз друзья не сопротивлялись, да и рыцарь смерти не утруждал себя вопросами такта. К тому же он был единственным из всех, у кого было достаточно силы на то, чтобы бросаться людьми как бейсбольными мячиками.
Бум!
Где-то наверху цепь все-таки разорвалась, и лента конвейера камнем ухнула вниз, словно сброшенная с моста электричка.
Мы с Германом успели спрыгнуть, и напарник даже выпустил в полете крюк, вот только длины Зинга было явно недостаточно. По крайней мере, мне так казалось.
— У-у-х…
Мы врезались в обросший фосфоритами ствол компрессорной станции, да так и остались висеть, покачиваясь над бездной.
— Неужели зацепились? — удивился Герман.
— Почти, болван…
Гундахар висел на монорельсе вверх ногами, удерживая крюк кончиками пальцев. Как оказалось, нам не хватило всего метра.
— Быстрее, чтоб тебя. Тяжело.
— Надо же…
Мы оперативно вскарабкались наверх.
— Спасибо.
— Будешь должен. За мной.
Мы двинулись по монорельсу, стараясь не споткнуться о крепления висящих под ногами вагонеток. И уж не знаю, сколько веков они тут торчали, но складывалось ощущение, будто бы их тут бросили еще во времена, когда не достающий до прилавка маленький Гундахар плакал и капризничал, умоляя родителей купить ему первый в жизни криолитовый кол.