Зайтан-Бродяга (СИ)
Зверь конечно же не ответил. Посмотрел на Карлуху огромными глазищами, ткнул носом мелкого в грудь. Повернул морду в сторону людоеда и зарычал. Лежит крукль не шевелится, перестал дышать, в глазах застыл ужас. Лохматый развернулся к нему задом, гребанул ламами, полетели трава и песок. Фыркнул зверь, поглядел на меня перевёл взгляд на Карлуху. Тихонько рыкнул и прошёлся языком Коротуну по щеке.
— Ну вот ещё. — Карлуха грубо оттолкнул Лохматого. Улыбается мелкий, нет во взгляде строгости и недовольства. — Отвяжись морда. — Треплет Карлуха зверя за бок. — Иди к Бродяге его и облизывай.
— Карлуха! Река там, ступай постирайся. — Указал я пальцем, взял Лохматого за холку и отвёл в сторону.
— Почему? — Сидит крукль на траве, таращится на Лохматого.
— Что почему? — Спросил Карлуха и потрогал подмоченные штаны.
— Он, он. — Заикается людоед, глядит на зверя.
— Наш он. — Брякнул Карлуха и побрёл к реке. — Тронешь, зубы пересчитаю. — Через плечо предупредил мелкий. — Ступай за мною вонючка. Что за дрянью ты измарался? Айда купаться.
Вместе они и ушли. Коротун впереди, крукль пятится, не отводит глаз от Лохматого.
— Доброе утро. — Выбравшись из-под Серёгиной руки поздоровалась Кхала. — Ты где рубаху порвал? — Потёрла глазки, поправила балахон. — У тебя щека оцарапана. Сейчас подлечу.
— Ничего страшно. — Поспешил успокоить. Присел рядом, обнял и спросил. — Как спалось, не замёрзла.
— Нет, не замёрзла. — Ответила совсем тихо, осматривается. — Где это мы?
— Мост там. — Указал взглядом.
— У тебя плечо. — Глядит карими глазищами, хлопает ресницами. — Что стряслось. — В голосе тревога, гладит ладошкой меня по щеке.
— Ничего не стряслось. Карлуха постирается будем кушать.
— Чем воняет? — Скривилась, почесала носик и потёрла глаза. — Серёжа, проснись. — Маленькие кулачки застучали по Серёгиному плечу. — Вставай лежебока.
— Кто, что?! — Вскочил Серёга, завертел головой. — Где? — Спросил и уселся.
— Всё там же. — Сообщил я. Подошёл Лохматый лизнул в щеку, улёгся рядом.
— Укхтун? — Потягиваясь спросила Кхала. Похоже, её совсем не напугало, даже не удивило присутствие зверя. — Ну и? — Глядит на Серёгу, улёгся он. — Просыпайся.
— Не сплю, я. — Оправдывается Серёга. — Прилёг на минутку. Эй? А тебе что, особое приглашение? — Заметил Серёга Рафата и давай его тормошить. — Вставай потерпевший.
— Отвяжись. — Ворчит Рафат, отмахнулся от Серёги как от назойливой мухи и повернулся на другой бок.
— Мать моя женщина. — Прохрипел Серёга, таращится на Лохматого. — Вот так псина. Не цапнет.
— Не трогай и не цапнет. — Предупредила Кхала. — Погоди. — Взгляд медленно переполз на меня. Глажу Лохматого по морде, а он, норовит в руку лизнуть. — Бродяга. — Позвала Кхала и спросила. — Твой укхтун?
— Мой.
— И зачем я спросила? Чей же он ещё может быть? — Улыбается Кхала, повисла у меня на шее, глядит на Лохматого. — Прикажи не трогать крукля.
— Когда он его трогал? Нелюдь как с цепи сорвался.
— Не называй его так. — Попросила и укусила меня за ухо.
— Ой! — Вскрикнул я. Вскочил Лохматый оскалился, глядит на Кхалу большими глазищами. Выгнулся дугой, готовится прыгнуть. — Тихо-тихо. — Поспешил успокоить зверя. Кхала спряталась у меня за спиной, прижалась. — Ты чего рычишь? — Потянулся к Лохматому, потрепал за морду. — Не делай так больше. Кхала друг. — Повернулся к кареглазой, обнял. — Она хорошая, самая лучшая. — Слушает Лохматый, склонил на бок голову, глядит. — Подойди. — Сказал строго и зверь подошёл. — Нюхай, запоминай. — Поцеловал Кхалу. Лохматый отвернулся, понюхал воздух. Повернул морду, подошёл ближе. Толкнул меня носом в лоб точно оттолкнул и лизнул Кхалу. Хорошо лизнул, прошёлся синим языком от подбородка до самого лба. Обнюхал, повернул морду, смотрит на Серёгу.
— Я тоже друг. — Заверил Серёга.
