Внедрение (СИ)

— Они и так уже под властью Армии Хаоса, — усмехнулся парень.
— Это ты хорошо подметил! Но Армия владеет только той областью, которая раньше принадлежала ангелам. На Дикие Земли они даже не суются.
— А скоро она потеряет и её…
— Надеюсь, что это действительно произойдёт, хотя не уверен, что другим племенам станет потом легче жить. Даже не знаю, кто лучше — армейцы или ангелы Артиса. Что бы там не говорили про Армию Хаоса, но она всё же поддерживает относительный порядок на своих территориях, а в прежние времена, в период правления ангелов, здесь царил беспросветный мрак.
— Тем более мне непонятно, почему ты с ангелами заодно, — удивлённо заметил Тим.
— Потому что только с их помощью я смогу покинуть этот край.
Юноша опешил и недоверчиво уставился на своего друга.
— Ты серьёзно? Но зачем?
— Мне порядком наскучили эти земли и местные племена. Я уже давно мечтаю уйти отсюда и увидеть иные пространства и другие народы. Хочу изучить все полости Мета и узнать побольше о людях и животных, населяющих их. Но пока на моём пути ещё стоит Армия Хаоса и её воины; они надёжно охраняют единственный выход из этой довольно-таки внушительной, но всё же ограниченной зоны, и только когда ангелы уничтожат их, у меня наконец-то появится реальная возможность осуществить свой план.
— Теперь я понял, почему тебя все называют Бродягой… — озадаченно протянул Тим.
— Да! Я был, есть и буду скитальцем. Такова моя судьба. И ты, мой бывший оруженосец, ставший недавно воином, можешь пойти вместе со мной, ведь тебе тоже нечего терять!
Парень медленно кивнул, думая о том, что ему-то как раз есть что терять, и что его тайные мечты совсем не совпадают с планами Бродяги. По лицу мужчины он видел, что тот ожидает от него какой-нибудь реакции на своё предложение, однако Тим ещё не был готов к откровенному разговору о собственных целях и поэтому вместо ответа спросил:
— Ты посвятил Валериуса в эти планы? Вы же вроде друзья с ним. Его наверняка заинтересовала бы перспектива изучить новые земли.
— Ого! Это ты от него таких слов понабрался? — с усмешкой воскликнул Бродяга.
— Ну да… У нас было много времени для общения, — пробормотал юноша.
— Заметно. Значит, я не зря отправил тебя в Стан! К сожалению, лекарь Артиса мне не попутчик. Его больше интересуют теоретические знания, и он никогда не покинет своё уютное, тёплое гнёздышко.
— Я бы не сказал, что его лачуга такая уж «уютная».
— Это шутка. Кое в чём разговоры с ним не пошли тебе на пользу. Ты стал слишком серьёзный!
Бродяга рассмеялся, а Тим покачал головой и обронил:
— Зато ты слишком весёлый.
— Разве мы должны грустить? Может, сегодня наш последний день, поэтому не стоит предаваться унынию.
— Ты мне не ответил. Он знает о твоих планах?
— А ты упёртый… Почему тебя так интересует этот вопрос?
— Просто хочу знать, был ли он честен со мной. Я спрашивал его о твоих целях, но он ответил, что ничего не знает.
— Валериус сказал правду. Хотя мы с ним довольно часто при личных встречах и по переписке обсуждали старые легенды и те скудные сведения, которыми мы располагаем, о землях, лежащих за пределами известной нам территории, и обитающих там народах, я всё же не стремился говорить ему о своих истинных намерениях.
— Почему?
— Опасался, что он невзначай проболтается Артису. Чем меньше людей знает об этом, тем лучше.
— Какое дело верховному правителю ангелов Стана до того, что у тебя на уме? Ты же не его подданный.
— Верно, но мне приходилось общаться с некоторыми из его лордов, и по их намёкам я понял, что Артиса очень интересуют новые земли. Даже Зикур как-то обмолвился об этом, а ведь он простой командир и не принадлежит к ближнему кругу правителя.
— Лекарь сказал мне, что путь в те края собираются замуровать после взятия Цитадели.
— Эта идея принадлежит Финнису, но сдаётся мне, что Артис не пойдёт на такой шаг. Чует моё сердце: после войны с Клыкастыми между братьями на этой почве может возникнуть крупный конфликт. Много лет назад, во время Великой Войны, старший из них уже пытался завоевать недоступные ранее области. Вполне вероятно, что он до сих пор жаждет мщения и лелеет подобные планы в своей безумной голове.
 