— Здесь, все друзья. — Объявил громко, ухватил Лохматого за шею. Прижался к себе зубастую морду, что бы Кхала не боялась. — Погладь.
— А не грызнёт? — Спросил Серёга. — Хорошо держишь?
— Сейчас и проверим. — Мне в ухо прошептала Кхала, потянулась рукой. Почувствовал Лохматый её прикосновение, повёл глазами и уселся. Гладят Серёга с Кхалой Лохматого, а он улёгся, подставил живот.
— Хороша псина. — Нахваливает Серёга. — Всегда мечтал о собаке. Это мальчик или девочка?
— Девочка. — Сообщила Кхала. — На снастях она. Неделя-другая и станет мамой.
— Девочка? — Переспросил я. — Ты в этом уверена? Я его, её Лохматым назвал.
— Был Лохматый, стала Лохматая. — Щёлкнула Кхала меня по носу. Лохматая, повернула голову, глянула вывалила язык и улеглась. — Плохое ты имя придумал. Она же девочка.
— Где девочка? — Брякнул Рафат и поднялся. В бороде трава, волосы взъерошены, торчат во все стороны. — Это. — Прохрипел бородатый и пополз к порубленным кустам.
— Стой. — Ухватил Серёга Рафата за шиворот. — Куда драпаешь?
— Оно настоящее? — Хрипит Рафат, трёт глаза. — Думал, спросонку привиделось. А оно вот как. Не привиделось.
— Джахла она. — Пропела Кхала, гладит Лохматую по морде.
— Почему Джахла? — Спросил и пожал плечами. — Сама придумала?
— Нет. Джахла сказала.
— Да ладно. — Сложно в такое поверить. Для меня не новость что Кхала читает чужие мысли, но что бы ещё и зверей? Лохматая поднялась глядит на меня. Кхала гладит её по морде, улыбается. — А давай проверим? Я отойду и позову. Сначала скажу Лохматая, а потом Джахла.
Проверять не пришлось. Только я сказал Джахла, зверюга рванула ко мне. Не видел я её такой радостной, виляет задом, прыгает. Того глядишь собьёт с ног. Облизала меня и бегом к Кхале. Пришла и её очередь получать благодарность.
— Хватит. — Прикрываясь ладошками просит Кхала. — Прекрати, достаточно.
— Что тут у Вас? — Спросил Карлуха. Вылез мелкий от реки в одних трусах и ботинках. Людоед идёт позади несёт Карлухины вещи.
— Дурдом у нас. — Сообщил Рафат. — Знакомьтесь — это Джахла.
Лучше бы Рафат промолчал. Опрокинула Джахла его на траву, вылизала с ног до головы. Серёге тоже перепало, но не так много. И только Карлуха с людоедом остались без внимания. От моста завизжали, донеслось приглушённое шумом ветра рычание. Джахла подняла нос по ветру, понюхала и рванула к мосту.
— Пойдём мыться. — Взяла Кхала меня за руку и повела к реке.
— Кому сидим? — Спросил Серёга. — Вставай потерпевший, айда смывать собачьи сопли.
— Айда. — Согласился Рафат.
— Ступайте. — Поддержал я.
— Чего стоишь как каменный? — Прикрикнул Коротун на людоеда. — Дай сюда штаны. Показывай, чего ты тут нажарил?
***
Разносолы получились так себе. Мясо ползучей как я и подозревал пересоленное, да ещё и подванивает прелыми листьями. Перестарался Скуластый с травкой. Не нужно было змею в листья заворачивать. Ну, да ладно, я тоже опростоволосился, позабыл что рыба жарится. Жирок вытек, вот и получилась она сухой, местами пригорела.
Еду что перед походом на мост спрятали в карманах отдали Скуластому. Он единственный из всей нашей компании оказался не прихотливым, съел всё. Да и мясо ползучей крукль жевал с большим аппетитом, нахваливал. Мы, конечно же попробовали змею, но кушали исключительно рыбу. Да, сухая, да пригорела, но не солёная и не воняет.
Поели, попили холодной воды из реки и начали собираться в путь. Взяли немного рыбы и мяса, наполнили водой флягу из тыквы и ту что таскает с собою мелкий. Остатки еды, а её осталось не мало, попытались скормить Джахле. Но она и нюхать не захотела, фыркнула, отошла, улеглась в сторонке. Выбросили всё в реку. И только собрались уходить, как Скуластый высказал опасение. Поведал — очень скоро начнётся ливень, нужно искать укрытие. Да и мы не слепые, сами видим — гроза надвигается. Крыша над головами нам сейчас ой как не помешает. Но где её отыщешь?
Джахла громко зарычала, подошла ко мне и толкнулась носом. Понятное дело, я её потрепал по загривку, и мы пошли. Зверюга преградила дорогу, не пускает. Глядит в отяжелевшее небо и скулит. Тряхнула головой и побежала к мосту. Не сговариваясь последовал вслед за Джахлой, и очень скоро нашли лёжку.