— Ты говорил об этом с Финнисом?
— А зачем? Это не мои проблемы. Вскоре я всё равно уйду отсюда.
— Я думал, он твой друг.
— Ты ошибаешься. Я простой человек и по этой причине не могу быть другом принца. Финнис — высокородный ангел, и хотя он сильно изменился в лучшую сторону после поражения в Великой Войне и установил новые правила в своём племени, некоторые особенности своей наследственности ему уже никогда не преодолеть, ведь так его воспитали ещё во времена былого могущества первых хозяев Цитадели.
— Считаешь, что после взятия города между принцами разразится война? Поэтому предлагаешь мне уйти с тобой?
— Я допускаю такое развитие событий. Сейчас они действуют сообща во имя общей цели. А что будет потом, когда братья её достигнут? Слишком уж разные у них представления о будущем для подвластных им народов.
— Однако есть ещё и третья сила — отщепенцы, и с ними тоже надо будет как-то договариваться.
— Совершенно верно. Финнис готов пойти на уступки, и он уже пообещал им крупную долю добычи, но я сомневаюсь, что Артис согласится с этим. Пока он молчит, потому что у него нет выбора, но наверняка станет возражать, как только ситуация изменится в лучшую для него сторону, и тогда ангелы снова возьмутся за оружие.
— Чтобы обратить его против друг друга?
— Вот именно! Ты же умный малый. Тебе незачем оставаться здесь и ждать междоусобицы. Самый лучший вариант для тебя — уйти вместе со мной. Но это решение ты должен принять сам. Подумай хорошенько…
— Ладно. Мне только нужно время. Всё это довольно неожиданно для меня.
— Конечно. Я тебя понимаю… Смотри, Хент идёт!
Мужчина подошёл к ним бодрой походкой с довольной ухмылкой на раскрасневшейся физиономии. В одной руке он держал за толстую косу отрубленную голову Клыкастого. Ангел присел рядом и протянул её парню:
— Подержи башку, пока я буду рвать ему клык.
Бродяга скривил лицо от отвращения и поднялся на ноги.
— Долго не задерживайтесь, нас ждут в Цитадели. Скоро я отдам приказ к наступлению, — предупредил он и отправился прочь, делая вид, что тщательно осматривает заставу.
— Странный он какой-то, — проводив его взглядом, заявил Хент. — Я ещё не встречал человека, который мог бы сравниться с ним в бою, но иногда твой друг ведёт себя как застенчивая целка-отщепенка!
Теперь пришла очередь Тиму поморщиться. Увидев это, воин захохотал, и голова солдата Армии Хаоса затряслась в его руке, разбрызгивая на него капли крови. Ангел смачно выругался и положил трофей на пол, зажав череп между своих ботинок, а после этого выхватил из кармана куртки щипцы и одним ловким движением вырвал клык. Протерев его от крови волосами с головы армейца, он достал небольшой мешочек и бросил в него зуб врага.
— Моя коллекция понемногу пополняется! — с удовлетворённым видом провозгласил Хент.
— А разве этого тебе недостаточно? — спросил юноша и указал на бусы с клыками на груди мужчины. Все ангелы Стана нацепили на себя подобные «украшения», когда отправились на войну.
— Нет! Я не намерен останавливаться до тех пор, пока будет жив хоть один Клыкастый. И они, кстати, тоже такого же мнения. — Воин кивнул в сторону своих сородичей, которые с щипцами в руках переходили от трупа к трупу, в то время как ангелы Последнего Убежища стояли в отдалении и с равнодушными лицами безучастно наблюдали за их действиями.
 
Тим подумал, что, очевидно, этот варварский обычай вызывает омерзение только у него и Бродяги, поскольку остальные вполне спокойно воспринимали это зрелище. По всей видимости, ангелы Стана и Убежища всё-таки не сильно отличались друг от друга, и только строгие законы Финниса удерживали его людей от того, чтобы не опуститься до уровня своих бывших соплеменников.